Провальный план
Шрифт:
Все замерло. Королева смотрела на колечко.
— Оставьте нас, - тихо произнесла она.
— Вверяю этого нарушителя вашей мудрости, светлейшая, - склонился старший Хранитель.
Едва гвардейцы удалились толпой, Бран чуть напряг мышцы, разорвал Узы на руках, затем освободил ноги. Оаэлиниииэ смотрела все так же задумчиво, затем чуть повела пальцем и кольцо вырвалось из рук Брана, полетело к ней по воздуху. Она провела длинным бледным пальцем по узору на кольце, чуть задела ногтем, словно собиралась убрать потемнение от времени. Кольцо некогда подарила Брану сама
— Пожалуй, я получила ответы на свои вопросы, - изрекла королева эльфов, глядя на Брана. – Да и кольцо бы разрушилось в чужих руках. Но все это порождает новый вопрос: кто же новый враг, требующий таких мер предосторожности?
— Умна, как всегда, - ответил Бран. – Мне всегда это нравилось в тебе, Оа.
— Но пять фунтов грудей и задницы все равно оказались тебе привлекательнее пяти фунтов моего мозга.
— Ты же умна, Оа, - спокойно ответил Бран, - ты знала, что я не буду вечно сидеть под кроной Королевского Леса. Просто совпало так, что я сходил в набег на орков, по твоей же просьбе, и там встретил Имрану. Не встреть я ее, все равно ушел бы, потому что засиделся рядом с тобой.
— Разве тебе было плохо? – спросила Оаэлиниииэ с горечью в голосе. – Ты мог быть героем и мы все еще были бы вместе!
— И опять я скажу, что ты умна, Оа, потому и правишь все эти годы Алавией. У тебя долг королевы, у меня долг героя.
— И сейчас он снова ведет тебя, - вздохнула Оаэлиниииэ.
Смежила бледные веки, прикрывая черные глаза, словно невыносимо устала. Возможно, так оно и было, у Оаэлиниииэ всегда были проблемы с контролем. Те же Хранители, как и раньше, не смели и слова против нее пикнуть. Наверняка она, как и раньше, вмешивалась во все дела, даже там, где этого не требовалось. Такой контроль и желание оставить Бранда навсегда возле себя, стали одной из причин, по которой он в свое время ушел, не оглядываясь на Алавию и ее королеву.
Но кольцо, собственноручно вырезанное Оаэлиниииэ, сохранил. На всякий случай.
— Когда ты ушел, мне очень хотелось послать вслед за тобой своих лучших Следопытов и Охотников – призналась королева эльфов. – И я непременно послала бы их, не знай твоих возможностей.
Бран пожал плечами. Было бы чего искать, он ушел открыто, не скрываясь.
— И вот, долгие годы спустя ты здесь, в чужом обличье, с чужим Статусом, в бегах от Тайной Канцелярии Стордора. С твоими-то возможностями! Хотя нет, я упустила еще одну возможность. Ведь тебе семьдесят?
— Будет через пару месяцев, - чуть улыбнулся Бран, - и нет, у меня нет возрастной деградации.
Что-то такое мелькнуло во взгляде Оаэлиниииэ, который тут же сменился на задумчивость. Она обожала быть самой умной, да зачастую ей и оказывалась, без всякого подхалимажа со стороны подданных. Выдрессировала их, не хуже, чем Плата своих монстров, говорить только правду. Кажется, даже развивала соответствующие умения, позволяющие определять ложь, но Бран так и не собрался проверить, насколько эти слухи соответствуют действительности.
— До меня доходили слухи о твоих похождениях и гибели
— Возможно, будет проще, если я расскажу?
— Как всегда, невыносимо прагматичен и скучен, - вздохнула королева эльфов.
— Раньше тебе нравилось, - усмехнулся Бран.
— Раньше я была моложе, - сухо отозвалась Оаэлиниииэ.
— Для меня ты все так же прекрасна, Оа.
Королева эльфов долго молчала, разглядывая Брана так, словно видела в первый раз. Затем растянула узкие бледные губы в улыбке и бросила:
— Докажи.
Бран молча шагнул к ней, мгновенно покрыл расстояние до трона, рванул платье на Оаэлиниииэ. Зачарованное, белое, украшенное артефактами-бриллиантами, с пуговицами – бледно-голубыми сапфирами, тоже несущими в себя заклинания. Бран разорвал его, словно старую тряпку, даже не заметив ответных атак защитных амулетов и артефактов, надвинулся на Оаэлиниииэ, которая была ниже его на две головы. Сдвинул руки ниже, подхватывая королеву и приподнимая ее, после чего грубо взял прямо на троне, не давая вырваться.
— А теперь в алмазном теле, - простонала Оаэлиниииэ, - и чтобы я видела!
В другой бы раз Бран подумал что-то о желании все контролировать и приказывать, но только не сейчас. Былая страсть вернулась, словно и не уходила никуда – хотя за такую резвость Брану следовало бы скорее благодарить огромную Выносливость – и он молча вздернул Оаэлиниииэ, развернул, словно собирался уронить плашмя, и королева со стоном ухватилась руками за верхнюю часть спинки трона, свесила голову. Взял ее, молча, грубо, не сдерживаясь, кажется, даже пару раз стукнул головой о спинку трона.
Что-то там точно хрустнуло, хотя, возможно, это была поясница самой королевы.
— Ве… верю, - кое-как поднялась Оаэлиниииэ, когда все закончилось. – Не ос… не ослаб.
Белые ноги ее подкосились, она присела неловко на трон, прямо на обрывки платья. На бедрах алели следы пальцев Брана, а небольшая, изящная грудь, казалось, увеличилась вдвое, налилась изнутри кровью, словно поспевший фрукт.
— Давненько меня так не тарабанили, словно обычную охотницу на водопое, - расплылась в улыбке Оаэлиниииэ.
Бран натянул обратно штаны, накинул рубаху, а королева осталась сидеть нагишом, бесстыдно раздвинув ноги, словно приглашая полюбоваться, как там все натерто.
— Так нашла бы себе мужа, - проворчал Бран, подтягивая пояс.
— Ни один из них не годился в отцы моей девочке, - произнесла Оаэлиниииэ, прищелкивая пальцами.
Трон хрустнул, треснул, но все же открылся, и из потайного отделения вылетела бутылка вина и изящные, почти невидимые бокалы.
— Платье порвал, трон сломал, - мечтательно произнесла Оаэлиниииэ, принимая фривольную позу и отпивая красного вина из бокала. – Бранд, да ты мне долг натурой сто лет отрабатывать будешь! Опять же отец моей девочке.