Провокационная терапия
Шрифт:
Нам представляется, что обычно терапевты не показывают своих реакций пациенту, но делают это при общении с коллегами, наставниками, консультантами. Один из учеников терапевта жаловался на «того раздражающего пассивно-агрессивного мистера Икс, который вместо того, чтобы справиться со своей всевластной мамашей заявляется домой и набрасьвается на жену». Когда его спросили, сказал и он об этом клиенту, то ответ был: «Н-нет…» — "Тогда почему вы ждете от него обострения отношений с вами, если постоянно внушаете ему на сеансах: "Ничего, все в порядке, ничего не потеряно? " Кажется, что многие терапевты моделируют у клиентов такое отношение ко всему, в том числе и к проблемам.
Предпочтительно доводить до сведения клиентов и тем провоцировать обратную реакцию с помощью разных приемов, доступных в тот момент: разыгрывание роли, шутка, мгновенная импровизация, выдумывание случаев других клиентов, разговоры о подобных случаях, схожих с данным, и прочее. Интуитивно терапевт проверяет, на правильном ли он пути.
Не обязательно считать, что вызов на обратную реакцию есть только жестокое "повторение, как все происходит ", но и важно использовать прием "здесь и сейчас для меня, эти отношения с вами, они для меня много значат ". И это можно делать с юмором.
Клиент имеет право на реакцию терапевта также как и на свое мнение о нем, он имеет право вызвать обратную реакцию из разных известных терапевтам источников. То, чего не скажут клиенту его «лучшие друзья», должен сказать терапевт, т.е. вызвать точную не медленную реакцию, как положительную, так и отрицательную.
Мы обнаружили, что истинное отторжение (отрицание) имеет большую лечебную пользу, чем неправильное восприятие или полное безразличие. Человеческий мозг нуждается в правде точно также, как человеческие легкие нуждаются в воздухе, а моя реакция в данный момент на этом сеансе и есть социальная правда о реальности, которая со временем окажет вам помощь.
Врач-терапевт не только сам вызывает на обратную реакцию, но и делает попытки научить клиента, как находить виды и способы реагирования на провокации, накопление которых и можно считать началом выздоровления. В данном примере клиентку попросили предсказать возможную реакцию терапевта, если бы вдруг ее «выбросило на необитаемый остров».
К.: (ухмыляясь): Вы бы, наверное, стояли на берегу и твердили «О нет, только не вас. Почему они не послали пищу?» (Пр. №10)
При всех терапевтических подходах решающим остается вопрос принятия клиента. У клиента должно сформироваться главное чувство, что терапевт «на его стороне», а не против него. Гуманистическая школа определяет одну из главных составных своего подхода -"безусловное позитивное мышление", многие другие школы также уделяют внимание этому аспекту терапевтического вмешательства. Однако нам представляется, что средства выражения намного разнообразнее, чем это трактуется в теоретических обоснованиях. В нашей практике невербальные пути выражения отношения к клиенту, если не более, то во всяком случае не менее важны, чем вербальные. Поскольку врач провокационной терапии проводит провокационные действия вербально, иногда поспешно и конфронтационно, очень важным фактором становятся невербальные коммуникации. Юмор — один из основных двигателей позитивного реагирования (этому вопросу будет посвящена глава) так же, как и прикосновение, мигание глазами и, конечно, полное погружение в проблемы клиента (один пациент назвал это "интенсивностью
Частный пациент покидает приемную врача после сеанса, на котором обсуждались его гомосексуальные проблемы. Терапевт кладет ладонь на плечо пациента.
Т. (откровенно вздыхая): Увидимся на следующей неделе, мистер Безнадежный. (Вдруг «замечает» руку на плече и указывает на нее другой): Ты видишь руку? Это так сказать, вынужденное расположение к тебе. (Терапевт наклоняет свой лоб к голове парня, гримасничая с отвращением): А в действительности, я не выношу таких тутти-фрутти, как ты, мой туалетный цветочек, но…
К. (хрюкает от смеха, трясет головой, подталкивает терапевта в бок): Парень, но ты все-таки не откажешься от меня, правда, Фрэнк? Итак, до следующей недели. (Пр. № 11)
Выражение сдерживаемого гнева — тоже хороший двигатель, определяющий отношение к другому человеку, многие воспринимают это именно так и быстро включаются в процесс взаимоотношений. Таким образом, провокационная терапия видит себя в качестве коммуникативного инструмента и должна использовать невербальные компоненты для получения желательных результатов коммуникации. Это касается специального обучения, о чем мы поговорим в других главах.
Побочные факторы
Хотя для того или иного клиента перечисленное ниже может и не явиться центральным фактором при его лечении, все же он может научиться многому от врача провокационной терапии: чувствовать слово, отношение и поведение, контролировать порывы, соответственно оценивать поведение, анализировать коммуникацию и расшифровывать невербальную речь. Часто эти аспекты не составляют проблемы для отдельного клиента, поэтому не стоит фокусировать них внимание.
Стиль лечения (терапии)
В общих терминах мы уже обсудили роль врача провокационной терапии. Прежде чем обсуждать особые, специфические методики, следует рассмотреть основной вопрос. При первом соприкосновении с провокационной терапией вполне понятна типичная реакция: «Только вы можете лечить таким образом, поскольку сам такой; я бы не смог нападать на больных и атаковать, даже с юмором, их патологию или отклонения в поведении, или же делать из посмешищем. Я так не смог бы».
До какой-то степени это, может быть, и верно, поскольку любая терапевтическая ориентация предлагает свой стиль или роль, соблюдая которые, терапевт чувствует себя удобно и приносит пользу. В конце концов, терапевты неодинаковы в своих терапевтических предпосылках или манере общения. Весьма желательно, чтобы они стремились найти определенный подход, вполне совпадающий с их личными качествами, их видением человека, их стилем жизни. Возможно, они не чувствуют, что, используя особый подход, который полностью совпадал бы с их характером, они смогли бы быть эффективными в помощи клиентам.
Хотя некоторые могут не согласиться с этой точкой и посчитать ее слишком упрощенной, нам кажется вполне ясным, что при применении клиент-центрированной терапии и уверенности самого врача, он все же должен быть тонким и чувствительным человеком, чтобы войти во внутренний мир и систему восприятий клиента, судить о его состоянии и стать для него вторым я. Чтобы более уверенно применять рационально — эмотивный метод Эллиса, терапевт должен осознать возможную перемену, которую вызывают у клиента предлагаемые ему информация и логика. Очень важно быть при этом настойчивым и уметь искусно аргументировать свой метод лечения. Психоаналитик должен быть умным, уметь оперировать абстрактными вещами для убеждения клиента и подвести его к пониманию того, что все активные и поведенческие показатели обязательно имеют смысл и неизбежно приведут его к выздоровлению.