Прощай, Лоэнгрин!
Шрифт:
Гул турбин заполнил пространство, переплетаясь с молчанием. Аврора не смогла отказать себе и с упоением рассматривала столь знакомые черты лица Габриэля. Да, он был одним из тех, кто не любил особо изливать душу и оставалось только гадать о чем он умолчал. Многое выдавали глаза, и то, как Габриэль застывал на полуслове, быстро меняя тему разговора. В таких случаях он отворачивался, пряча раздражение и всегда подносил к губам, сжатую в кулак. Движение было неосознанным. Аврора успела выверить эти тонкости поведения, когда Габриэль был еще Керо.
Девушка
— Что?
— Да так, глупости…
— Теперь еще интереснее!
— Просто то, с каким упорством ты находишь меня напомнило одержимость белки орехом из мультика «Ледниковый период».
Габриэль изменился в лице и тяжело вздохнул.
— Порой я даже рад, что не понимаю тебя в некоторых вещах.
Он по-прежнему лежал неподвижно, но мог поклясться, что Аврора беззаботно улыбается. Чувство покоя наполнило тело, в первые за долгое время избавляя от тревог.
Вивьен глянула разок в щель между занавесками, не сумев удержать любопытства. Представшая картина, заставила ее нежно улыбнуться.
Пассажиры безмятежно спали.
Городишко Керкуолл едва мог похвастаться населением в семь тысяч человек. Он располагался на северном побережье Шотландии, на Оркнейских островах. Но несмотря на скромные размеры и определенную отдаленность от шумных Глазго и Эдинбурга, гордо носил звание крупнейшего круизного порта Великобритании.
Разбавленный летом зелеными заплатками полей, только в центре Керкуолл был застроен густо и казался размыто-серым.
Дома классической двуэтажной постройки, будто склонялись перед величием собора Святого Марка, шпиль главной башни которого было видно из любой точки города. Исключением еще были постройки, обрамляющие марину самого порта. В плохую погоду, когда опускался холодный, густой туман дома можно было принять за невысокие скалы. Издавна их отделывали серо-коричневым камнем. Этот цвет будто служил подсказкой, о суровом характере местных жителей. Так любили рассуждать многочисленные туристы, помня рассказы о горцах, викингах и прочих героях легенд и сказаний.
Зимой же город, окутывало настоящее снежное волшебство, которое приковывало к себе взгляд.
Меньше чем в двух километрах располагался одноименный городу аэропорт.
Аврора с интересом рассматривала живописные просторы, которые так напоминали степи, обрамляющие Пылюкановку, с той только разницей, что моря в русском селе поблизости не наблюдалось.
— Значит, ты не шутил. Когда говорил, что увезешь меня на север…,- подвела она итог.
Габриэль сидел за рулем и почувствовал, как его посетило неприятное разрозненное чувство, похожее на сомнение. Захотелось переспросить, что Аврора имела против, но лицо девушки ни на секунду не покидала легкая полуулыбка. Значит, можно было расслабиться.
— Я купил небольшой домик на Томс-стрит. Это, почти, в самом центре…, - в голосе Габриэля едва проскальзывало сомнение.
— Мне нравится. Красивые места!
— И есть потенциал.
— Это какой же?
— В городе катастрофа с продовольственным обеспечением. Продукты доставляются с континента, только грузовыми суднами. Из-за погодных условий поставки сокращаются и цены взлетают в два-три раза.
— Чувствую тут пахнет грандиозным планом спасения, — Аврора не скрывая восхищенного взгляда бесстыдно рассматривала профиль сидящего рядом мужчины, ощущая, как ее размывает от щекочущего, сладкого чувства.
— Мне продолжать? — Габриэль саркастично вскинул брови, не отрывая взгляда от дороги.
— Конечно. Извини.
— Я продал некоторые активы и вложил средства в небольшую флотилию. Прикупил пару-тройку кораблей. Они небольшие, но быстроходные и оборот будет, что надо. Уже заключено несколько договоров на поставки. И для себя я нашел просто работу мечты!
— Не терпится услышать, — Аврора не могла скрыть, что ее восхищает ребяческий энтузиазм Габриэля, от того и разыгралось любопытство, чем этот тертый калач мог так воодушевиться.
— Я буду водить грузовик.
Повисла пауза и когда Габриэль наконец кинул взгляд на Аврору, машина все же вильнула на дороге.
— Что?! Обожаю водить и так редко удается делать это по работе. И поди сядь за руль, когда Реймерс рядом со своей безопасностью.
— Ну, хорошо! Что тогда мне уготовано?
— Это сюрприз! Сначала дом посмотришь. Там, правда, еще идет ремонт, я настоял только чтобы к нашему приезду подготовили спальню и кухню.
— Одобряю и чувствую, что ремонт на этом будет закончен.
— Как пожелаешь. Я в этом плне не привередливый человек.
— По твоей лондонской квартире, я это уже поняла.
— Вот и прекрасно! Можем себя поздравить, что первая попытка поссориться не удалась. Выдыхай!
Аврора внезапно осеклась, когда осознала, что Габриэль прекрасно помнит о ее смешных страхах, высказанных когда-то давно на пляже в Люка-Дубрава.
— Снег пошел, — в мужском голосе эхом зазвучал детский восторг и Аврора подняла глаза.
Воздух вокруг побелел от крупных хлопьев, медленно падавших с серого зимнего неба. Девушка поежилась, настолько сильно накатило чувство умиротворения. Габриэль был прав. Только среди холода можно прислушаться к себе, чтобы ощутить насколько упоительно и ценно тепло во всех своих проявлениях.
Специально покружив по Керкуоллу, Габриэль вырулил к порту, и самым длинным маршрутом отправился к Томс-стрит. Он знал, что цепкая память Авроры помимо воли фиксирует каждый поворот. В ее голове формировалась карта местности и первое впечатление от города.
Скромный двухэтажный домишко, такой же как три десятка рядом стоящих жилых побратимов, располагался ближе к середине улицы. От дороги его отгораживал неширокий тротуар и живая изгородь на совесть постриженного кустарника.
— Это здесь? — спросила Аврора, понимая, что любое место показалось бы ей прекрасным сейчас.