Противостояние

Иванович Юрий

Но жаловаться и осуждать его за это не приходилось. Главное, что цель была достигнута. Да и вообще, сразу после прибытия на плоскую вершину застывшего бархана путников ослепило три солнца, а в лицо ударила удушливая волна раскаленного воздуха.

– Кошмар! – запричитал Шу’эс Лав, включая на своем сюртуке все системы охлаждения на максимальный режим. – Три звезды в одном месте! Как они вообще эту планету и друг друга на куски не разорвали?

Спрыгнувшая у него со спины Александра сразу направила все приборы обозрения и записи на горы.

– Дмитрий говорит, что до

глобальной катастрофы здесь осталось всего каких-то миллион лет.

– Ого! Как мало! Сюда лучше и не заглядывать.

– Ближайшие девятьсот девяносто тысяч лет, – продолжила графиня за великана и неожиданно предложила: – Слушай, а оставь меня пока здесь? А сам мотнись за устройствами…

– Нет! – Шу’эс Лав даже руку протянул, готовый в любой момент схватить женщину за шиворот и включить режим слипания на сюртуках. – Мы так не договаривались! И больше ни слова на эту тему! Да и вообще: показала – молодец. Двигаем обратно!

Светозарова снизу вверх посмотрела на Торговца из седой древности, но поняла, что спорить и в самом деле бесполезно:

– Ладно, поехали.

Но, вернувшись в покои графа в замке Свирепой долины, она не сразу отпустила баюнга во вторую ходку, а с помощью Эрлионы вначале просмотрела на огромном виртуальном экране некоторые увеличенные участки горного массива. И общими усилиями кое-что заметить удалось.

– Вот! Видите в этом месте небольшой столб пыли?

– Похоже, – сомневался великан. – Но может, это не пыль, а дым?

– Там ведь нет ветра совершенно, забыл? Вот столб пыли и стоит так долго или упорно над местом своего выброса.

– Думаешь, от взрыва? – рассуждала Эрлиона.

– Не обязательно. Возможен обвал, а то и землетрясение.

– И ты так спокойно об этом говоришь? – удивился великан. – А если графа…

Александра пожала плечиками:

– Могу ручаться, что с Дмитрием ничего не произошло страшного. Я бы это почувствовала. Да, он чем-то сильно занят и даже рассержен, но непосредственная опасность ему не грозит. Уверена. Но вот одного, а то и двух разведчиков следует послать именно к этому пыльному столбу. Наверняка там имеется определенная взаимосвязь.

– Понял. Тогда я отправляюсь?

В самом деле, чего было великану задерживаться? Но после своего вопроса он получил массу ценных указаний, наущений и советов как от самой графини, так и от «детки». Дошло до того, что Шу’эс Лав даже обиделся в некоторой степени:

– Такое впечатление, что вначале я вышел погулять с мамочкой, а теперь первый раз меня отпускают во двор погулять самого. Может, хватит меня учить?

Он ведь в глубокой древности тоже успел намотаться между мирами столько, что графиня столько не путешествовала. И та это понимала.

– Не сердись. Если со мной что-то случится, меня Дмитрий простит, а вот если с тобой… то сам понимаешь.

– Вот только не надо из меня делать маленького глупого ребенка, – фыркнул великан и презрительно шевельнул своими огромными плечищами. – Не скучайте тут без меня!

Пока он отсутствовал, обе подруги, конечно же, переживали. К тому же Эрлиона, как вездесущая, по всему замку сообщила новость:

– Папа Тител уже

проснулся. Пока собрался завтракать, и у него короткое совещание с преподавательским составом академии. Но потом наверняка поспешит в лаборатории и для баюнга работенку отыщет. А то и с наследством пойдут вместе разбираться. Или вздумает проверять, как он преподает нам всем теорию передвижения между мирами.

– Успеем! – распереживалась графиня. – Должны успеть… Ой! Ну что он там так долго?!

Три минуты и в самом деле показались им вечностью. Зато вторая ходка с маяками уже воспринялась более спокойно.

Третья и четвертая – в рабочем порядке. Разве что пятая вдруг неожиданно растянулась до восьми минут.

– Что случилось? – сразу в два голоса раздался вопрос баюнгу, когда он вернулся с таким опозданием.

– Да все в порядке! – уверенным голосом отвечал он. Наверняка хотел и доказать, и показать, что вправе сам распоряжаться своими перемещениями и своими силами. – Решил заглянуть в глубину пустыни, на то место, куда Дмитрий горы крокоспрутов из Лудеранского леса накидал и магических тварей из Мерлана. Ух, какие там дивные экземпляры подсыхают! Ничего в той духовке сгнить не успевает. Хотя со временем и ценнейшая кожа от жары придет в полную негодность. Но вот потом надо будет потребовать у графа, чтобы он парочку экземпляров для здешнего музея подбросил. Вот ребятишки обрадуются.

– Ты на ребятишек не сваливай! – подпустила строгости в свой голос графиня Светозарова. – Сам говоришь, что уговор дороже всего! И меня ведь не захотел в пустыне по этой причине оставить! А тут сверх трех минут сколько прошло? Я тут седой стала.

– Не надо таким тоном паниковать. Уложился в пять минут минимальной «рабочей» задержки. И седину мы тебе закрасим масляной краской. Ха-ха! Кстати! Мне тут в голову пришла ценнейшая мысль: а что, если мы сами смотаемся в тот мир, где сумасшедший Торговец подался в отшельники? Вдруг он жив еще и Верховный целитель ему мозги на место вправит? Вон как он лихо графу память вернул.

– Ты о чем? – стала заводиться Эрлиона. – Понравилось? Почувствовал свободу без наставника?

Александра тоже пошуметь собралась, но Шу’эс Лав ее опередил:

– Что тут такого? Мы с графиней смотаемся, посмотрим на скит отшельника – да и обратно. И только если старикан жив, потом я уже сам за ним мотнусь.

Такой вариант, конечно же, сразу заимел в союзницы склонную к авантюрам в бывшем лучшего агента из конторы по многопрофильным операциям. Она сразу стала покладистой и милой:

– Чуть позже мы все втроем над этим подумаем. Эр, милая, а что, нашего добра молодца ректор еще не хватился?

– Пока нет, но вот на завтраке нашего великана уже заждались. А ведь еще переодеться надо.

– Ой! Мне голодать нельзя, я тогда слабну, – не на шутку испугался баюнг, любящий поесть всегда и много. – Детка, можно я прямо отсюда в свою комнату?

У него там створа не было, так что грохот и молнии по прибытии могли выдать самовольные действия. И для прикрытия требовалось соучастие магической сущности. Понятно, что Эрлиона жеманиться не стала, хотя и проворчала: