Противостояние
Шрифт:
Ллойд подошел к ней, а она указала на его грудь:
– Только это сними, не то у меня мурашки бегут по коже.
Ллойд Хенрид посмотрел на амулет, черную слезу с красной трещиной, и снял его. Положил на прикроватный столик, и тонкая цепочка легонько звякнула.
– Так лучше?
– Гораздо.
Она протянула к нему руки. Через секунду он уже лежал на ней. Еще через секунду – ритмично ее долбил.
– Нравится? – выдохнул он. – Тебе нравится, как он ходит в тебе, сладенькая?
– Господи, до чего хорошо!.. – простонала она, думая о мясорубке, белой эмали, поблескивающей нержавейке.
– Что?
– Я сказала, до чего хорошо! – выкрикнула Дейна.
Вскоре
Черный камень.
Красная щель.
Казалось, она смотрела на нее.
И у Дейны внезапно возникло ужасное чувство, что щель действительно смотрит, что это – его глаз, с которого снята контактная линза человечности, и он смотрит на нее, как око Саурона смотрело на Фродо из черной твердыни Барад-Дур, в Мордоре, где бесконечная тьма.
Он видит меня, в беспомощном ужасе думала Дейна, в те короткие мгновения совершенно беззащитная. Больше того: он видит меня НАСКВОЗЬ.
Потом, как она и надеялась, Ллойд заговорил. Это тоже входило в ритуал: оргазм развязывал ему язык. Он обнимал Дейну за голые плечи, закуривал, глядя на их отражения в потолочном зеркале, и начинал рассказывать ей, что происходит.
– Как хорошо, что я не Бобби Терри. Нет, сэр, только не это. Большой парень хотел получить голову старого пердуна без единого синяка. Хотел послать ее тем, кто сейчас по другую сторону Скалистых гор. И посмотри, что случилось. Этот козел всадил в лицо старика две пули сорок пятого калибра. С близкого расстояния. Я думаю, он заслужил то, что получил, но я рад, что при этом не присутствовал.
– А что с ним случилось?
– Радость моя, не спрашивай.
– Как он узнал? Большой парень?
– Он там был.
Ей вдруг стало холодно.
– Оказался в том самом месте?
– Да. Он постоянно оказывается там, где что-то происходит. Господи Иисусе, когда я думаю, что он сделал с Эриком Стреллертоном, острым на язык адвокатом, с которым я и Мусорник поехали в Лос-Анджелес…
– И что он сделал?
Ей показалось, что он не ответит. Обычно она могла легонько подтолкнуть его в нужном направлении серией ненавязчивых, уважительных вопросов, позволяя ему почувствовать себя – выражаясь словами ее незабвенной младшей сестренки – Говнокоролем Жабьей горы. Но на этот раз ощущение, что она зашла слишком далеко, не оставляло Дейну, пока Ллойд не заговорил странным, сдавленным голосом:
– Он просто посмотрел на него. Эрик разливался соловьем насчет того, какой он видит жизнь в Вегасе… мы должны сделать то, мы должны сделать это. Бедный старина Мусорник – ты знаешь, он не в себе – таращился на него, словно на актера с экрана телевизора или что-то в этом роде. Эрик расхаживал взад-вперед, будто обращался к присяжным, уже не сомневаясь, что окончательно убедил их и все будет, как ему того хочется. И он сказал очень мягко: «Эрик». Именно так. И Эрик повернулся к нему. Я ничего не видел. Но Эрик просто долго смотрел на него. Может, минут пять. Его глаза становились все больше и больше… потом он начал пускать слюни… потом смеяться… и он смеялся вместе с Эриком. Меня это испугало. Когда Флэгг смеется, это страшно. Но Эрик продолжал смеяться, а он сказал: «На обратном пути высадите его в Мохаве». Так мы и поступили.
Ллойд глубоко затянулся и затушил сигарету. Потом обнял Дейну.
– Почему мы говорим о таком дерьме?
– Не знаю… как дела в Индиан-Спрингсе?
Ллойд просиял. Тот проект он курировал лично.
– Хорошо. Действительно хорошо. У нас будет трое парней, способных поднять эти «скайхоки» [200] в воздух, к первому октября, может, и раньше. У Хэнка Росона прогресс фантастический. И Мусорный Бак, он же гребаный гений. В чем-то он, может, и не сечет, но если дело касается оружия, равных ему нет.
200
«Скайхок» – легкий штурмовик, разработанный в первой половине 1950-х гг.
Дейна дважды встречала Мусорного Бака. Оба раза по ее спине пробегал холодок, когда взгляд этих странных, мутных глаз задерживался на ней. Не вызывало сомнений, что другие – Ллойд, Хэнк Росон, Ронни Сайкс, Крысолов – считали Мусорника талисманом, приносящим удачу. Одна его рука жутко обгорела и теперь представляла собой сплошной шрам. И она помнила нечто особенное, случившееся двумя днями ранее. Хэнк Росон что-то рассказывал. Сунул в рот сигарету, зажег спичку, закончил фразу и только после этого прикурил. Дейна увидела, что огонек буквально приковал к себе взгляд Мусорного Бака, он, похоже, даже перестал дышать. Целиком и полностью сосредоточился на крохотном язычке пламени. Смотрел на него, как изголодавшийся человек смотрит на обед из девяти блюд. Потом Хэнк затушил спичку и бросил короткий огарок в пепельницу. На том все и закончилось.
– Он разбирается в оружии? – спросила она Ллойда.
– Не то слово. К крыльям «скайхоков» подвешиваются ракеты «воздух-земля» типа «Шрайк». Всему этому дерьму давали такие странные названия, верно [201] ? Никто представить себе не мог, как эти хреновины крепятся к самолету. Господи, нам понадобился целый день, чтобы понять, как достать их из хранилища. Вот Хэнк и говорит: «Лучше привезем сюда Мусорище, когда он вернется, и поглядим, сможет ли он сообразить, что к чему».
201
Skyhawk – небесный ястреб, shrike – сорокопут (англ.).
– Когда он вернется?
– Да, он такой странный чувак. Сейчас пробыл в Вегасе почти неделю, но скоро снова уедет.
– И куда?
– В пустыню. Он берет «лендровер» и просто уезжает. Странный он, говорю тебе. Они с большим парнем друг друга стоят. К западу от Лас-Вегаса нет ничего, кроме пустыни. Уж я-то знаю. Отбывал срок на западе, в адской дыре, именуемой Браунсвилл. Я не знаю, как он выживает там, но выживает. Он ищет новые игрушки и всегда привозит несколько штук. Через неделю после того, как мы с ним вернулись из Лос-Анджелеса, он привез армейские пулеметы с лазерными прицелами. Хэнк прозвал их пулеметами-без-промаха. В последний раз притащил противопехотные мины, контактные мины, осколочные мины и канистру «Паратиона» [202] . Сказал, что нашел целое море «Паратиона». А также склад дефолиантов, которых хватит, чтобы не оставить во всем Колорадо ни одного листочка.
202
«Паратион» – средство для уничтожения вредных насекомых.