Противостояние
Шрифт:
– Братья, я не предавал вас! Муаллим, как вы можете, я всегда был верен вам!
Моджахед с усилием отвернул старую, ржавую крышку - и поток холодной, остро пахнущей жидкости, пролился на Набир-шаха, резанул по глазам, потек в нос, в распяленный в крике рот...
– Нет! Не надо!
Второй моджахед резанул по путам сковывающим ноги Набир-шаха, стоящему на трибуне Хекматияру подали ракетницу.
– Беги!
Помутившимся сознанием, Набир-шах сразу и не понял, кто это обращаются к нему. Один из боевиков, приехавших с Гульбеддином, дал ему пинка.
– Беги, мунафик!
Спотыкаясь,
– А-а-а...
Крик оборвался, когда жадное, трескучее пламя ворвалось в рот, сжигая голосовые связки...
Кто-то включил магнитофон - и заунывный напев азанчи стал достойным фоном экзекуции. Под строки Корана подручных Набир-шаха развязывали и поджигали. И они метались в кольце людей, чтобы они не сгорели быстро - на каждого надели ватный халат, и пламя не сразу добиралось до их тел. А сбить его руками они не могли - руки оставляли связанными. И над всем этим азанчи пел фатиху**** - потому что нельзя убивать правоверных, не прочитав молитву...
* прим автора - в исламе злой дух называется джинн
** мунафик - лицемер. В исламе - одно из самых страшных обвинений, так называют людей которые внешне соблюдают заветы ислама, но в душе не являются правоверными. Наказание для мунафиков - смерть
*** Полковник Оливер Норт, ответственный сотрудник Совета национальной безопасности США играл активную роль в деле Иран-Контрас - в нарушение прямого запрета Конгресса продавал Ирану запасные части к американскому оружию, которого там было море, а на вырученные деньги поддерживал движение Контрас в Никарагуа. Когда все всплыло наружу - полковник Норт единственный из всех кто в этом участвовал получил срок за ложь перед комиссией Конгресса. В то время, когда происходили описываемые события, скандал Иран-Контрас был в самом разгаре.
**** Фатиха, открывающая - первая сура Корана, ее обычно читают, когда кто-то умирает.
Окрестности Кандагара
Штаб Третьего армейского корпуса Армии ДРА
Утро 02 октября 1986 года
– Расскажи про себя.
Скворцов вздрогнул - он ожидал любого вопроса от старшего по званию не только не такого.
– Лейтенант Скворцов Николай...
Полковник с желтыми, внимательными глазами поднял руку
– Стоп! Свое личное дело мне пересказывать не надо. Меня зовут Владимир Дмитриевич, фамилия - Куракин и я советник командира третьего армейского корпуса Демократической республики Афганистан. Вас зовут лейтенант Скворцов Николай Павлович и ваш отец - ответственный работник Внешторга, а вы сами - знаете английский и немецкий языки. Отец ваш прочил вам карьеру дипломата или работника Внешторга - а вы вопреки его воле поступили в военное училище, на факультет
Скворцов задумался - таких вопросов ему не задавал даже отец, когда разговор заходил на эту тему, он просто переходил на крик. А вопрос был интересный - и что самое интересное, ответа на него у лейтенанта не было.
– Не знаю, товарищ полковник - честно ответил он
Полковник удовлетворенно кивнул
– Это хорошо. Если бы вы начали говорить про интернациональный долг, я бы в вас разочаровался. А ваш подчиненный. Это ведь ваш...
– Заместитель. Зам командира группы.
– Вот-вот. Он что здесь делает?
– А что мы все здесь делаем? Нам дали приказ - мы его выполняем.
Полковник покачал головой
– Неправда. Есть здесь люди, которых затащили сюда чуть ли не насильно. Есть здесь люди, которые и в самом деле выполняют приказ. А есть и другие. Как думаете, сколько рапортов направил командованию ваш замок, чтобы перевестись сюда?
– Не могу знать.
– Четыре. Четыре рапорта, лейтенант, в этом он обошел вас. Он отслужил здесь срочку, был даже ранен, и когда он остался в армии на сверхсрочке - его не хотели еще раз сюда направлять. Но он писал рапорт за рапортом и добился того, чтобы его сюда отправили. Как вы думаете, лейтенант, он сможет объяснить, почему он так поступил?
– Наверное, нет.
– Вот в том то и дело!
– полковник назидательно поднял палец - ни вы ни он не можете объяснить, что вы здесь делаете! Просто вы чувствуете, что надо быть именно здесь! И ваше чутье вас не подводит! Мне нужны такие люди как вы двое - именно такие, потому что каждый из вас стоит десятерых!
– Товарищ полковник, у меня есть своя часть и свое командование.
Полковник улыбнулся
– Ничего этого у тебя уже нет, лейтенант. Николай Павлович Скворцов, лейтенант Советской Армии и Игорь Владимирович Шило, прапорщик Советской Армии несколько дней назад, проявив храбрость и мужество пали в бою с моджахедами, исполняя свой интернациональный долг. Вас больше нет, нет у вас ни командования, ни части, ни боевых товарищей - ничего. Не веришь? На, ознакомься, я специально заказал сводку потерь.
Деревянными руками, лейтенант подгреб к себе листок, который полковник небрежно положил на стол. Отпечатано было на раздолбанной пишущей машинке, с ошибками, буквы стояли не в ряд, прыгали расплывались перед глазами...
Мама...
– Увы, товарищ лейтенант, родителям вашим уже сообщили и с этим ничего не поделаешь, по крайней мере, сейчас - полковник забрал потрепанный листок из безвольных рук лейтенанта, положил перед ним раскрытые красные корочки удостоверения - на, ознакомься.