Прорыв

Кент Кайли

– Нет, мамочка, пожалуйста. Я буду хорошей, - пытаюсь я снова.

– Ты не знаешь, как быть хорошей. Если я не избавлюсь от тебя, мне всегда придется делить его. Ты позорище. Действительно жалкая. Неудивительно, что я не люблю тебя, Алия. Я не могу. Никто не может. Ты не заслуживаешь любви. Ты не милая, хотя очевидно, что ты считаешь себя таковой. Ты околдовала его - вот и все. Ты — демон, - говорит она, постукивая пальцем по подбородку, разворачивается и закрывает дверь.

Теперь

я остаюсь с ней в ванной наедине. Она говорит, что должна изгнать из меня демонов. Я не знаю, что такое демон, но звучит не очень хорошо, и я не хочу, чтобы она снова причинила мне боль.

– Пожалуйста, мамочка, остановись. Позови папу. Он сможет нам помочь, - умоляю я ее.

– Нет!
– шипит она.
– Он мой, а не твой.
– Затем она достает из шкафа что-то блестящее, хватает меня за руку и отводит ее в сторону. Я не знаю, что она собирается делать, но потом она прижимает блестящую штуку к моему запястью, к коже, и ведет ею вверх по руке. Это больно. Очень больно, и у меня кружится голова. Я кричу так громко, как только могу.

Раздается стук в дверь, и мама отпускает меня. Я падаю на пол, прижимаю руку к груди, закрываю глаза и кричу еще громче.

– Алия, проснись.

Я слышу, как меня зовут, но не могу открыть глаза. Я не хочу, чтобы она видела, что это не сработало. Я не хочу, чтобы она пыталась снова…

– Алия, проснись, - повторяет голос, на этот раз чуть громче.
– Это был всего лишь кошмар. С тобой все в порядке, малышка. Проснись.

Я чувствую, как меня поднимают, затем внезапно становится тепло, когда сильные руки обхватывают меня. Я моргаю, открывая глаза, когда сознание возвращается. Я оглядываюсь вокруг, пытаясь сориентироваться. Я в гостевой спальне Лиама. В его объятиях, он качает меня взад-вперед.

– Ты в порядке. Я держу тебя, - шепчет он.

– Я… мне жаль, - говорю я ему.

– Все в порядке.
– Он отстраняется и большим пальцем вытирает слезы с моей щеки.

Я потрясена. Мне давно не снился этот кошмар. Какого черта?

– Я не хотела тебя будить, - шепчу я, хотя это звучит глупо, когда я произношу это вслух.

– Все нормально. Принести тебе что-нибудь?
– спрашивает он.

Я качаю головой.

– Нет, со мной все будет в порядке.

Он молчит мгновение, потом снова отстраняется и встает.

– Я в соседней комнате… если тебе что-нибудь понадобится.

Я смотрю, как он поворачивает ручку, а затем зову его. Он оборачивается.

– Лиам, ты можешь… ты можешь остаться?

– Конечно, - говорит он, опускает руку и идет к другой стороне кровати, где забирается ко мне под одеяло. Он притягивает меня к себе, моя голова теперь покоится на его плече.
– Засыпай. Я буду рядом, - говорит он, нежно целуя меня в макушку.

Я знаю, что не должна, но все равно делаю это. Я позволяю себе расслабиться и почувствовать себя в безопасности в его объятиях.

Она

не может причинить тебе боль. Ты уже не маленькая девочка, напоминаю я себе. Затем я снова закрываю глаза и чертовски надеюсь, что мой мозг в это верит.

На мне лежит что-то тяжелое. Тяжелое и теплое. Когда я открываю глаза, чтобы посмотреть, то обнаруживаю мускулистую, татуированную руку. Руку, принадлежащую одному запретному для меня, горячему как грех хоккеисту. Тому самому хоккеисту, с которым я должна держать профессиональную дистанцию.

Все события прошлой ночи обрушиваются на меня. Я была пьяна, но, к сожалению, не настолько, чтобы не помнить всего. Танцевала с каким-то парнем в клубе. Лиам оттащил его от меня, отвез меня домой, поцеловал…

Я поцеловала Лиама в ответ.

Последовавший за этим кошмар, Лиам, утешающий меня, а потом я попросила его остаться. Сказать, что я смущена, значит преуменьшить. Не думаю, что найдется достаточно сильное слово для того, что я сейчас чувствую.

Дерьмо, дерьмо, дерьмо. Этого не должно было случиться.

Осторожно, как только могу, я выскальзываю из-под его руки и сползаю с кровати. Я не хочу его будить. Я беру свой телефон с тумбочки и отключаю его от зарядки. Должно быть, он позаботился и об этом прошлой ночью. Как мило. Я нагибаюсь, беру туфли и на цыпочках пробираюсь через комнату. Как только моя рука ложится на ручку и я собираюсь открыть дверь, я подпрыгиваю на десять футов в воздух.

– Ты пытаешься улизнуть от меня, принцесса?
– раздается его голос с кровати.

Я оборачиваюсь и вижу, что он сидит, прислонившись спиной к изголовью, и наблюдает за мной. Он без рубашки, простыни скомканы вокруг талии. Черт возьми, у этого парня отличный пресс. Я почти забыла, как это здорово…

– Я очень, очень, очень сожалею о прошлой ночи. Я не знаю, о чем я думала. Пожалуйста, прости меня, - говорю я, избегая смотреть ему в глаза.

– О чем ты сожалеешь? За что именно ты извиняешься?
– спрашивает он.

– За все?
– Я пожимаю плечами.

Лиам сползает с кровати, и, хотя я знаю, что должна уйти, сбежать, пока есть возможность, я оказываюсь в ловушке. Мои ноги не двигаются. Он останавливается прямо передо мной, заставляя меня поднять голову вверх, чтобы встретить его взгляд.

– То есть ты сожалеешь о том, что терлась своей горячей задницей о член какого-то незнакомца?

– Нет, не об этом.
– Я улыбаюсь.

Лиам поднимает брови.

– Тебе жаль, что ты напилась, и мне пришлось привезти тебя домой?

– Немного.
– Я киваю.

– Ты сожалеешь, что поцеловала меня?

– Это ты поцеловал меня, - уточняю я.

– Ты ответила. Ты сожалеешь об этом?

Я моргаю. Если честно, по-настоящему честно, я не сожалею, потому что это был адский поцелуй. Такой поцелуй бывает раз в жизни. Но я никогда не признаюсь в этом вслух. Особенно ему.