Против правил
Шрифт:
– Нет, - расплылась в улыбке Таня.
– Я и не собиралась. Просто это... неожиданно.
Алла нахмурилась, сама выпила стакан воды, ранее постеленный подруге, и недовольно проговорила:
– Ничего не пойму. Еще вчера ты была похожа на живой труп, а сегодня чему-то улыбаешься. Я что-то пропустила?
Ответить Таня не успела. Услышав звонок в дверь, она подскочила со стула и, прижав руки к груди, с надеждой посмотрела в коридор.
– Папка приехал, - услышала она радостный
– Ой, прости дядь Саш, я не хотел, - это уже больше походило на лепет.
Что сказал Алексею Артемьев, девушки не слышали, но уже спустя пару минут он появился на пороге кухни довольный до безобразия.
– Ладно, мне пора, - моментально поняла все происходящее Алла и быстро оставила влюбленных наедине.
– Лешик, идем ко мне мультики смотреть и запеканку кушать.
– Иду!
– отозвался ребенок, и через несколько секунд Таня услышала, как хлопнула входная дверь.
Открыв глаза, она взглянула на мужчину, который сделал ее счастливой.
Саша жадно рассматривал ее и, заметив, что его засекли за этим занятие, сократил расстояние между ними до минимума и впился в губы Тани страстным жадным поцелуем. Он "выпивал" ее, не давал перевести дыхание.
– Люблю, - прошептал он между поцелуями.
– Не отпущу.
Уже мало, что соображая, Татьяна начала расстегивать пуговицы на рубашке Саши. Он схватил ее за запястья и, отстранившись, предложил:
– Сначала мы поговорим, все выясним, а потом...
– Не хочу потом, - выдернув свои руки из захвата и дернув на себя за пояс брюк самого желанного в мире мужчину, Таня опять начала его раздевать.
Долго ли мужская особь может выдержать такой напор? Пару секунд, не более.
Подхватив девушку на руки, Саша понес ее в комнату и, уложив на кровать, навис сверху.
– Что ты со мной сделала?
– это был риторический вопрос. Оба знали, что нарочно Таня ничего не делала, просто так случилось, что однажды проходя мимо, она помогла избитому человеку. Именно в этот момент их судьбы тесно переплелись. Другого исхода и не должно было быть.
Сделав над собой усилие и заставив страсть немного отступить, Саша поцеловал Таню со всей нежностью и любовью, на которую он был способен.
От одного этого, на глаза наворачивались слезы. Такого коктейля эмоций Татьяна никогда раньше не пробовала. Трепет тела от прикосновения горячих рук. Желание подарить всю себя от осознания того, что любима. Стать одним целым - быстро, сейчас, навсегда.
Не торопясь, Саша раздел Таню. Уложив ее обратно на спину, он, подавляя все то, что рвалось наружу, но можно было прочитать
Еще ни разу в жизни Артемьеву не приходилось так усиленно удерживать страсть внутри себя. Это было похоже на какие-то пытки. Но если бы Таня попросила его пройти через это снова, он бы незамедлительно согласился. Только с ней. Только ради нее.
Громкий женский вскрик и Саша замирает. Сильно стиснув зубы и дыша через раз, он начинает перемножать в голове трехзначные числа. Зачем? Потому что готов был кончить, только от одного того, что Таня получила оргазм.
Любимая женщина срывает все барьеры, обхватывая его пояс ногами. Всё, все собственные запреты сняты, осталась только страсть, любовь, движение двух тел в едином ритме, одно дыхание на двоих и кульминация всего - сильнейший за всю жизнь оргазм. Когда мышцы в теле даже спустя минуту еще непроизвольно сокращаются, когда ты видишь, что твои старания не прошли даром и любимая женщина все еще не с тобой, а "где-то там". Экстаз. Кайф. Все не то. Не нужны слова, чтобы описать все чувства, что бушевали внутри у Саши. Одно он знал точно: больше ни одна женщина не появится в его жизни, точнее в его постели.
Таня уснула у Саши на плече. Разговор они отложили до вечера. Сейчас же ей просто хотелось выспаться.
За окном уже хозяйничали сумерки, когда Татьяна приоткрыла глаза и взглянула на мужчину, лежащего рядом с ней.
Разбудив его, она невинно поинтересовалась:
– Ты кушать не хочешь?
Саша тихо рассмеялся и, подмяв под себя Таню, прошептал:
– Я тебя хочу, - нежный поцелуй сразу возбудил Артемьева, а урчание в животе заставило отстраниться.
– Понятно, сначала поздний ужин, - вздохнул он и, поднявшись с кровати, включил свет, натянул трусы и брюки. Таня нахмурилась, а Саша пояснил:
– Я Лешку забрал от твоей подруги и думаю, он будет немного... шокирован, если увидит меня только в нижнем белье.
Улыбнувшись, Таня произнесла:
– Спасибо, - она действительно была рада тому, что сын дома. Обозвав себя кукушкой, Татьяна тоже поднялась. Накинув на себя халат, она решилась спросить то, что ее тревожило:
– Саш, а что ты Лешке сказал на то, что он тебя папой назвал?
Артемьев молчал.
– Ну?