Прорыв
Шрифт:
– Детка, ты здесь?
– зову я. В квартире темно и тихо, поэтому я пробираюсь в ее спальню и нахожу ее свернувшейся калачиком на кровати.
Она открывает глаза, когда слышит, что я вошел.
– Лиам, я думала, мы встретимся завтра, - говорит она.
Я снимаю обувь и стягиваю через голову футболку. Оставшись в одних трусах, я забираюсь на кровать, кладу ее голову себе на грудь и обхватываю ее руками.
– Почему ты не сказала мне, что вид крови тебя беспокоит?
– спрашиваю я.
– Потому что это глупо. Не нужно придавать этому
– Ты права, но я хочу знать. Я хочу знать все о тебе, Алия. Хорошее, плохое, уродливое - не то чтобы у тебя могло быть что-то уродливое.
– Отличный ход.
– Она смеется.
– Я правда так думаю.
– Я пожимаю плечами.
– Я не люблю кровь и мне не нравятся лезвия. Но, в основном, мне не нравится, когда тебе причиняют боль. Я знаю, что это твоя работа и ты ее любишь, но я чувствую каждый удар, каждое столкновение. Не физически, конечно. Но когда тебе больно, больно и мне, - говорит она.
– Значит, я тебе нравлюсь, да?
Она шлепает рукой по моей груди.
– Ну, ты так настаиваешь на том, что ты мой парень, и все такое, что я решила, что мне пора смириться с этим. Некоторые назвали бы это стокгольмским синдромом.
– Ты помнишь первый день нашей встречи?
– спрашиваю я.
– Как я могу забыть? Ты выбежал из душа голым.
– Тебе понравилось шоу.
– Ты голым убил паука хоккейной клюшкой. Это было уморительно.
– Я чертовски боялся этого проклятого паука. Я убил его ради тебя, потому что, когда я смотрел на тебя и видел страх в твоих глазах, я хотел стереть его с лица земли. Это заставило меня посмотреть в лицо своим собственным страхам.
– Я знаю. У тебя руки тряслись.
– Пауки - поганые существа. Я их не люблю.
– Я глажу ее по руке.
– Дело в том, что какими бы ни были твои страхи, я хочу победить их вместе с тобой.
– Или… я могу просто продолжать жить, игнорируя и избегая их?
– говорит она.
– И это тоже, - говорю я.
– Тебе было весело с девочками сегодня вечером?
– спрашиваю я, меняя тему.
– Они хотят поужинать.
– Хорошо.
– С тобой, - уточняет она.
– Хорошо, а ты не хочешь?
– Я не хочу, чтобы они тебя поджарили, а я знаю, что они это сделают.
Я смеюсь.
– Детка, я пережил твоего отца и трех твоих братьев. Думаю, я смогу справиться с твоими подругами. Организуй ужин.
– Я так и сделаю, но не говори, что я тебя не предупреждала, - говорит она.
Глава тридцать третья
Алия
Лиам заезжает на стоянку Замка. Я была так занята перепиской с девочками - в основном угрожая им телесными повреждениями, если они опозорят меня сегодня на ужине, который мы запланировали для официального знакомства с Лиамом, - что не обратила внимания, куда он направляется.
–
– спрашиваю я его.
– Пошли, - говорит он, глуша машину и выходя из нее.
– Лиам, стадион закрыт. Здесь никого нет, - говорю я, отстегивая ремень безопасности и все равно следуя за ним.
Лиам показывает мне связку ключей.
– Так получилось, что у меня есть ключи от замка, принцесса.
– Откуда они у тебя?
– Алия, я Кинг. Король. Почему у меня не должно быть ключей?
– невозмутимо отвечает он.
Я не могу не рассмеяться над его словами.
– Я собираюсь унаследовать этот Замок, но даже у меня нет ключей, - напоминаю я ему.
– Может, я просто в лучших отношениях с владельцем, чем ты?
– Сомневаюсь.
– Я улыбаюсь.
Лиам берет меня за руку и ведет к двери. Он отпирает ее, подходит к стене и замирает.
– Черт, никто не сказал мне код от этой штуки, - говорит он.
– Но разве ты не король Замка?
– Не смешно. Позвони своему отцу и спроси код, пока его армия не ворвалась сюда с оружием наперевес, думая, что мы пытаемся незаконно сюда проникнуть.
– Подвинься.
– Я ввожу код от сигнализации в настенную панель, и писк прекращается.
– Ты знала, что это произойдет, и не предупредила меня, - говорит он.
– Мне нравится смотреть, как ты суетишься.
– Я смеюсь.
– Кроме того, армия моего отца пристрелила бы только тебя, а не меня.
– Я пожимаю плечами.
– Что ж, это утешает.
– Он переплетает свои пальцы с моими.
– Пойдем.
Когда он выводит меня на лёд, я понимаю, что все огни уже включены.
– Что мы здесь делаем?
– спрашиваю я.
– Катаемся на коньках.
– Ты уже провел три часа на этом льду сегодня. Тебе действительно нужно кататься еще?
– Да, и я катаюсь не один, Алия, потому что ты катаешься со мной, - говорит он.
Я отступаю назад, отпуская его руку.
– Нет, не катаюсь, - говорю я, качая головой.
– Нет, катаешься. Мы вместе боремся со своими страхами, помнишь?
– Нет, я помню, что мы договорились игнорировать и избегать их любой ценой. Я ни за что не выйду на этот лёд в коньках. Не-а, не выйдет. Я никогда раньше не каталась на коньках. Думаю, что и остаток жизни смогу прожить без них.
– Алия, у тебя есть стадион. У тебя есть хоккейная команда. Ты не можешь бояться кататься на коньках.
– Поправка, это место и команда принадлежат моему отцу. Не мне. Я в порядке. Я просто посижу здесь и посмотрю, как ты катаешься, - говорю я, опускаясь на одно из кресел.
Лиам садится передо мной на корточки и берет меня за руки.
– Алия, ты правда думаешь, что я позволю чему-то случиться с тобой? Мне нужно, чтобы ты мне доверяла. Я подхвачу тебя, если покажется, что ты собираешься упасть. Я не позволю тебе упасть, - говорит он.