Просто поверь
Шрифт:
— Я не понимаю… Ты к кому?
Птица ухнула, неловко прыгая на одной лапе, сверток ей явно мешал.
— Ты, наверное, хочешь, чтобы я отвязала его? Хорошо…
Я постаралась как можно аккуратнее распутать тонкую веревку, хотя и понятия не имела, что мне потом делать со свертком. Едва сова была освобождена от ноши, она встрепенулась и, взмахнув крыльями, вылетела в раскрытое окно. Меня окатило волной воздуха.
— Эй! Ты куда? А как же… — крикнула я, наблюдая, как птица взмыла в небо, постепенно превращаясь в маленькую точку.
Потом опустила глаза
Разглядывая бумагу, которой было обернуто нечто, по виду похожее на коробку, я случайно наткнулась на надпись, незамеченную мной раньше. В ней имелись всего два слова, но они повергли меня в легкую оторопь: “Лили Поттер”.
*
Гарри постоял немного, будто ожидая, что мама передумает, и медленно побрел к лестнице. Внутри него, как горячие угли, опять затеплилось то тревожное предчувствие, что, если они разойдутся, с ней что-нибудь случится или, что еще хуже, исчезнет — совсем. Головой Гарри понимал, здесь, в Хогвартсе, с мамой уж точно ничего плохого произойти не может, а исчезнуть без следа — и подавно. Но в душе он боялся, боялся того, что все это счастье, сопровождавшее его целую неделю, — миф, сон, который лопнет как мыльный пузырь, стоит только поднести к его переливающейся радужной поверхности иголку. Это было похоже на то, что он испытал, когда впервые увидел Лили Поттер на Диагон-Аллее.
“Десять-пятнадцать минут, не больше”, — сказала мама, и Гарри не мог сопротивляться ее желанию. Пятнадцать минут — не час. Но и они способны показаться вечностью в ожидании.
Парень спустился в холл и, не найдя ничего, что могло бы его здесь задержать, вышел из замка. Поблизости никого не было. Гадая, куда делись Гермиона и Рон вместе с Тигрой, Гарри сунул руки в карманы джинсов, уставясь вдаль. Где-то в районе школьных оранжерей ему почудилось движение. Не долго думая, он направился туда, а обогнув пару кустов, обнаружил возле входа первой оранжереи своих друзей. Котенок, увидев его, начал с энтузиазмом носиться вокруг него.
— Что это вы здесь делаете? — поинтересовался Гарри.
В руках Гермиона держала большие садовые ножницы, Рон же с несколько недовольным видом наблюдал за ней. Оба тут же обернулись на голос Гарри.
— А, Гарри! — сказал Рон. — Да вот, представляешь…
— А где твоя мама? — перебила его Гермиона, переведя взгляд с Гарри на замок.
— Там, в замке. Она попросила ненадолго оставить ее одну.
— Но с ней все в порядке?
Гарри кивнул, однако вопрос Гермионы натолкнул его на мысль, что с мамой на самом деле что-то не то. Она не захотела, чтобы он не увидел, что к ней вернулось плохое самочувствие, вот и отослала его.
— Куда это ты? — удивился Рон, когда Гарри резко развернулся к ним спиной.
— Я хочу убедиться…
— Но ты же сказал, миссис Поттер хорошо себя чувствует. — Голос Гермионы был, как всегда, полон понимания.
— Я не знаю… Может, я просто проглядел…
Друзья промолчали,
— Считаете меня свихнувшимся? — ни с того ни с сего набросился он на них. — Тронутым на почве заботы о…
— Ну что ты говоришь, Гарри! — воскликнула пораженная Гермиона, от избытка эмоций всплеснувшая руками. Из ее ладони вылетели садовые ножницы и упали в гущу росших неподалеку кустов.
Тигра, решивший, что это такая игра, энергично подпрыгнул и побежал к зарослям.
— Вовсе мы так не думаем, — возразил Рон, не менее ошарашенный вспышкой друга. — Что это ты себе навоображал?
Глядя на их взволнованные лица, Гарри вмиг остыл и ощутил легкое раскаяние.
— Я… Простите, не знаю, что на меня нашло…
— Дружище, мы все прекрасно понимаем. Тебе сейчас нелегко. Вернулся человек, считавшийся погибшим… — Рон покачал рыжеволосой головой. — Не долго ли с ума сойти… Так что не кричи на нас, мы-то всегда тебя поддержим.
Гермиона лишь кивала, да с таким жалостливым видом, что Гарри не мог не проникнуться их тревогой о нем.
— Спасибо. Что бы я делал без вас?
— Пропал бы совсем.
Несмотря на очевидную иронию в этих словах, Гарри едва заметно улыбнулся.
— Так что вы здесь…
— Работаем, — еще до того, как он закончил вопрос, ответил Рон.
Гарри приподнял брови.
— Работаете?
— Ага, на Снейпа. Мы, видите ли, прохлаждаемся…
— Профессор Снейп попросил нас кое-что сделать, — вмешалась Гермиона, доставая свою палочку. — Акцио ножницы! — Из кустов с треском вылетел садовый инструмент и опустился прямиком в ее руки. — Он сказал, раз мы все равно…
— Прохлаждаемся… — вставил Рон с недовольной физиономией.
— …ничем не заняты, не могли бы мы обработать кое-какие растения для зелий…
— …которые необходимы для твоей мамы…
— …и не только. Профессор Снейп обещал сварить новые к вечеру. Мы согласились…
— Это ты согласилась! — возмутился Рон. — Я не вызывался! Если ты не заметила, у нас до сих пор каникулы, и мы не обязаны…
Гермиона сердито сверкнула на него глазами и отвернулась. Тигра вертелся около ее ног, видимо, ожидая, когда продолжиться увлекательная игра под названием “Найди ножницы”.
— В общем, нужно обрезать побеги с Бодлянки Одинокой и собрать плоды цапня, помнишь…
— А, это тот, который в прошлом году едва не откусил тебе руку! — кивнул Гарри. — Рон, если тебе так уж не хочется, никто не настаивает…
— Я же не отказываюсь! — пожал плечами Рон, хотя его уши слегка покраснели.
Он шагнул к приоткрытой двери оранжереи. Изнутри пахнуло теплым застоявшимся воздухом.
========== Глава 20. Цветок и ревность ==========
В оранжерее было светло и слегка душновато. Сквозь стеклянные стены и потолок лились потоки солнечных лучей, освещая высаженные по обе стороны от главной каменной дорожки различные растения. Гарри вошел внутрь вслед за Роном и Гермионой.