Пространство
Шрифт:
— Отвали, Доуз.
— Что же это, полковник? Какая информация превратила мясника со станции Андерсон в самоубийцу? Что же сделало из него труса?
***
Сто семьдесят астеров, оккупировавших станцию Андерсон, всё ещё не перешли к активным действиям. Фред наблюдал за станцией через спектрозональный оптический прибор.
— Большая часть передающихся данных поступает из КОМВП, сэр, информация перепроверена несколько раз и подтверждена, — сказал один из офицеров связи. — Только наблюдение. Сейчас вам отправляем
Там была только одна строчка текста.
РАЗРЕШЕНИЕ НА ЗАХВАТ СТАНЦИИ ПРЕДОСТАВЛЕНО.
Наконец-то. Тридцать семь часов переговоров позади. Командование Внешних Планет устало ждать, и они спускали собак с привязи.
Фред связался с майором роты и сказал:
— Оставайтесь все на своих местах. Мы готовимся к захвату. Выставьте на час таймер обратного отчёта.
— Вас понял, сэр, — ответил майор, более радостный, чем Фреду хотелось бы видеть.
Через час они войдут на станцию. Фред с командующего корабля вызвал на связь группу переговорщиков.
— Подразделение психологических операций на связи, — сказал капитан Сантьяго, командующий подразделением.
— Капитан, это полковник Джонсон. Поступил приказ атаковать станцию. Мои парни атакуют через час. Неужели, больше ничего не сделать, чтобы решить все миром? Ну, хоть что-нибудь? Кстати, вы уже объявили астерам о нашей атаке?
Не было никаких причин для секретности. Невозможно спрятать три атакующих корабля десантников во время предстоящих манёвров.
Пауза на другом конце линии затянулась, и Фред уже хотел проверить, не разорвалась ли связь, когда, наконец, пришёл ответ.
— Полковник, вы что, считаете, что я тут сидел сложа руки?
Фред медленно досчитал до десяти.
— Сэр, я точно также получаю приказы, как и вы. Мое подразделение сделало всё, что было в наших силах. Дальше действовать должны вы.
— Действительно ли только я вижу, что в этом нет никакого смысла? — произнёс Фред. — Они утверждают, что захватили станцию из-за трёхпроцентного транспортного налога на грузы? Ведь они уже выбросили управляющего, который заварил всю эту кашу, прям в открытый космос. Всё, чего можно добиться, они уже добились. Они уже ничего не выиграют, ввязываясь в боевые действия.
Всё, что услышал Фред в ответ, был шум помех на линии связи.
— Сэр, — наконец произнес Саньяго. — У меня приказ, больше ничего не выполнять. Вы хотите оспорить этот факт? Позвоните генералу Джазире в КОМВП. Конец связи.
***
Фред бросился на Доуза, оттолкнувшись закоченевшими ногами, и тот отлетел назад. Фред жёстко приземлился на пол. Мир мгновенно потускнел, во рту появился вкус крови. Он устремился вперёд, пытаясь ухватить ноги Доуза зубами — это было лучшее из того, что он мог сейчас предпринять. Он увидел, что Доуз уже поднялся на колени, отодвинувшись при этом назад. Фред извернулся. Что-то в его левом плече издало слабый хрустящий звук, и острая боль пронзила шею. После этого перед его глазами появилась женщина.
Он рассмотрел треугольный ствол винтовки в её руках, а затем посмотрел в её глаза. Они были синими, такого цвета, как выглядят океаны, если
— Проблема в тебе, — сказал Доуз спокойно, таким тоном, как будто они сидели где-нибудь в баре, потягивая пиво, — и я не критикую конкретно тебя. Всё это верно для любого, кто вырос не на Поясе. Ты растрачиваешь себя понапрасну.
— Потому что я никакой-то жалкий трус, — произнёс Фред немного нечётко из-за быстро опухающей губы.
— Увы, но так получается, что ты на самом деле трус. Суди сам: ты умён, здоров. Возможно, несколько сотен людей из четырёх миллиардов имеют такое же сочетание таланта и образования. А ты всё это тратишь впустую. Ты похож на парня, который всё откладывает замену уплотнителей в шлюзовых отсеках, когда они начинают пропускать воздух. Ты думаешь, что это всего лишь небольшая проблема. Да и кому-какое дело. Ты всего лишь паренек. Умрешь — да и ладно, не велика потеря.
Он слушал Доуза, прохаживающегося за его спиной, но не отводил взгляд от винтовки. Доуз ухватил Фреда за воротник и рывком поднял на колени.
— Когда я ещё был ребёнком, отец, бывало, выбивал дерьмо из меня, если я плевал куда-нибудь ещё кроме оросительного канала, так как мы сильно нуждались в воде. Мы не расходовали вещи зря, полковник. Мы не могли позволить себе это. Хотя ты и так понял это, не так ли?
Фред медленно кивнул. Кровь стекала по подбородку, несмотря на то, что Доуз и женщина не били его сгоряча. Он сделал это сам.
— Когда мне было около пятнадцати, я убил свою сестру, — сказал Доуз. — Я не хотел этого делать. Мы были на каком-то астероиде примерно в неделе пути от станции Эрос. Мы выходили из корабля для того, чтобы взять пробы местных пород. Перед выходом мы должны были друг у друга проверить наши костюмы на герметичность. А у меня было в этот момент плохое настроение. Мне было пятнадцать, знаешь? Поэтому её костюм я проверил так, спустя рукава, понятно, в общем. Мы вышли наружу, и всё как будто бы шло отлично, до тех пор, пока она не свернула в сторону подобрать обломки какой-то породы. А затем по линии связи я услышал странный хлопок. На нас были старые защитные костюмы украинского образца. Крепкие, как камень, пока что-нибудь не сломается. Но если хоть что-то идет не так, то всё в нём летит к чертовой матери.
Доуз пожал плечами.
— В таком случае ты грёбаный кусок дерьма, или будешь это отрицать? — проговорил Фред, и Доуз усмехнулся.
— Похоже на то, правда. До сих пор так кажется временами. И я понимаю, почему кто-то может хотеть смерти после чего-то подобного.
— Так почему же ты сам не покончил с собой? — спросил Фред и сплюнул тёмно-красный сгусток крови на пол.
— У меня оставалось ещё три сестры, — сказал Доуз. — Кто-то должен был проверять их защитные костюмы.
Фред тряхнул головой. Его плечо ответило внезапной болью.