Прошлое не продаётся
Шрифт:
– Мой готов, – проверив пульс, сообщил Стас.
– Этот еще жив, – переворачивая бандита на спину, откликнулся Гуров. – Ба! Господин старший охранник! Какая встреча! – удивленно воскликнул он. – Я так понимаю, перед нами Эдуард Чахлов?
– Вы… живы?!! – В глазах бандита плескалось крайнее изумление, смешанное с ужасом. – Но как? Как? О-о-о!.. – застонал он, мучительно скривившись. – «Скорую» вызовите! Я истекаю кровью…
– Вызовем, если скажешь, где сейчас Босс. И второе: цель вашего визита сюда?
– Босс приказал пришить Зойку и всех, кто к ней притащится, –
– Стас, вызови «Скорую», – попросил Гуров и, вытащив из брюк бандита ремень, туго перетянул бедро, пробитое пулей, из которого обильно лилась струя крови. – Так, теперь говори, где Босс. Ты – его правая рука и не знать этого не можешь. Где он?
– Через час он улетает из Шереметьева в Ташкент. Они с женой летят по дипломатическим паспортам, он – как второй секретарь посольства Узбекистана. Книги в его багаже. Багаж имеет иммунитет и таможней не проверяется, а как зваться он будет по паспорту – я не знаю.
Из-за угла показалась машина «Скорой помощи». Следом подъехал милицейский «УАЗ». Покончив с формальностями, приятели снова сели в машину.
– В Шереметьево нам не успеть. – Доставая телефон, Гуров задумчиво потер лоб. – Придется звонить Петру.
Он набрал номер Орлова и, пока Стас выруливал на Мельничную, сообщил генералу о событиях минувшего часа.
– А какая нелегкая вас занесла в Ярославль? – Петр, верный привычке делать все обстоятельно, ударился в ненужные расспросы.
– Петр, все вопросы потом. Мы скоро будем, давай поторопись, нужно принять все меры к задержанию Босса. Иначе нам потом его не достать. А раритеты он вывозит феноменальной ценности. Мы их видели сами.
– Ну, хорошо, – неохотно согласился Орлов. – Сейчас высылаю опергруппу.
Стас безжалостно гнал своего «мерина» в потоке машин, при малейшей возможности идя на обгон. Лишь там, где его антирадар фиксировал присутствие притаившихся в кустах ребят из ДПС, он нехотя сбавлял скорость до предельно допустимой. Минут через сорок в кармане Гурова запиликал зуммер телефона. Взглянув на его монитор, Гуров увидел высветившийся номер Петра. Он вдруг почувствовал что-то неприятное, что ему сейчас предстоит услышать от генерала Орлова.
– Ну, Лева, так твою разэдак! – сердито рявкнул Петр, тяжело дыша, как после быстрого бега. – Ну ты и посадил нас в галошу! Такой скандалище получился… Слов нет, как мне сейчас приятно получать пилюли из министерства. Ох и заварил ты кашу!
– Что, в багаже ничего не нашлось? – Гуров почувствовал, как внутри все болезненно сжалось.
– Да его и проверять не потребовалось, – продолжал рычать Орлов не вовремя разбуженным медведем. – Документы у него все в полном порядке. В посольстве подтвердили, что их второй секретарь действительно выехал в Шереметьево. Они сейчас бомбят наш МИД. Того гляди выйдут на самые верхи. Улавливаешь, чем дело пахнет? Приедешь – уши оторву!
– Так, значит, багаж проверить не сумели – кишка тонка? – Первая растерянность у Гурова прошла бесследно, уступив место возмущению и злости. – Интуиция мне подсказывает, что все
– Никуда он пока еще не улетает. Там такая гроза, что на ближайшие полтора-два часа все рейсы отменили.
– Ну, спасибо хоть на этом! – Гуров нажал кнопку отбоя. – Стас, еще не все потеряно. Гоним в Шереметьево. Он там.
В зале ожидания для VIP-персон, несмотря на бушующую за стенами аэропорта безудержную, словно сорвавшуюся с цепи грозу, царила чинная, чопорная обстановка. Лишь один из пассажиров, темпераментный, смуглолицый, с пышной черной шевелюрой, без конца бегал к администратору, выясняя, когда же будет объявлено начало посадки. Измученная его домогательствами администратор – женщина средних лет в форменном кителе и пилотке – лишь устало улыбалась и разводила руками.
Совсем недавно он закатил на весь аэропорт грандиозную истерику. Все началось с того, что в VIP-зал прибыла группа мужчин в штатском и очень вежливо попросила предъявить документы. До крайности взбешенный дипломат швырнул им паспорт и кинулся звонить в свое посольство, после чего через пару минут зазвонил телефон у одного из мужчин в штатском. Те тут же вернули паспорт и, извиняясь, покинули VIP-зал. И вот теперь он никак не мог дождаться окончания грозы. Но небо было безразлично к вероятности всякого рода дипломатических скандалов, демаршей и обмена нотами протеста.
Наконец с величайшим облегчением администратор сообщила дипломату, что метеослужба дала добро на вылет и исстрадавшийся господин может идти на посадку. Взяв под руку представительную даму, дипломат проследовал к стойке паспортного контроля, и вдруг, словно на что-то наткнувшись, он остановился, испуганно глядя на двух одетых не по-дипломатически и, в общем-то, ничем особенным не выделяющихся мужчин. Они стояли у стойки, ничего не говоря, и просто улыбались ему как старому знакомому.
Гуров смотрел на дипломата и сквозь грим видел «охотника», который сегодня утром обрек их на гибель. Босс тоже узнал новичков-землекопов, что вскрывали тайник с книгами. Он не мог понять одного: как им удалось остаться в живых? Все это длилось несколько секунд. Резко оттолкнув свою спутницу, Босс выхватил из кармана пистолет и, прижав к себе проходившую мимо девушку в униформе стюардессы, заорал:
– Она – моя заложница! Если кто двинется с места, она будет убита! Всем – прочь с дороги!
– Ты глянь, а вот и настоящий дипломат! – указав взглядом на вход, рассмеялся Стас.
Босс нервно скосил глаза к двери, где никого не было, и в тот же миг Гуров, выхватив пистолет, всадил ему в правую руку пулю из своего безотказного «макарова». Стремительно летящий обтекаемый кусочек металла прошел через предплечье и плечо бандита, безнадежно раздробив его локтевой сустав. Босс пронзительно взвыл, как раненый хищник, и повалился на пол, вопя и причитая.