Прощение
Шрифт:
Да, он не солгал. Он действительно работает очень быстро. Три строки были набраны, прежде чем часы пробили четверть. Бой часов не отвлек его, он только заметил:
— Вы правы. Красивый звон…
Под столь любимую ею «музыку» набора Сара продолжала распаковывать свои пожитки, благодаря судьбу, которая послала ей такого опытного помощника. Она подумала об отце, о том, как всего год назад они вместе занимались этим же делом; подумала и о своем будущем: о будущем газеты, которая вроде бы в надежных руках. Пока что…
Вспомнила и о Ноа Кемпбелле — интересно, прочитал он уже ее редакционную
Подумала об Адди — наверное, спит сейчас в своей каморке после ночи, проведенной с такими мужчинами, как Кемпбелл…
Да, в городе нужны изменения, и она, Сара, сделает все, чтобы они произошли…
Брэдиган закончил набор статьи, вставил его в раму, которая придерживала литеры, запер с помощью клиньев, наклонил, чтобы проверить — еще до того, как отнести в машину и начать делать оттиски. С помощью лопаточки нанес краску и ровно распределил ее по всей поверхности — всего четырьмя взмахами руки, что тоже свидетельствовало о большом умении и сноровке.
Сделав первый оттиск, он показал его Саре.
— Спасибо. — Надев очки, она стала медленно проверять работу.
Для заголовка Брэдиган выбрал вполне подходящий шрифт, абзацы и отступы были чистыми, никаких ошибок или пропусков. Быстрая, безукоризненная работа.
Сара сняла очки, вернула ему оттиск, улыбнулась.
— Думаю, мы с вами поладим, мистер Брэдиган, — сказала она.
Все утро Сара занималась устройством помещения, отрываясь от работы, только чтобы отвечать на приветствия жителей, которые заглядывали поздравить ее с выходом первого номера газеты.
Джош вернулся, раздав все экземпляры, и сказал, что нужно еще. Они с Брэдиганом запустили пресс, а Сара отправилась повидаться с доктором Терли и адвокатом Лоренсом Чаплином. Она вручила доктору его гонорар и узнала заодно, что Тру Блевинс чувствует себя значительно лучше.
После этого пошла в банк Элиаса Пинкни — взять еще золотого песка и уточнить, какого рода рекламу хотел бы тот давать в ее газете.
Увидев, что она входит в помещение, он выскочил из-за стола и кинулся к ней с протянутой рукой.
— Мисс Меррит, о, мисс Меррит, как приятно снова увидеть вас!
— Спасибо, мистер Пинкни.
Его фамилия [4] удивительно соответствовала внешности: щеки, лысина, рот были розовыми, как попка младенца, особенно когда он бурно приветствовал Сару и тряс ей руку.
— Все в городе только и говорят о первом выпуске вашей газеты! Все в городе… Мы так гордимся, что у нас теперь есть она… И вы… Она и вы…
— Я должна поблагодарить вас за то, что вы помогли мне сделать это, мистер Пинкни.
4
От англ. pink — розовый. — Прим. пер.
— Одно удовольствие, одно удовольствие служить вам!
Сара сделала усилие, чтобы освободить руку от его хватки, и незаметно вытерла ладонь о юбку.
— Помещение, которое я получила с вашей помощью, меня вполне устраивает, — продолжала она. — Я бы хотела оставить его за собой на любых приемлемых условиях. Могу арендовать или купить.
— Проходите сюда, мисс
Он усадил ее возле своего стола и впился жадным пристальным взглядом. Она внутренне содрогнулась, представив себе, что вдруг он вылущится сейчас из своей одежды, как зерно из шелухи, и прыгнет на нее. Он был весь какой-то пухлый, безволосый, розовый, с женскими, лишенными растительности ручками и женским розовым и безволосым лицом.
— Пожалуй, лучше всего аренда, мистер Пинкни, — самым деловым тоном сказала Сара, — Остановимся на этом.
— О, к чему спешить? — откликнулся он, махнув Рукой, и поплотнее устроился на стуле. — О вашей газете только и разговоров. Только и разговоров. Мастерски сделана. Мастерски сделана.
От его повторов одних и тех же фраз ей стало почти дурно. Однако нужно было продолжать беседу.
— Спасибо, спасибо, мистер Пинкни, — проговорила она. — Я наняла хороших помощников — мистера Брэдигана и Джоша Докинса. Без них я бы не справилась со своевременным выпуском и распространением газеты.
— Как часто вы собираетесь ее печатать?
— Дважды в неделю.
— А… Превосходно. Превосходно.
Он наклонился к ней так, что она почувствовала его дыхание. Оно отдавало запахом чеснока, и она удивилась, зачем он наедается им с самого утра.
— И еще я хотела бы поговорить с вами о рекламе, пока я здесь. Какую вы думаете давать?
— Конечно, конечно…
Все время, что они говорили о делах, он продолжал зазывно улыбаться и так смотрел на нее, что Сара начала испытывать боязнь замкнутого пространства, ей захотелось скорее вырваться отсюда на волю. Три раза она затрагивала вопрос о плате за помещение, но он отказывался называть цену. И хотя у него был клерк, занимавшийся денежными делами, он сам достал для нее из сейфа золотой песок, сам пересыпал в ее кошелек и, возвращая его, коснулся несколько раз ее руки. Она еле удержалась, чтобы не отдернуть ее, но сумела не сделать этого, а любезно поблагодарила и откланялась, пожелав ему удачного дня… Однако не тут-то было.
— Одну минуту, мисс Меррит, одну минуту! — Он снова ухватил ее за локоть.
Она уже догадалась, что за этим последует, и была готова к вежливому отказу.
— Я хотел спросить, не окажете ли вы мне честь в один из вечеров поужинать со мной?
«Господи, что сделать, чтобы не видеть его розовой блестящей лысины?!»
— Очень благодарна вам, мистер Пинкни, — сказала Сара, — но у меня в эти дни так много дел. Наладить выпуск газеты, собрать материал, познакомиться с городом… Даже нет пока еще приличного жилья.
— Возможно, я сумею помочь в этом.
— О нет. Не смею больше пользоваться вашим великодушием. Боюсь, жители города начнут испытывать ко мне ненависть — ведь список желающих купить жилье так велик.
— У меня много собственности в этом городе, мисс Меррит. Скажите только, где бы вы хотели жить? Я в состоянии все устроить и без всяких скандалов. Без всяких скандалов.
И все, что от меня требуется, — пообедать или поужинать с ним. И позволить гладить мою руку и дышать чесноком в подбородок. До этого уровня достает его рот, когда мы стоим».