Провидица
Шрифт:
Я пошла направо, выискивая везде трискелион. Внизу студенты неторопливо шли через дворик в здание. Университет как раз готовился к весеннему Дню открытых дверей.
— Нашел, — крикнул Торин.
Рисунок был не на плоской поверхности крыши. А на боковой поверхности купола, направленной на город. Торин вытащил свой артавус из внутреннего кармана кожаной куртки и совершил прыжок, как в фильме с Джеки Чаном — спрыгнул с крыши и бегом взобрался на купол. Только сделал это эффектнее. Со скоростью Валькирии. Там он нанес связывающую защитную руну
Затем он приземлился возле меня, спрыгнув оттуда с грациозностью кошки и радостно ухмыляясь.
— Теперь посмотрим, кто выиграет в этой схватке. Следующая остановка — мельница.
Соперничество между отцом и сыном теперь приобрело новое значение.
***
— Сент-Джеймс, ты посмел требовать, чтобы я пришел, — произнес Эхо, заходя на кухню и таща за собой Кору. — Я был как раз на полпути к кое-чему, так что это должна быть веская причина.
— Мой отец заявится в город, — объявил Торин.
Эндрис поперхнулся своим напитком. Блейн и Ингрид обменялись озадаченными взглядами между собой. Ингрид до сих пор вела себя так, словно в упор не видела. Но я не собиралась придавать этому значение.
Эхо рассмеялся.
— Ну, это точно стоило моего внимания.
Прокашлявшись, наконец, Эндрис выговорил,
— Но твой отец мертв, Торин.
— Он очень даже жив и возможно Бессмертный. Темный Бессмертный. Он убил мою мать, чтобы скрыть свои некромантские действия и сейчас идет за Рейн. Мы собираемся остановить его.
Если он хотел добиться эффекта разорвавшейся бомбы, ему это удалось. У всех отвисла челюсть. И опять же, Эхо эта новость не особо удивила.
— Кто-то работает здесь на него, — продолжил он, прищурившись и заглядывая в лицо каждому из стоявших в комнате. Мы переглянулись, словно пытаясь понять, кто из нас виновен.
Он выбрал весьма странный способ, чтобы заставить каждого понервничать. Я не спеша подошла ближе туда, где он стоял, скрестив руки на груди и широко расставив ноги, выказывая своим видом гнев перед собранием провинившихся.
— Серьезно? Это так ты все разруливаешь? — возмутилась я.
Он удивился, что я осмелилась перечить ему.
— Они должны знать, на сколько ситуация серьезная. Кто-то здесь работает на моего отца.
— Но мы же вчера решили, что никто из нас не виновен, — не сдавалась я. — Простите, ребят, — я обвела взглядом остальных. — Он иногда немного сгущает краски. Мы знаем одно, кто-то здесь в окрестностях поднял тревогу «ведьма-в-беде» или Зов, как они предпочитают называть. И мы не знаем, пришли ли ведьмы для того, чтобы нам помочь или поддержать его отца.
— А Хоук и Феми знают о происходящем? — спросила Кора.
— Да, но они невиновны, — ответила я.
Торин схватил меня за талию, чтобы я не смогла отойти, и привлек меня к себе.
— Прекращай командовать на моем собрании, — разражено шепнул он мне в ухо.
— А ты прекращай вести себя как козлина.
Я попыталась высвободиться из его рук, но
— Я проверял Феми и Хоука, Кора, — сказал Торин. — Они преданны семье Рейн. Я верю, что тот, кто создал Зов, сделал это, зная, что мой отец узнает об этом и последует за ведьмами сюда. Это объясняет, почему они оставили поиски Провидицы. Мы даже устроили им ловушку в магазине ведьмы в Филли, но ни тогда, ни сейчас ничего не произошло. Он знает, где мы.
— Только один вопрос, Сент-Джеймс, — прервал его Эхо, — а что заставляет тебя доверять мне? Я перво-наперво верю только себе. — Он поцеловал Кору в висок. — И только потом моей богине.
Я ожидала, что Торин потеряет контроль над собой. Но он лишь ухмыльнулся.
— Я не доверяю тебе, Гримнир, но возлагаю надежды на Кору и на твои чувства к ней. Ты же не сделаешь ничего, что может навредить ее лучшей подруге и разрушить все, что у вас сейчас с Корой.
— Он прав, — согласилась Кора, глядя на Эхо, — предашь мою лучшую подругу и испытаешь такую боль, какую и представить себе не сможешь.
Эхо реально передернуло. Он недовольно посмотрел на Торина.
— Чего вам от меня надо? Я же говорил, я или пожинаю или… — Он дернулся снова, когда Кора толкнула его локтем. — Женщина, ты снова меня ударила…
Кора довольно улыбнулась.
Эндрис, наблюдая за ними, только покачал головой.
— Как мы выясним, кто работает на твоего отца?
— Мы выманим их. Они уже начали рисовать свои колдовские символы на крышах. Думаю, они создают магический круг вокруг города, чтобы сдержать тот хаос, или что там они запланировали. Я хочу знать, что они означают, и здесь в игру вступают Эхо, Ингрид и Блейн. Вы все были адептами старой религии в разные периоды и, по идее, способны опознать, с чем мы столкнулись.
— Можно нам взглянуть на них? — спросила Ингрид.
Торин вытащил свой артавус и выжег символы на столешнице. Отойдя в сторону, он позволил им троим рассмотреть их.
Ингрид покачала головой.
— Я узнаю трискелион, но этот выглядит иначе, на кончиках будто завитки длиннее.
Блейн провел пальцем по нему.
— Это комбинация символов.
— Расступись, Бессмертные, — скомандовал Эхо. Он вытащил свой артавус и нарисовал четыре разных символа, один поверх другого. Когда закончил, то оказалось, что он нарисовал в точности тот символ с купола Уолкерсвилля. — Они используют трискелион, чтобы спрятать письмена Огама под ним.
Огам?
— Что это такое? — спросила я.
Эхо взглянул на Блейна.
— Ты расскажешь, Бессмертный?
Блейн проигнорировал его.
Эхо ухмыльнулся.
— Это друидский и древний ирландский алфавит, то, в чем мистер Красивые Глазки должен разбираться. Ты знаешь, что этот обозначает? — он указал на символ.
Блейн пожал плечами.
— Это было до меня, Гримнир.
Эхо хмыкнул в ответ.
— Но ты должен был видеть их на камнях Ирландии или Шотландии, или откуда ты там явился.