Провинциальная девчонка
Шрифт:
– Чистое любопытство.
– Думаю, Бен Нелсон был бы не прочь, но я не собираюсь его поощрять. Он очень мил, но между нами не проскочила искра. Понимаете, о чем я?
– Да. Вроде той, что проскочила между нами.
– Простите?
– Вы прекрасно все расслышали.
Он отдал Мишель мокрую тарелку, заметил, что не промыл ее как следует, и снова выхватил.
– Вы хотели броситься мне на шею в ту минуту, как увидели в баре вашего отца.
Он попал не в бровь, а в глаз, но Мишель не собиралась признавать
– Броситься на шею? Ну уж нет!
– Я просто называю вещи своими именами.
– И откуда вы это взяли?
– Увидел в ваших глазах.
– Сомневаюсь.
– Сомневаетесь?
– Вы были слишком заняты разглядыванием моих ног, – улыбнулась Мишель.
Но на Тео эта реплика ничуть не подействовала. Он и не думал раскаиваться.
– Изумительные ноги.
– Честно говоря, определенное физическое влечение имеется, но все это вполне естественно.
– Это введение к лекции о гормонах?
– Зависит от того, сколько мне еще стоять, пока вы не домоете салатницу. Вам нечасто приходится мыть посуду, верно?
– То есть?
– Возитесь целую вечность.
– Я все делаю не торопясь и тщательно.
Не столько его слова, сколько интонация, с которой они были произнесены, заставила ее сердце забиться сильнее. Он так же нетороплив и тщателен в постели? О Господи, что ее ждет?
– А вы были женаты? – неожиданно для себя выпалила Мишель.
– Да, и оказался не слишком хорошим мужем.
– Ваша жена умерла.
– И это верно.
Мишель поставила на полку очередную тарелку.
– Мне отец рассказывал. Как она умерла? Он наконец вручил ей салатницу.
– Зачем вам это знать?
– Чистое любопытство, – повторила она его слова. – Если посчитали меня чересчур назойливой, я больше ни о чем не спрошу.
– Да нет, тут ничего такого… она погибла в автомобильной аварии.
– О, Тео, мне так жаль. Несчастный случай… он давно произошел?
– Это был не несчастный случай, – бесстрастно, без всяких эмоций ответил Тео. С таким же успехом он мог говорить о подтекавшем кране.
– Нет?
– Это был не несчастный случай, – со вздохом повторил Тео. – И знаете, я впервые за четыре года сказал это вслух.
Судя по всему, ему хотелось, чтобы она сменила тему, но Мишель не собиралась отступать. И не только из-за нездорового любопытства. Если у него ушло четыре года на то, чтобы посмотреть правде в глаза, может, настало время облегчить душу.
– Самоубийство?
– И да и нет.
Он протянул ей очередное блюдо.
– Вряд ли она намеревалась покончить с собой. По крайней мере, не таким способом. Моя жена избрала путь помедленнее.
– То есть?
– Алкоголь и наркотики.
Мишель ничего не ответила, дожидаясь, пока он сам объяснит.
– Она смешала спиртное с таблетками и еще бог знает с чем, уже гулявшим в ее крови. Смертельная комбинация.
Мишель огромным усилием воли удержалась, чтобы не выказать своих чувств. Тео – человек гордый, и если она начнет ему сочувствовать или сострадать, он замкнется, как моллюск в раковине, а этого она вовсе не желала.
– Ваши друзья и родные… они знают о том, что произошло на самом деле?
– Нет, Я совершенно уверен, что Ноэ подозревает неладное, но помалкивает.
– Может, ждет, пока вы сами все расскажете?
– Наверное.
Мишель понятия не имела, насколько далеко имеет право зайти. Прислонившись к раковине, она тщательно сложила мокрое полотенце.
– Вы вините себя?
Тео пожал плечами, словно вопрос казался ему сущей чепухой.
– Я примирился со случившимся. И окончательно убедился, что не создан для брака. Он в моих приоритетах где-то на последнем месте. Но мне следовало бы уделять ей побольше внимания. Я же работал по двадцать четыре часа в сутки и не замечал, что делается дома. Дьявол, я знал, что она пила, но не понимал, какой проблемой это становится. Сунул голову в песок, как страус, лишь бы ничего не замечать.
– Но она сделала свой выбор. Пусть я кажусь вам бессердечной, но не вы пихали ей в глотку таблетки и алкоголь. Она сама это сделала.
– Брак – это партнерство. А я не соблюдал свою часть соглашения. Она была такой… хрупкой. Да, именно хрупкой. И нуждалась в помощи, но я оказался слишком слеп, чтобы это увидеть. А может, просто не хотел.
– А мне кажется, хорошо, что вы наконец смогли заговорить о случившемся. Вероятно, теперь вам будет легче избавиться.
– От чего именно?
– От гнева, обиды и угрызений совести.
– Только не надо психоаналитических штучек! – пробормотал он, протягивая ей лопаточку. – Ну, вот и все. У вас имеются еще вопросы, или мы можем поговорить о чем-то другом?
Она хотела спросить, любил ли он жену, но не осмелилась. И так он терпеливо выносил ее приставания.
– Ладно, поговорим о другом. Ужин окончен.
– И что же?
– Я просила вас набраться терпения, пока мы не поедим. Теперь мне хотелось бы услышать, что вы думаете о моей клинике.
– Через несколько минут, – пообещал он. – Сейчас вернусь.
Он вышел из кухни и стал подниматься наверх.
– Что вы делаете? – окликнула она.
– Захвачу лэптоп и устроюсь в вашей библиотеке, – отозвался он. – Нужно проверить мою электронную почту. Будем надеяться, что я уже успел получить кое-какие ответы. А потом поговорим.