Против тьмы

Уитли Деннис

— Нет еще. Но я сейчас же сделаю это, — Ричард сделал шаг к двери, но тут в комнату вошли Рэкс и Саймон, державшие в руках подносы, которые были уставлены тарелками, чашками и всякой снедью.

— Подожди, Ричард, — позвала его Мэри Лу, — прежде чем мы сожжем мосты, нам надо поговорить.

Герцог бросил на нее резкий взгляд исподлобья.

— Так вы еще не решили окончательно?

— Я не знаю, что нам делать, — беспомощно произнесла она. — Ричард очень практичный и здравомыслящий человек, но я никогда не прощу себе, если звонок в полицию вынудит Мокату исполнить свою угрозу. Вы… вы и в самом деле считаете, что он способен узнать, выполняем ли мы его указания?

Де

Ришло кивнул.

— Боюсь, что да. Но Саймон сможет рассказать вам об этом больше, чем я.

Саймон, углубившийся в чтение, оторвался от письма и утвердительно кивнул.

— Да. Он получает информацию об интересующих его вещах, глядя в зеркало, о котором я уже говорил вам. Кроме того, в Лондоне у него есть с полдюжины медиумов; введя их в транс, он без труда сможет узнать обо всех наших действиях вплоть до мельчайших подробностей.

— Я тоже так считаю, — согласился герцог. — Если мы обратимся в полицию, они немедленно нагрянут сюда, потребуют фотографии Флер и начнут допрашивать всех подряд. Так что Моката наверняка будет в курсе всех наших действий, и последствия могут оказаться непредсказуемыми.

— Не стоит даже думать об этом, — отрывисто произнес Саймон. — Глупо с моей стороны извиняться за причиненное вам несчастье, но есть лишь один способ поправить положение.

— Всем нам до полудня сидеть сложа руки, а затем помахать вам вслед, когда вы пойдете сдаваться, так что ли? — едко вставил Ричард.

— Должен признаться, что, в целом, он прав, — заметил герцог.

— Но неужели нет другого выхода? — в отчаянии воскликнула Мэри Лу, схватив Саймона за руку.

На лице Саймона появилась одна из тех редких улыбок, которые придавали ему такое обаяние.

— Нет, — утешая ее, сказал он, — во всем виноват только я. Вы пытались спасти меня, но Моката оказался нам не по зубам. Я очень благодарен всем вам. Но у нас нет иного выхода.

— Это все моя проклятая некомпетентность, — проворчал герцог. — Я должен был бы занять ваше место, Саймон. Но беда в том, что ему нужны вы, а не я.

— Ради бога, хватит нести вздор, — решительно вмешался Ричард. — Нельзя никого винить. Вспомните, сколько мы все пережили в прошлом. И вы совершенно правильно сделали, что пришли сюда. К кому, как не друг к другу мы можем обратиться в минуту опасности? На вашем месте я поступил бы так же. Поэтому ответственность за судьбу Флер ложится на нас в той же степени, что и на вас. А теперь давайте вернемся к делу.

— Это очень благородно с вашей стороны, Ричард, — попробовал улыбнуться герцог, зная, каких усилий стоила ему попытка смягчить терзавшее их чувство вины.

— Чертовски благородно, — откликнулся Саймон. — Но я все равно намерен подчиниться требованиям Мокаты. Это наша единственная надежда.

Ричард упрямо выпятил подбородок. Он явно не собирался сдаваться.

— Ни в коем случае, старина, — сказал он. — Придя в мой дом, вы отдали себя под мою защиту, и я не позволю вам никуда уйти. Нельзя преувеличивать могущество и возможности сил зла. Моката, я уверен, боится, что мы обратимся в полицию, значит, именно так и следует поступить.

— Послушайте, Ричард, — печально произнес герцог, — взгляните на это с иной точки зрения. Представьте себе, что вы имеете дело с бандой отчаянных головорезов, которые способны узнать обо всем происходящем в вашем доме и которые угрожают убить Флер, если вы заявите в полицию. Станете ли вы рисковать в такой ситуации?

— Нет. Я заплатил бы требуемую ими сумму. Вероятно, именно так поступает большинство несчастных родителей в надежде, что гангстеры поступят

честно и вернут ребенка. Но здесь другой случай. Я готов поклясться, что Моката обманет нас. Говоря о Саймоне и Флер, вы совсем забыли о том, что сказала нам Танит. Она совершенно четко указала на три основных момента. Первое — он намерен вернуть ее душу в тело. Второе — на это ему отводится всего несколько дней. Третье — он может сделать это, только лишь принеся крещеного ребенка в жертву во время черной мессы. Не так-то просто похитить в цивилизованной стране ребенка и не привлечь к себе внимание полиции. Совершенно ясно, что он шантажирует нас и пытается решить обе задачи: держит нас в состоянии пассивности и использует Флер как приманку для Саймона. Но, повторяю, у меня нет сомнений, что он намерен убить ее.

Де Ришло отрезал себе кусок ветчины и положил на хлеб.

— Что ж, — проговорил он, разглядывая бутерброд, — вам с Мэри Лу решать. Мне отнюдь не нравится сидеть, сложа руки, и только желание уменьшить риск для Флер останавливает меня.

— Я знаю, — ответил Ричард, — но я убежден, что единственный шанс увидеть Флер живой — это обратиться в полицию и доверить ей поиски девочки.

— Я не стал бы рисковать, Ричард, честное слово, — покачал головой Саймон. — Моката наверняка узнает о наших планах. Местные сыщики потратят драгоценные часы, допрашивая нас, и им навряд ли удастся найти ребенка до наступления ночи. Этот человек бессердечен, и обращение в полицию может быть равнозначно подписанию смертного приговора для Флер.

В мучительной нерешительности Мэри Лу прислушивалась к противоречивым аргументам. Саймон говорил столь убедительно, что ей казалось невозможным принять предложение Ричарда, поскольку оно ускорило бы смерть ребенка, и в то же время она чувствовала правоту Ричарда, утверждавшего, что Моката наверняка обманет их.

Они замолчали, и Ричард взглянул на нее.

— Ну, дорогая моя, так что будем делать?

— О, я не знаю, — простонала она. — Вы оба, кажется, правы, и тем не менее, в обоих случаях риск ужасающе велик.

В отчаянии заломив руки, Мэри Лу взглянула на Рэкса, с отсутствующим видом сидевшего возле тела Танит и не спускавшего глаз с ее лица.

— Рэкс, — хрипло проговорила она. — Вы один не высказали еще своего мнения. Мне представляются одинаково ужасными обе альтернативы. Что посоветуете вы?

— А-а? — словно очнувшись, произнес он. — Здесь не все так просто. Мне ненавистна сама мысль о бездействии, и я с удовольствием отправился бы свести счеты с этим мерзавцем. Но, судя по всему, у Саймона нет сомнений, что это было бы фатально для Флер, да и герцог, похоже, держится того же мнения. Оба они знают Мокату куда лучше, чем Ричард, поэтому их точка зрения выглядит более обоснованной. Однако у меня сложилось впечатление, что мы не там ищем. Не прибегнуть ли нам к тактике выжидания? Проще говоря, не дать ли противнику достаточно большой кусок веревки и дождаться, пока он сам повесится на ней?

Я ненавижу компромиссы, но, похоже, ничего другого нам не остается. Находясь здесь и пунктуально выполняя все требования Мокаты, мы, по крайней мере, можем быть уверены, что не навлекаем опасность на Флер. Но зачем отпускать Саймона? Пусть Моката почешет в затылке. Пока у него нет Саймона, он ничего не сделает с Флер. А когда он вновь придет за ним, счастье может оказаться на нашей стороне.

Де Ришло улыбнулся, возможно, впервые за несколько дней.

— Поздравляю вас, друг мой! — с чувством произнес он. — Я, наверное, уже старею. Ваше предложение куда более разумно, чем любое из высказанных сегодня нами.