Протоколы с претензией
Шрифт:
– Да вот распечатка, – показал Б. на пару листов, лежавших на стеклянном столике перед зеленым диваном. Не дожидаясь, чтобы его попросили об этом, он взял со стола листки и принялся читать:
– Протокол 1. История.
Удивительно, как все эти негаллогои не раскопали до сих пор того, что просто лежит на поверхности, а именно, что Жанна Дарк – англичанка.
Ведь уже ее фамилия говорит почти все о ее происхождении. Да и какая уважающая себя галльская девушка стала бы размахивать саблей, шашкой, ятаганом, петициями, чем там еще размахивают эти взбалмошные англосаксонские феминистки? Капитан де Бодрикур, истинный галл, сначала посмеялся над ее видениями и любезно послал ее подальше. Когда же она явилась к нему во второй раз с теми же бреднями
– Как интересно, – сказала Баронесса. – Но почему же независимость Острова Пингвинов – галльская национальная катастрофа?
– А-а, – сказал Б. – Читаем дальше:
– Протокол 2. Искусство.
Самый известный галльский живописный шедевр, принадлежащий перу Eug`ene Delacroix (Эжен Делакруа), известен в мире под абсурдным названием “Свобода, ведущая народ”. Нужно быть квадратноголовым англосаксом, чтобы не разглядеть на этой картине, истинное название которой “Заклание Острова”, совершенно очевидного. Появление в армии женщины в таком виде (с обнаженной грудью) ведет к немедленному разложению воинской дисциплины. Подтверждение этому не следует искать, вооружившись лупой и прибегая к иносказательным интерпретациям, оно лежит на переднем плане картины в виде перепившегося санкюлота со спущенными штанами и в одном носке. Если и этого мало, то какое еще желание может вызвать у противника полуобнаженная женщина, как не ринуться сразу в яростную атаку, чтобы этой женщиной завладеть, особенно если ее зовут Свобода, и мы знаем, как падки до нее англосаксы.
– Протокол 3. Военная доктрина.
“История О.” Доминик Ори – аллегорическое изложение военно-стратегической доктрины Острова Пингвинов.
– Все? – удивился В.
– Все! – восхищенно воскликнул галломан Б. – Истинно галльский шифр, и как компактно!
– Что это еще за “История О.”? – спросила Баронесса.
– Я не читал, – сказал Б. и слегка покраснел. – Слышал, что это садомазохистский роман, где прекрасную островитянку (символ страны Острова Пингвинов) ее любовник (символ народа Острова Пингвинов) передает грубому англосаксу, начитавшемуся маркиза де Сада. С помощью только своих убогих умишка и воображения он к такой изысканности в любви, разумеется, никогда не пришел бы.
Баронесса не стала расспрашивать о подробностях. В любом случае военно-стратегические доктрины она передоверяет мужчинам.
– А дальше что? – спрашивает она.
– Есть еще один протокол, посвященный проблемам здравоохранения, – ответил Я.
– Ну, это мне нужно знать, читайте, – говорит Баронесса.
– Протокол 4. Здравоохранение.
В Герцлии-Флавии трудно найти красное вино Острова Пингвинов. Есть местные, есть итальянские, чилийские, наших нет. Догадались! Мало им
– Подождите, откуда они знают про Герцлию-Флавию? – спросил в изумлении В.
– Действительно, откуда? – удивленно переглянулись Я. с Б., причем Баронессе показалось, что Б. что-то прошипел в адрес Я.
– Все негаллогои, – продолжил читать Б., – убеждены нами, что красное вино лечит сердечные болезни. Ни один галл этой чепухе никогда не поверит. Всем известно, что сердечные болезни лечат в борделях. А красным вином лечат побочные явления сердечных болезней, то есть – сифилис. Пораженный орган погружают в бокал с красным вином на две с половиной минуты. Все наши кафе и рестораны являются в соответствии с распоряжением департамента здравоохранения венерическими лечебницами. Галлы в них пьют исключительно гранатовый сок, поставляемый нам Герцлией-Флавией, который по цвету не отличается от красного вина и действительно способствует оздоровлению сердечно-сосудистой системы.
– А как же лечат от сифилиса женщин? – спросила Баронесса.
– И что делать с теми, которые заказывают не бокалы с вином, а запечатанные бутылки? – поинтересовался В.
“Что-то уж больно часто они переглядываются”, подумала Баронесса об Я. и Б.
– Давайте читать дальше, сказал Я., – может быть, там что-то и про это сказано, я еще не все прочел.
– О, вот как раз, – удивленно воскликнул Б. и прочел.
Бутылка красного вина является естественным спринцовочным аппаратом при лечении женщин, страдающих от последствий сердечных болезней. После процесса спринцевания, длящегося три с половиной минуты, бутылка запечатывается и в таком виде может поступать в уличные клиники-кафе или продаваться на экспорт.
Баронесса поморщилась. Я., глядя на нее, задумался. Но ему тут же вспомнился визит Императора Острова Пингвинов в Еврейское Государство, включающий посещение “территорий”. Оттолкнув окружавших его еврейских солдат, Император воскликнул: “Меня не нужно охранять от Соседей!” Позже там побывал и Главный Министр Императора. Оговорившись, он назвал террористами Братьев Соседей. Когда он вышел из зала, где это сказал, в него полетели камни. Втянув голову в плечи, он затравленно озирался.
– Порнография и есть порнография! – заявил Я. неожиданно зло.
– Никакая не порнография! Умно и гуманно! – воскликнул Б.
Он этой идеей находчивых островитян, кажется, гордится так, будто бы она его собственное изобретение. Прежде, чем разлить по бокалам красное вино, он долго и придирчиво разглядывает этикетки на бутылке.
– За вашу и нашу мудрость! – предлагает он тост.
– Погоди, – говорит ему Я., – ты забыл, здесь есть еще один пункт.
– Протокол 5. Футурологический прогноз.
Все наши многовековые попытки предложить себя англосаксам потерпели фиаско из-за их удручающей непонятливости и глупейшего предубеждения о святости свободы. Даже отбив нас у бошей, они снова ушли, оставив нас на произвол судьбы. Коварный, ненадежный англосакс! Свята не свобода, святы искренняя вера, кипучая страсть и горячий темперамент, чье пламя способно поджечь даже автомобили на улицах! Так и быть – мы найдем себе того, кто сполна обладает этими качествами, того, кто нас уже никогда не покинет. Нам кажется, мы его уже нашли! Ты еще пожалеешь о своей слепоте!
ПОХИЩЕНИЕ ЕВРОПЫ (НЕУДАВШЕЕСЯ)
Я. выглядит удрученным.
– Черт-те что, говорит он.
– В чем дело? – спрашивает Б.
– Мы опять бедными родственниками стоим у подножия Европы и вымаливаем ее любовь. Или муравьиной толпою штурмуем ее неприступные стены, оставляя под ними тысячи торчащих кверху лапок. Это не эстетично.
– А что эстетично? – спрашивает Б.
– Мы должны взойти на гору Синайскую, подняться выше Европы и с этой заоблачной высоты обратиться к ней со страстной проповедью.