Пройти лабиринт
Шрифт:
– Почти. Главное, что ты уловил суть. Мы с тобой на "севере". Называй его, как хочешь - Арктида, Гиперборея, Нифльхейм...
– Атлантида, - улыбнулся Антон. Сказал он это с явной ехидцей.
– Как бы ты его не назвал, и в какой бы точке, то есть "заплатке", ты бы в него не попал - все равно будешь...
Закончить фрау Лорхен не успела. Ее прервала громогласная сирена.
–
– Это дня на три, как минимум.
– Кто такой "Голубой демон"?
– Это один из самых древних ураганов, бушующих в этой местности. Ему уже несколько сотен лет, - пояснила фрау Лорхен.
– Во времена моего становления ему уже было около пятисот лет.
Наступила долгая пауза. Каждый задумался о чем-то своем.
Юрген молча тер подбородок, раскладывая полученную информацию по "полочкам". "Лоскутки", "одеяло", ураган которому куча лет - даже если это все отчасти и правда, то что же он тут делает? В чем его, собственно, задание? Что должна искать его группа?
"Самолет, - начал рассуждать Юрген, - летел шесть с половиной часов. Скорость его порядка трехсот... или трехсот пятидесяти километров в час. То есть грубо мы пролетели две с чем-то тысячи километров. Куда ж мы тогда прилетели?"
Он попытался вспомнить размеры Антарктиды, и выходило по памяти, что они либо прилетели на противоположный берег, либо очень близко к нему. Но подобный полет был абсолютно бессмыслен: ведь можно было на подлодке подплыть к любой стороне материка, а не летать с риском для группы над ним.
"Может мы действительно не в Антарктиде? Что она там говорила про компас?" - Юрген жалел, что не имеет его сейчас.
Он перевел взгляд на фрау Лорхен. В голову забрела мысль: "А кто она вообще такая?" Антон упоминал, что она не человек. Но кто тогда?
– ...арийцы!
– долетело до сознания Юргена последняя фраза фрау Лорхен. Оказывается, они с Антоном о чем-то жарко спорили.
– Вы хоть меня не смешите!
– Мы - германская нация являемся потомками...
– Оставьте свою пропаганду для гитлерюгендов. Вы хоть сами понимаете, кто такие арийцы?
Фрау Лорхен сердито хмыкнула.
– Ладно, оставим эту тему.
Антон не ответил. Он посмотрел на Лорхен, а та в свою очередь как-то многозначительно посмотрела на него и вышла.
– Что мы тут ищем?
– вдруг спросил Антон.
– Что?
– Вопрос ко мне?
– не понял Юрген.
–
Антон хмуро уставился в пол. Голос его стал резким и злым. Он нервно хихикнул, и снова продолжил:
– А океан - это Вселенная. Огромная, многоликая, неизведанная до конца. Да и как этой несчастной бактерии такую мощь охватить!.. И вот плывет в ней рыбешка - это Лорхен. А акула или кит - это некто больший и сильнейший за неё. А вот дальше мой мозг отказывается представлять... Сидит же Кто-то и смотрит в этот аквариум, где все эти киты - лишь малюсенькие золотые рыбки...
Антон нервно закусил губу.
– И на какой им мы? Зачем слать каких-то "бактерий" туда... куда? Куда слать? Где мы, черт побери! Зачем мы гробим миллионы себе подобных?
– Если мы бактерии, то, может, нужны, чтобы сделать "молоко" кислым? Или...
– Может, - кивнул головой Антон.
– А, может, они сами в этих условиях выжить не могут - организм не позволяет. Вот на нас и экспериментируют...
41.
– Ну и где он?
– сразу же с порога спросил вошедший.
Сергей Семенович, не спеша, поднял глаза, оглядывая посетителя. То был человек довольно высокого роста, с аккуратной стрижкой и такими же аккуратно подогнанными к лицу усами. При ходьбе ощущалась какая-то кошачья грация.
Одно, правда, сразу бросалось в глаза: потухший взгляд. И он резко диссонировал с общей картиной.
От опытного глаза Сергей Семеновича не ушло и то, что посетитель все делает через силу.
– Как я понимаю, вы Игорь Скопюк?
– тихо спросил главврач.
– Точно так!
– в голосе собеседника мелькнула ирония.
– Капитан Скопюк.
– Ясно, - Сергей Семенович немного помолчал, а потом лишь ответил: - Пропал.
– Это мне уже говорили, - майор сел напротив главврача.
– Где? При каких обстоятельствах? Когда точно это случилось?
– Ого, сколько сразу вопросов!
– Послушайте, Сергей Семенович... правильно?.. Так вот, мне сказали, что вы окажете любое содействие следствию.
– Вы не похожи на следователя. Скорее на...
– Скорее на..., - согласился Скопюк.
– Итак?
– Три дня назад. Медсестра утром зашла в бокс, а его и след простыл.
– Как я понимаю: все произошло, как у Агаты Кристи: классическая закрытая комната и ни одного свидетеля?
– Зря иронизируете.
– Совсем не зря!
– майор нахмурился. Судя по интонации, ситуация с Андреем для него была, как кость в горле.
– Знали б вы, как долго мы искали его. А тут, едва поступила информация, что он у вас, как на следующий день его и след простыл.