Протер
Шрифт:
– Ремиссия, – поправил доктор. – Ну, хорошо, улучшение, – согласился он, поймав на себе возмущенный взгляд посетительницы, которой, вероятно, этот термин не был знаком, и добавил: – А почему вы его не оставили? Ведь жить с сумасшедшим – это надо быть, по меньшей мере, святой.
– Вы так серьезно считаете?– зарделась женщина. – Но знаете, какой он!
– Какой он? – терпеливо переспросил доктор.
Женщина на секунду задумалась и продолжила: – Если не считать его отклонений в психике.
– Отклонений, – повторил доктор, вкладывая в это слово только одному ему понятный
– Да, отклонений – повторила женщина, снова зардевшись. – А вы знаете, какой он мужчина…
– А, понятно, – ответил доктор, – за это все что угодно стерпишь.
– Но вы меня не совсем правильно поняли. – Госпожа Останциони окончательно покраснела. – Дело даже не в его мужских качествах. Это трудно описать, да и к чему описывать? Вы можете сами на него взглянуть.
– Любопытно, любопытно, – пробормотал эскулап. – А как сейчас протекает анамнез?
– Что протекает, господин доктор?
– Я хотел сказать, процесс.
– А, процесс! – обрадовалась посетительница. – Сейчас процесс протекает ужасно. Он объявил себя богом, говорит, что сотворил новую галактику, – это для того, чтобы уже с имеющимся Господом Богом нашим, – госпожа Останцони перекрестилась, – не иметь проблем. И мы скоро – я, он и трое наших мальчиков – якобы отправимся туда на постоянное местожительство. Он говорит, что у нас здесь нет перспектив. Мол, Америка зажралась, опустилась и стала мировым полицейским, а место Богу осталось только в сердцах немногих людей. Да и они, по его мнению, очень маленькие. Да, кстати, о мальчиках. Доктор посмотрел на часы и заерзал. – Мои мальчики – это просто чудо. Но у них нет взаимопонимания с их отцом. Они все закончили Кембридж, говорят свободно на французском, знают итальянский. Я уж не говорю о том, как они играют в бейсбол и какие у них девушки! Мальчики у нас, кстати, все погодки.
– На что вы существуете, то есть живете? – поинтересовался доктор у клиентки. Она была очень хорошо одета, в ушах поблескивали бриллиантовые сережки достоинством не в один карат, а на руке был бриллиантовый браслет.
– Вы знаете, у нас нет финансовых проблем! – с чувством глубокого удовлетворения заявила женщина. – Я содержу уже более тридцати лет собачий косметический массажный салон. Муж тоже хорошо зарабатывает. Он содержит студию, фотостудию: делает снимки ауры, выезжает также и на дом, для фотографирования фантомов умерших, иногда охотится за привидениями.
– Все понятно! – констатировал доктор. – Это или вялотекущая шизофрения на фоне мистической паранойи, или вообще черт знает что! Случай, описанный в классической литературе. И знаете, если я его вылечу (а это весьма вероятно, я неоднократно сталкивался с подобным, иногда это называется мистической интоксикацией), то, весьма вероятно, это может отразиться на его бизнесе.
– Это даже желательно, – согласно закивала головой дама, и ее бриллиантовые серьги зазвенели, как бы подтверждая согласие.
– А теперь я бы хотел познакомиться с вашим мужем и назначить ему курс лечения.
– Да-да, я его сейчас позову.
– Дама встала, поправила юбку и характерной походкой женщины, привыкшей ходить на высоких
– Дорогой доктор, у нас с вами очень мало времени.
– Да нет же, уважаемый господин Останцони, у нас времени достаточно! Я специально не назначал после вас приемов.
– Вы меня не поняли, – возразил господин Останцони. – У нас действительно мало времени, я имею в виду не сейчас конкретно, а вообще нашу жизнь, если позволите. Дело в том, что вы находитесь в смертельной опасности. Завтра вы будете в Манхеттене в одной из башен-близнецов, там у вас назначена встреча с господином Питцером–младшим, по какому поводу, я говорить не буду, вы сами это хорошо знаете. Дело в том… – Он приблизился к доктору так близко, как позволял ему письменный стол, сделал многозначительную паузу и таинственным голосом сообщил:
– Завтра зданий-близнецов не будет! А это значит, что не будет и вас. А вы мне нужны как светило. Я хочу предложить вам должность планетного логоса в моей недавно созданной галактике. Никто, кроме вас, на эту должность не подойдет. Правда, вам придется сначала поучиться у меня. Но ведь у Бога поучиться не зазорно, даже вам, не правда ли?! И господин Останцони снова внимательно поглядел в глаза доктору. Доктору, светилу с сорокалетним практическим стажем и нобелевскому лауреату, стало нехорошо. Он еще не встречал настолько сильной психически личности. Но после всего услышанного что он мог подумать?!
– Вы о Карловарских грязях ничего не слышали? – спросил доктор господина Останцони почему-то шепотом.
– Здесь все летит к черту, а он мне о грязях! – возмутился искренне посетитель.
– Завтра вас похоронят под обломками левой башни-гиганта – и все! А я вам предлагаю будущее! Вы меня очень интересуете. А в случае, если вы не согласитесь, мне придется договариваться с вашим Богом на ваш перевод. А ведь вы в рай-то, дорогой светило, точно не попадете, а попадете вы прямо на сковородку, а оттуда отпускают с большой неохотой! Так что соглашайтесь! У доктора в глазах промелькнуло что-то вроде недоумения, смешанного с легким страхом. Женщина сидела смирно, наблюдала за их беседой и как бы каждым своим движением лица, рук, тела, положением головы пыталась сказать: «Да посмотрите, он, конечно, сумасшедший, но как он все-таки хорош!»
– Решайтесь! – повторил еще раз посетитель. – Старт сегодня с моей загородной виллы, в 12 часов ночи, с собой только необходимое. Своего любимого кота тоже разрешаю вам взять. «И откуда он знает про мою встречу завтра, про кота и про то, что у меня больше никого нет?!» Не успел доктор про все это подумать, как пациент заговорил металлическим голосом, не терпящим возражения. – Я – белый маг, астральный корректор Америки, отвечающий за благополучие Америки.
«Как президент!» – подумал доктор.