Проводница

Ласкарева Елена

В том, что касается взаимоотношений полов Лидка была похлеще Шерлока Холмса. В ее устах банальный перепих превращался в настоящий рыцарский роман, и живописала она его, как поэму…

Ольга не находила в сексе ничего поэтичного. Ее собственный коротенький роман пришелся на сибирскую зиму и протекал в тесных комнатках дощатых бараков, в которых ютились по двенадцать человек Подгадать так, чтобы там не оказалось соседей, было невозможно, и Герка просто завешивал свою кровать плащ-палаткой. За этой хлипкой ширмочкой

они лежали, тесно прижимаясь друг к другу, боясь сделать резкое движение, стесняясь вскрикнуть Шуршали как мышки, возились под казенным одеялом, торопились, чтоб не смущать соседей. Какая уж тут романтика?!

А весной, когда немного пригрело солнышко они пару раз попробовали уединиться в тайге. Но там снегу было по колено, он забивался в высокие валенки, сыпался с еловых веток за шиворот Да и на Ольге были толстые ватные штаны, шерстяные гамаши, плотные колготки, и не так-то просто было высвободить из всего этого на морозе тело Ни удовольствия, ни радости ей такой секс не приносил. Но она любила беспутного Герку и шла на все только ради него, чтоб ему было хорошо.

А потом нежданная беременность, тяжелый токсикоз, Геркино предательство, болезненные затяжные роды в поселковой больнице… И к тому моменту, когда восемнадцатилетняя Ольга осталась одна с сыном на руках, о сексе она уже вовсе не думай.

Глава 4

— Ах ты, моя сдобная! Пуха моя! — Игорек протянул руки, и Лидка кокетливо спрыгнула с подножки вагона прямо в его объятия.

— Соскучился? — она жарко прижалась к нему всем телом.

— Очень!

Игорек и Лидка совершенно не стеснялись Ольги. Прямо здесь же, на перроне, они смачно поцеловались взасос, и Игорек по-хозяйски стиснул ладонью Лидкин тугой «окорочок».

Ольга отвернулась, подтащила к выходу тюки с бельем и велела Игорю:

— Дотащи до прачечной, раз уж пришел. Помоги слабым женщинам.

— Слабым! — хохотнул Игорек и отвесил смачный шлепок по попке своей благоверной. — Да на таких пахать и пахать! Ну-ка!

— Не нукай, не запрягал! — вывернулась из его объятий Лидка. — Лучше скажи, купил?

— Что? — Игорь сразу заметно присмирел и отвел глаза.

— Кольца, — повысила голос Лидка. — Те, что мы перед рейсом выписали. Я ж тебе деньги оставила.

— Ты понимаешь, Лидок… — засуетился Игорь. — Николаич заболел, так что я тут в две смены пахал…

— В две смены? — подозрительно нахмурилась Лидка и строго велела: — А ну, дыхни!

— Фу! — Игорек сложил губы трубочкой и выдул в сторону тонкую струйку воздуха.

— Вот именно: фу! — поморщилась Лидка. — Опять нажрался, гад?! Говори честно: деньги пропил?

— Что ты?! — испугался Игорь. — Деньги целы, мне просто некогда было.

— Ну и что прикажешь делать, если наши кольца продать успели? — грозно рявкнула Лидка. — Имей в виду: я без колец расписываться не стану!

Ольге было

смешно наблюдать, как напарница командовала своим женишком. Долговязый Игорь был на голову выше Лидки, он так потешно покорно склонялся к ней, искательно заглядывал в глаза, демонстрировал покорность…

Но все в депо знали, что стоит Лидке укатить, как Игорек срывается с катушек и пьет так, словно последний раз дорвался. А Лидка тоже своего не упускает, подмигивает по ночам симпатичным пассажирам. И каждый объясняет свое поведение тем, что его провоцирует вторая половина. Он пьет, потому что она гуляет, а она гуляет, потому что он пьет.

Впрочем, Игорек почти не знал, что выделывает в рейсах Лидка. Он только подозревал, что она может воспользоваться свободой, и жутко ревновал. А уж если б ему в подробностях доложили, как оттягивается его невеста, И горек сорвался бы с катушек и вряд ли вышел бы из запоя.

Потому все щадили его мужское самолюбие, рассуждая по-житейски, что у каждого свой недостаток У кого жена сварливая крикуха, у кого хозяйка плохая, а Игорьку гулена попалась. Ну, так и что? Зато характер у Лидки покладистый, готовит гак, что пальчики оближешь, и в доме чистота. А до того, шо она за пределами дома вытворяет, кому какое дело.

Игорек с Лидкой уже больше года вели, шо называется, совместное хозяйство, жили в Лидкином доме на окраине города. Однако Лидка упорно не желала зваться женой и требовала соблюдения всех формальностей. Они уже несколько раз подавали заявление в ЗАГС, но всякий раз им что-то мешало. То Лидка не успевала сшить платье, то банкетный зал в ресторане оказывался занят в нужный день, то не было в про даже таких колец, как ей хотелось.

Кольца можно было привезти из Москвы, но Лидка экономила, потому что в родном городе им была положена компенсация. Теперь она переживала, что из-за запоя Игорек проворонил отложенные в ювелирном кольца, на которые уже даже чек был выписан.

— Я замуж один раз на всю жизнь выхожу' — внушительно заявила жениху Лидка. — И все должно быть на уровне. И фата до полу, и платье белое, и флердоранж, и венчание в церкви, со свечами. И стол в ресторане надо накрыть человек на шестьдесят Это по скромным подсчетам. И если ты, мой хороший, думаешь, что можно отделаться водкой с винегретом, то ищи себе другую невесту! Говорят же люди: как свадьба сладится, так и жизнь заладится…

— Да не кипятись ты, — взмолился Игорек _ Может, их еще не купили. Сейчас поедем посмотрим…

— На часы посмотри! — вскинулась Лидка. — Ювелирный через полчаса закроется!

— А мы тачку поймаем.

— А белье сдавать?

— Ой, да бегите за своими кольцами, я сама сдам, — великодушно решила Ольга.

Ей даже интересно было, выйдет Лидка на этот раз замуж, или они опять из-за чего-нибудь отложат свадьбу.

Солнце за долгий летний день успело прогреть землю, и теперь в воздухе сладко пахло вагонной смазкой, цветущей кашкой и теплым мазутом, которым были пропитаны шпалы.