Простри руце Твои..
Шрифт:
– Вас тоже пыталась ухватить такая рука?
– спросил проницательный батюшка.
Приезжий нехорошо покривился.
– Пыталась... Слава, деньги, весь мир у моих ног... Всякая белибердень... И моя жизнь - на другой чаше весов...
– Жив ты или нет - не должно быть важно ни для тебя, ни для других, важно одно - ради чего ты живешь и ради чего готов отдать свою жизнь, - отозвался отец Димитрий.
– Жизнь твоя, хотя бы ты был самый жалкий из смертных, - не праздная греза, а действительность, полная высокого смысла. Твоя жизнь - твое достояние, это все, с чем ты можешь пойти навстречу вечности.
– Ну, положим... Жизнь
– А право жить - такой щедрый, такой незаслуженный дар, что он с лихвой окупает все горести жизни, все до единой.
– Да, тут вы правы. И, как я догадываюсь, хотите вернуть церкви чудотворный список.
Гость опять ссутулился.
– Но это не так просто сделать. Это не оправдание, но объяснение.
– Простого в этой жизни очень мало. Святой Антоний Великий боролся с искушениями и молил Бога, но помощи не было. Победил искушения и упал без сил. И явился ему Христос. Антоний спросил: "Господи, где же Ты был, когда я был в борении?" И Он ответил: "Невидимо стоял рядом, готовый тебе помочь, если бы ты потерял мужество", - отозвался батюшка.
– И еще напоследок одна притча. Закончилась земная жизнь человека, и он предстал перед Господом. Бог показал ему всю его жизнь, похожую на длинную дорогу. И на этой дороге четко виднелись две пары следов. Человек понял, что Господь всегда шел с ним рядом. Но в некоторых, самых трудных местах, вторые следы исчезали. "Господи, зачем же Ты в трудные минуты оставлял меня без поддержки?" - спросил человек. И Господь ответил ему: "Ты ошибаешься. В такие минуты я нес тебя на руках", - отец Димитрий помолчал.
– Храни вас Господь!
9
Они сидели на кухне - Ксения еле-еле нашла время вырваться к Оле, которая после "воскресения" Игоря была на грани помешательства.
– Ты занята, я понимаю, Ксенька...
– сказала она, открыв дверь, и вцепилась худой, какой-то куриной лапкой в Ксенину ветровку.
– Ты пришла...
И Ксеня поняла, что эту роль - утешительницы, - ей не сыграть никогда, ни за что, ни при каких обстоятельствах. И заревела, и озлобилась на себя, и крикнула:
– Не реветь! Леля, прекрати немедленно!
Стояли в маленькой передней и плакали - мучительно, молча, безнадежно... Вышла изумленная Марина с баллоном лака в руке, постояла, полюбовалась, исчезла...
Ксеня - неизменная сигарета в зубах - сбросила ветровку и сапоги.
– Хотела приехать к тебе пораньше, но транспорт не оценил мой порыв. Леля, не реветь! Разлюби твою мать! Ну, давай, соберись, запряги мозги! Вино есть?
– Коньяк тоже...
– прошептала Оля.
Надрались до безобразия.
Приходила Марина с деревянным гребешком, осуждающе взмахивала кудрями, советовала закусывать, исчезала...
Ксеня давно знала, что Леля - может быть, она одна, Олечка Лисова, - никогда не завидовала, никогда не мучилась черной мыслью: а почему это именно Леднева такая великая, а не я? Да через почему! Только Леля - лишь она одна - всегда искренне радовалась успехам Ксении, всегда бегала на все премьеры, отбивала в финале ладоши, сияла, гордилась, радостно хвалилась сидящим радом: "Это моя лучшая подруга!" Первая смотрела новые фильмы с ее участием. Где Ксения - главная... Главная... Та самая, которая... Как это смешно...
Остальные... да что об этих остальных...
Да ничем! Просто - другая...
Разве не Господь даровал нам всем то, что мы имеем? И наша зависть, наша злоба - против кого они направлены? Ведь просто Господь одарил всех по-разному. По-разному! Его воля! Так против кого бунтовать и восставать? Кому предъявлять претензии? И почему Ксении не придет в голову завидовать славе Нестерова или Ландау? Да потому, что она не родилась ни художником, ни физиком. Но почему все убеждены, что тоже могут играть на сцене, и играть прекрасно? Просто их обошла судьба-злодейка... злодейка-судьба... судьба-преступница... Повинная во всех наших бедах...
Ксения старалась не обращать ни на кого внимания. Раньше, когда еще различала косые и прямые взгляды, спросила как-то об этом отца Андрея. Он сказал:
– Постарайтесь быть словно мертвой к любому мнению о себе - как к плохому, так и к хорошему. Еще Данте изрек: следуй своей дорогой, и пусть люди говорят, что угодно. И поговорка есть: "Делай то, что должно, - и будь, что будет". Но вот Тихон Задонский советовал не отрекаться, когда люди тебя хвалят, потому что к тем добродетелям, которых у тебя еще нет, они могут прибавить смирение, которого совсем нет, сумеют нечаянно открыть потаенное в тебе.
– Разве не Господь нам дал нашу судьбу?
– спросила Оля, покачиваясь на табуретке.
Ксеня захохотала.
– Лелька, да ты совсем пьяная! Съешь что-нибудь! Ты веришь в судьбу или путаешь одно с другим? Да какая может быть судьба? Все в руках Господа. Если человек будет жить по Его заветам, будет одна судьба, нет - другая. У нас свободная воля. Господь сказал: живи, как хочешь, только знай, что придется отвечать за все. А так - пожалуйста, выбирай. Каждый сам себе дирижер... Вот какая у меня судьба? Просыпаюсь, тружусь, радуюсь... А потом вдруг встану в один прекрасный день и скажу: "Все, устала, больше нет моих сил! Мне еще тридцать девять лет!" И могу пуститься во все тяжкие, и помереть через три дня от переизбытка чувств... Все в моих руках. Это просто, как линейка.
Ольга давно просила подругу зайти, чтобы подробно рассказать о той встрече с мужем. С мужем... Кто он ей теперь?..
– Я никому еще не рассказывала подробно, - бормотала Оля, раскачиваясь все сильнее, - никому... я ждала тебя... Ксеня... я не знаю, что мне делать... все пустое... теперь, сейчас... ты мне не подскажешь?
Историю Игоря Ксения выслушала молча. Да, поворот неожиданный... бьющий наотмашь... Что делать... А разве можно еще что-то сделать?..
Она так и выпалила. И совершенно напрасно. Ольга тотчас вновь облилась пьяными родниковыми слезами.
– А как я буду жить? Теперь... после всего этого... и дети... Что я им скажу?
– Да зачем тебе им что-то говорить? Разлюби твою мать... Они прекрасно проживут и без этой информации. Давно думать забыли про папашку... Был - и сгинул... За скобками! Леля, соберись! Запряги мозги!
– Но он ведь прав!
– вдруг выкрикнула Ольга.
– Что?!
– изумилась Ксеня.
– Кто прав?!. Твой Игорек?! Который бросил тебя с двумя голодными ртами?! Соберись, Леля!
– Я давно собралась!
– Ольга внезапно встала и опустила руки.
– Я собралась... Я поняла, как жила и как надо... общее место...