Прости за все
Шрифт:
– Еще как стану, – зло проговорил Игорь, пытаясь освободиться из рук Рустама.
– Я звоню в милицию, – произнес тот. – Через десять минут тут будет целый отряд. Тебя скрутят и отправят за решетку.
– Пока это произойдет, вашего Алика двадцать раз растерзают на части. Мои ребята мастера на такие подвиги.
– Умоляю тебя! – Вера билась в рыданиях у ног Игоря. – Чего ты хочешь?
– Тебя!
– Я здесь. Я твоя. Я всегда буду с тобой. – Она подняла на него опухшие, полные отчаяния глаза.
– Ты врешь! Ты опять станешь блудить с ним.
– Нет!
– Пусть и он тоже поклянется. – Игорь кивнул на Рустама. – Мусульманин не может нарушить клятву. Этим он обесчестит себя и своих близких.
– Прошу тебя, сделай, как он хочет! – Вера перевела взгляд на Рустама. – Поклянись, иначе он убьет ребенка. Нашего ребенка.
– Нашего? – полушепотом повторила Фагима.
– Алик сын Рустама, – тихо проговорила Вера. – Мы встретились с ним семь лет назад в Казани. Я там была в командировке. Вернувшись домой, родила Алика.
Чулпан вскрикнула и уткнулась лицом Розе в плечо.
– Я всегда думала, что в Алике есть татарская кровь, – задумчиво произнесла Фагима. – Все хотела спросить тебя, да стеснялась.
В ее голосе Вера не услышала гнева или осуждения, лишь растерянность и готовность принять все, как есть.
– Так будет клятва или нет? – нетерпеливо прошипел Игорь.
– Я пойду, – тихо сказала Чулпан. – Не могу больше. Не волнуйся, мама, я ненадолго. Скоро вернусь. – Она быстро зашагала к калитке.
Никто не думал ее останавливать, все были подавлены и шокированы происходящим.
– Рустам, – с мольбой повторила Вера.
– Да, хорошо. – Он разжал пальцы и выпустил Игоря. – Что ты хочешь, чтобы я сказал?
– Что никогда, слышишь, никогда больше не посягнешь на Веру. Не увезешь ее отсюда, не сделаешь своей женой. Клянись!
– Клянусь. – Вере показалось, что сейчас грянет гром. Голос Рустама был тверд и ясен, а сам он стоял перед ней незыблемый и грозный, как скала. Это был прежний Рустам, тот, каким она его узнала впервые, тот, кто внушал ей священный трепет и пламенную любовь. На мгновение у нее екнуло сердце, болезненно сжалось, эхом отражая его слова:
– Клянусь…
– Хорошо. – Игорь удовлетворенно кивнул и поправил сползшую на один бок рубашку.
– Где Алик? – одними губами спросила Вера, глядя на него опустошенным взглядом. – Где он? Веди его сюда. Или дай команду.
– Не так сразу. – Глаза Игоря забегали, он несколько раз переступил с ноги на ногу. Вид его выдавал волнение и замешательство. – Идите в дом. Я приведу его чуть позже.
– Нет, сейчас! Сейчас!! – Вера вцепилась ему в рукав. – Ты получил все, что хотел. Рустам отказался от меня. Верни мне сына.
– Говорю же, с ним все в порядке, – раздраженно произнес Игорь. – Успокойся. Пойди к себе и ляг. Я приведу его.
– Ты…
Калитка тихо скрипнула. Вера застыла, не договорив. Из темноты к свету фонаря медленно двигалась маленькая, серая тень. Она приближалась, приобретая контуры стройного девичьего тела. Руки у нее были странно подняты и согнуты в локтях на уровне груди, будто она несла охапку хвороста.
– Али-ик! – Из горла Веры вырвался громкий, протяжный крик. Земля каруселью завертелась под ее ногами, все ускоряя безумный бег. Вера рванулась вперед, чудом удерживая равновесие. – Али-ик!!..
– Тихо. Он спит. Не будите его, а то испугаете.
Вера, пошатываясь, смотрела на хрупкую фигурку Чулпан. На руках у нее мирно посапывал ее сын, уткнувшись лицом в колючую шаль Фагимы.
– Алик, – выдохнула Вера.
– Он был совсем рядом. На старой голубятне. Той, что на соседней улице. Свернулся клубком, укрылся какой-то рваниной и спал. Удивительно, как он туда попал, калитка же была заперта? – Бледное, усталое личико Чулпан озарила счастливая улыбка. Рубашка ее насквозь промокла, она вся дрожала, но глаза ее сияли.
– Дай мне его, – попросила Вера. – Дай, пожалуйста.
– На, забирай.
Алик был теплым и тяжелым. Какое счастье прижимать к груди это бесценное, теплое и сонное сокровище! Касаться губами пахнущей молоком и медом макушки, тереться щекой об исцарапанную, смуглую щеку…
Вера закрыла глаза от блаженства.
– Чулпан, он был там один? – отрывисто спросил Рустам. – Ты никого не видела рядом? Ничего подозрительного?
– Ничего не видела. Он был один. Он спал. Похоже, он сам залез туда поиграть. Рядом лежал самолетик. Я засунула его ему в карман.
Все смотрели на Игоря, а он с опаской косился на Рустама.
– Ну, и что все это означает? – грозно произнес тот. – Где твои головорезы? Ты… ты что, обманул нас?
Игорь молчал, глядя себе под ноги.
– Отвечай! – рявкнул Рустам.
– Я… я пошутил. – Голос у Игоря срывался и дрожал, вид был жалкий. – Я услышал, что вы хотите сбежать и не мог этого допустить. Поэтому я отъехал недалеко от дома, оставил машину, а сам потихоньку вернулся. Алик был во дворе, и я предложил ему разыграть Веру. Вывел его за калитку, привел на голубятню, сказав, чтобы он сидел там тихо, пока я не приду за ним. Дескать, «маме скажем, что ты потерялся. Она поволнуется, поищет, но только чуть-чуть, а затем я приведу ее сюда». Он сначала не соглашался, боялся, что его будут ругать, но потом решился. Я оставил его на голубятне, а сам спрятался за забором и наблюдал за тем, что происходит в доме. Когда поднялась настоящая паника, сел в машину и приехал. Вот и все. Алику ничего не угрожало, клянусь, ничего плохого!
– Подлец. – Вера смотрела на него с ужасом и отвращением. – Какой же ты подлец.
– Но ведь я люблю тебя, – жалобно произнес Игорь. – Я хотел, чтобы ты осталась со мной. Как еще я мог это сделать? Теперь он поклялся и не сможет нарушить клятву. Верочка! – Он протянул к ней руки.
– Оставь меня! Не тронь! – Вера отпрянула в сторону, крепко прижимая к груди сына. – Ты…ты чудовище.
– Не говори так. – Глаза Игоря наполнились слезами. – Ты сама виновата. Что ты со мной сделала! Зачем ты была с ним? Зачем?! Он же старый, в отцы тебе годится.