Против правил
Шрифт:
– Я пойду, - отстранившись, проговорила она, стараясь отдышаться.
– Такси у подъезда, - предупредил Слава, разжимая объятия. На вопросительный взгляд Ксении он ответил: - Я знал, что ты уйдешь, только не знал когда, вот и вызвал машину сразу после душа.
– А если бы я не ушла?
– Ты бы не осталась, - точно зная, что говорит, усмехнулся Слава.
Последний раз, быстро чмокнув мужчину в губы, Ксения поднялась и, поправив платье, направилась в коридор.
– Не надо меня провожать, - остановилась
– И не собирался, - хохотнул Слава, забираясь под одеяло. Ксана хотела для порядка разразиться гневной тирадой, но поняла, что от нее только этого и ждут, чтобы задержать еще на неопределенное время.
– Пока.
– До встречи, - грустно вздохнул Каминский, осознав, что его план не сработал.
– Я позвоню, - прокричал он, когда Ксения вышла уже в коридор.
– Я знаю, - тихо проговорила она, смотря на свои припухшие от поцелуев губы в зеркало в коридоре.
– Я знаю.
***
– Куда едем-то, дамочка?
– насмешливо спросил частник, нагло выдергивая Ксану из ее воспоминаний.
– Отвези меня туда, откуда забрал, - недовольно бросила она. Достав телефон, Ксана с минуту сверлила его взглядом, после чего все-таки написала сообщение.
"Возвращайся скорее".
Убрав мобильный обратно в сумочку, она достала деньги и, как только машина остановилась на остановке, откуда ее и взяли на "борт", кинула их водителю на переднее сидение, после чего покинула салон автомобиля.
Медленно бредя к дому и слушая цокот своих каблуков, Ксюша не заметила, как к ней сзади кто-то подошел. Лишь когда рука зажала рот, а на ухо прошептали:
– Не кричи, - она поняла, какую глупость совершила, выйдя ночью прогуляться. Начав брыкаться и лягаться, Ксана наступила каблуком туфли мужчине на ногу и, услышав его тихое рычание - расслабилась. Потому что узнала того, кому принадлежал злой и недовольный голос, исторгавший ругательства на ее бедную голову.
Резко сменив тактику поведения, Ксюша бросилась на шею к Славе, прыгающему на одной ноге. Когда первый испуг миновал, а на смену ему пришла злость, Ксения схватила Каминского за волосы на затылке и, оттянув их чуть назад, прошипела в губы:
– Идиота кусок.
Вячеслав мотнул головой, сбрасывая ручку Ксении и, приподняв ее за попку, заставил обвить свой пояс ногами. Как только он добился желаемого, то в следующий момент размахнулся и ощутимо ударил Ксану ладонью по филейной части.
Недовольно взвизгнув, она соскочила на землю и, потирая горящую живым огнем ягодицу, спросила:
– Совсем больной?
– Ты какого хрена на улицу выползла?
– Не спалось, - сказала правду Ксюша.
– Так значит?
– дождавшись утвердительного кивка и, увидев, как воинственно настроена его девушка, Слава пришел к выводу, что здоровее будет, если Ксана не сможет его достать своими ручонками.
– А мы куда?
– спросила она устав молотить кулаками и царапать ногтями спину Славы.
– Со мной поедешь.
– С чего бы это? Ты чего несешь болезный?
– С того бы это, - передразнил Каминский.
– Мне так спокойнее будет.
– Что случилось?
– напряглась Ксюша. Ей решительно не нравилось то, как настроен Слава. Слишком серьезен, собран и выглядел так, будто не примет отказа. Это немного пугало.
– Предчувствие плохое, - сквозь зубы ответил Слава, ставя Ксану на ноги и заглядывая в ее глаза.
– Пожалуйста, поехали со мной.
Нахмурившись, Ксюша отступила на пару шагов назад.
– Когда мы приедем?
– Завтра вечером, крайний срок послезавтра утром.
Очень долгую для Славы минуту она молчала. Взвесив все "за" и "против" Ксана кивнула, но перед этим поинтересовалась:
– Что-то случилось?
– Нет, - мотнул головой Вячеслав.
Еще по дороге в другой город, где у него был запланирован визит на строившийся его компанией объект, Слава почувствовал, какой-то дискомфорт, думая о Ксюше. Ощущение потери поселилось в душе и не отпускало. Каминский всегда доверял своей интуиции, потому, отправив сообщение с пожеланием сладких снов, развернул машину и погнал обратно в город.
Теперь он собирался всегда держать Артемьеву при себе, нет, не так, рядом с собой.
***
Сидя на кухне и вливая в себя уже незнамо какую по счету кружку чая, Таня "гипнотизировала" взглядом цветы в вазе. Их вчера туда поставил Саша, когда она осталась в коридоре, а он прошел на кухню. Осознание того, что вспылила, сглупила, прогнав любимого человека, пришло практически сразу... минут через пять. Но бросаться вдогонку или звонить Татьяна не стала, решив дать себе и Артемьеву время. Вот только для чего? Наверное, чтобы остыть. Взвесить все слова, сказанные, как ей, так и Сашей.
На кухню, незаметно для Тани, вошел Лешка. Усевшись на стул, он посмотрел на мать, потом перевел взгляд на цветы и, тяжело вздохнув, укоризненно покачал головой. Вздрогнув от постороннего "шума", Татьяна глянула на сына с вопросом в глазах.
– Ну, прям как дети, - серьезно изрек он с деловым видом. Как он понял от кого цветочки, Таня так и не поняла. Она очень старалась сдержаться, чтобы не рассмеяться, но не смогла. Смех душил изнутри. Прыснув, она уткнулась лбом в стол и беззвучно засмеялась, сотрясаясь всем телом, выпуская через истеричный смех все свои страхи и сомнения наружу. Заставляя себя наконец-то поверить в действительность, поверить в слова, что вчера произнес Саша, доверить этому мужчине себя, сына, "новую жизнь" и их будущее.