Проводник
Шрифт:
— Да без проблем. Будет вам подтверждение. Стопроцентное, в голубой каёмочке…
Как будто накаркал, с поиском подходящего контейнера пришлось повозиться. Флаконы парфюмерных лавок штамповались словно под копирку. Любой цвет, вычурная форма, могущая удовлетворить самую капризную модницу, но все как назло с обязательным узким горлышком и притёртой крышкой. Всё бы ничего, сохранность фото будет обеспечена, а вот чтобы запихать внутрь, придётся свернуть в трубочку, что сводит на нет саму идею. Свой пылкий и трепетный юный образ хотелось бы сохранить для потомков в нетронутом
В досаде покидая очередной магазин, задумчиво потёр лоб.
Да, похоже, затея несколько усложняется. Может действительно не связываться с фотографией, а закопать что-нибудь невинное, как и в прошлый раз? Хотя, нет. Пивную бутылку с камушками закопать каждый может. То, что позволено американскому бомжу, не позволено потомственному русскому дворянину.
Рассеяно поглядывая на витрины, прошёлся до конца квартала и повернул назад.
Нет, всё не то. А ведь всё равно где-то видел стеклянную тару с подходящим горлом. Только бы вот вспомнить где. Кажется, когда покидал Академию в расстроенных чувствах. Мельком видел витрину, да и то запомнил только потому, что едва в неё не влетел. Но там был не парфюм, а что-то другое…. А, точно! Чай и кофе, как раз направо, на углу перед набережной.
Не прошло и часа, как вожделённая банка оказалась в руках. Трясясь на пригородных ухабах, дождался, когда дорога стала чуть поровней и вытащил фото. В магазине примеряться было как-то неудобно, джентльменское воспитание Дмитрия категорически запротестовало. Окружающие точно бы приняли за сумасшедшего, если бы на их глазах попытался засунуть фото в банку для хранения кофейных зёрен. Хотя, по большому счёту, чего бы они себе там не навыдумывали, это их личные трудности. В конце концов, может у человека фотоальбом такой. Экзотический.
Усмехнувшись, с глухим хлопком вытянул тугую крышку. Отлично! Самое то. Почти вакуум. Теперь бы только фотка поместилась. Чуть согнув края, медленно просунул картонку внутрь и, чуть покручивая, с натугой вдавил крышку. Есть! Вот так и творится история, господа.
Полюбовавшись на творение рук своих, нетерпеливо высунулся в окно. Чёрт побери, да сколько же можно ехать? По карте десять километров всего.
— Скажите, милейший, а долго ли ещё осталось?
— Совсем недолго мьсе, — откликнулся кучер. — Вон за тем поворотом, — махнул кнутом вдаль.
Вблизи замок Сен-Клу показался даже величественней, чем на картине. Обойдя со всех сторон, Макс задумчиво остановился на пригорке, любуясь открывшимся видом.
Да, такая махина, и в тоже время изящный, словно сказочная игрушка. В древней каменной кладке миллион мест, куда можно надёжно запрятать не то что маленькую стеклянную банку, а целый железный сундук с фамильным золотом и прабабушкиными бриллиантами. И ни один металлоискатель не найдёт. Кому в голову придёт обзванивать все стены? Разве что совсем отчаявшемуся кладоискателю с навыками промышленного альпинизма, что навряд ли. Такие люди больше предпочитают ходить по земле, а не лазить по стенам. Интересно, почему тогда Алекс категорически посоветовал лес? Вроде времена многомесячных рыцарских осад давно прошли, любая артиллерия разнесёт замковую ограду в труху за секунду. Прятаться внутри тем более
Мучаясь в догадках, и не заметил, как дошёл до ручья. Прислушиваясь к умиротворяющему журчанию, неторопливо прошёлся вдоль русла, поглядывая по берегам.
Идея конечно хорошая, только вот к не чему привязывать координаты. Старый дуб? Не факт. За сто с лишним лет наверняка кто-нибудь спилит, да и молодые дубки неотличимо состарятся и станут патриархами. Пойди, отыщи что-нибудь в такой роще. Привязаться к руслу ручья? Тоже не ахти. Наверняка каждую весну будет гулять и размывать берега. Чёрт, куда не кинь, всюду клин…
Замшелая глыба песчаника бросилась на глаза словно спасенье. Сердце учащённо заколотилось.
Вот. Оно! Тонны полторы. Века простояла, и ещё сто лет простоит, никуда не денется. Мох просто так не растёт, требуются годы и годы.
Критически огляделся вокруг, отмерил пять шагов к северу и подобранной палкой неторопливо расковырял дёрн. Углубившись сантиметров на двадцать, потянулся в карман за банкой и с некоторым трепетом опустил на дно.
Ну-с, заначка, покойся с миром. С ума сойти, лежать почти сто пятьдесят лет! Главное, чтобы тебя нашёл тот, кто нужно. Вот бы там очнуться в собственном теле и откопать самому. Пусть даже одной рукой…
Тщательно затоптав яму и забросав осенней листвой, вернулся к дороге.
Дело сделано. Теперь слово за Алексом.
Куратор кратко выслушал привязку координат и попросил подождать денёк.
— Будем проверять. Наш человек уже в пути.
— Только у меня есть одна маленькая просьба, — замялся Макс.
— Да, слушаю.
— Если найдёте, можно поставить эту фотку рядом с моей кроватью?
— Кхм… Можно конечно, только зачем? Мне крайне неудобно об этом говорить, но ты же…
— Да-да, я помню. В коме. Глупо конечно, но пусть фото будет рядом. Что я, это всегда я, несмотря ни на что.
— Хорошо, Макс. Обещаю. Знаешь, что-то мне не нравится твой кислый настрой. Пожалуй, пора тебя занять настоящим делом. В общем так. Если реальность подтвердится, даю тебе пару суток на решение всех тамошних неоконченных дел, а потом тебя ждёт работа.
— Та самая общечеловеческая? — улыбнулся Макс.
— Человечней некуда, — усмехнулся Алекс. — Всё, до связи.
Глава 11
Утирая платочком заплаканное лицо, молодая женщина в траурном наряде неловко прикрыла массивную дверь и понуро побрела по улице, едва не наступив на шляпу со скудной мелочью. Сочувственно глянув вслед, Макс машинально поправил накладную бороду и тяжело вздохнул.
Вот так, кому траур, а кому мать родная. Если не знать, что за домик, подумаешь что это похоронное бюро, а не контора прожжённого ростовщика. И причём не классического финансового спекулянта, по типу деньги, драгоценности, навар. Судя по историческим архивам, господин Бюэль не гнушался ничем, даже залогом любого, хотя бы мало-мальски ценного имущества. Как выяснилось, вплоть до скрипки и смычка.