Прорыв
Шрифт:
Когда огромное тело Лиама втискивается на сидение напротив меня, я задаюсь вопросом, о чем, черт возьми, я думала. Это мое место. Я даже Чарли сюда не приводила. Но когда Лиам спросил, не знаю ли я хороших мест, где можно поесть, на ум сразу же пришла «Закусочная Кэла». Еда тут просто умопомрачительная.
Лиам поворачивает голову, разглядывая интерьер. Хотела бы я знать, о чем он думает. Нет, не так. Мне все равно, о чем он думает, потому что он не имеет значения. Он - работа. Вот и все. Мне не нужно узнавать его лучше или понимать его сокровенные мысли. Мне не нужно знать,
– Не совсем то место, которое я ожидал от принцессы, - говорит Лиам, поворачиваясь ко мне всем телом и впиваясь в меня своими темно-синими глазами.
– Я не принцесса. Это Аманда. И я хочу, чтобы ты знал, что в этом месте готовят лучше, чем в любом ресторане с мишленовскими звездами, в котором я когда-либо ела, - говорю я ему.
– Кто такая Аманда?
– спрашивает он.
– Моя подруга.
– Что делает ее принцессой?
– То, что она в буквальном смысле королевская особа. Она герцогиня, а не принцесса, но это гораздо ближе к тому, чтобы быть принцессой, чем я когда-либо буду.
– Конечно, если ты так говоришь, - говорит он, а потом бормочет себе под нос.
– Принцесса.
Я хватаю со стола свой нож.
– Назови меня так еще раз. И я сделаю это, - блефую я. Я бы не смогла ударить его ножом. Я не выношу вида крови, не выношу с восьми лет, но это история для другого раза. Сейчас мне не нужны эти мысли в голове.
– Итак, что посоветуешь?
– Лиам хмыкает и берет в руки меню, похоже, ничуть не обеспокоенный моей угрозой. Не знаю, чего я ожидала. Он чертов хоккеист. Насилие у него в крови. Я, орудующая ножом для масла, его ничуть не пугаю. Вчерашнего паука он боялся больше.
– Здесь все вкусно. Но если хочешь испытать настоящий фудгазм, возьми двойной бургер с говядиной и беконом в паре с клубничным коктейлем.
– Я чуть не стону при мысли о том, как вонзаю зубы в этот бургер.
– Фудгазм? Что такое, черт возьми, фудгазм?
– Лиам кладет меню обратно на стол и смотрит на меня с ухмылкой.
– Это как оргазм, только лучше. Ты получаешь его, когда ешь самую вкусную еду на свете.
– Нет ничего лучше оргазма, милая, и если ты думаешь, что еда может его превзойти, то, извини, но ты явно не испытывала настоящего.
У меня открывается рот.
– У меня было много оргазмов, не то чтобы это тебя касалось, - говорю я ему.
– Нет, не было, - говорит он уверенно. Вызывающе.
– Но я могу помочь тебе с этим.
Почему его голос становится ниже всякий раз, когда он предлагает мне прыгнуть к нему в постель?
– Пас.
– Я улыбаюсь, одновременно сжимая бедра, пытаясь унять желание, которое вызывает во мне этот парень.
– Это предложение с открытой датой.
– Он пожимает плечами, как будто предложить секс - это не более чем предложить что-то повседневное, вроде чашки кофе.
Официантка подходит к столику. Ее глаза не спеша осматривают Лиама, и это означает, что она рассматривает каждый дюйм его тела.
Я прочищаю горло. Это не потому, что я ревную. Это было бы нелепо. Нет, мне нужно ее внимание, потому что я голодна и хотела бы сделать свой заказ когда-нибудь в этом веке, а не тогда, когда она перестанет трахать глазами мужчину, сидящего напротив меня. Того самого мужчину, который либо не замечает внимания к себе, либо предпочитает не замечать, изучая меню.
– Что будете?
– спрашивает официантка отрывистым тоном, ее раздражение очевидно.
Что ж, очень жаль, милая. Я голодна. Можешь трахать глазами этого засранца сколько угодно, когда я получу свою еду.
– Мне двойной бургер с говядиной и беконом, картошку фри и луковые кольца, а также клубничный коктейль, - говорю я ей.
Она записывает мой заказ в блокнот и поворачивается лицом к Лиаму.
– А для тебя?
– мурлычет она гораздо более приятным тоном.
– Мне то же самое, спасибо, - говорит он, протягивая женщине свое меню и улыбаясь во весь рот.
– Все будет через минуту, - заикаясь, говорит она и забирает меню, после чего уходит.
– Ты можешь не делать этого?
– спрашиваю я, закатывая глаза.
– Чего именно?
– Очаровывать всех подряд? Ты заставил ее думать, что у нее есть шанс с тобой. Это жестоко, - говорю я ему.
– Откуда ты знаешь, что у нее нет шансов? И я ничего не могу поделать, если я от природы обаятельный.
– Прости… Просто я не знала, что озабоченные женщины средних лет в твоем вкусе. В таком случае, не позволяй мне останавливать тебя.
– Я машу рукой в ту сторону, куда ушла официантка.
– Я предпочитаю похотливых миниатюрных брюнеток, - говорит он. Мне нужно будет сходить к окулисту, раз уж я так часто закатываю глаза из-за этого парня. Это становится проблемой.
– А еще я думал, что твоя работа - не давать мне трахаться с кем попало.
– Моя работа - следить за тем, чтобы ты не попадал в неприятности, и держать тебя подальше от прессы, насколько это возможно.
– Значит, блокировка члена не входит в твои обязанности?
– Нет, я сама проявила инициативу и добавила это.
– Я ухмыляюсь.
– Ты очень целеустремленная женщина, идущая на все ради дела, верно?
– спрашивает он.
– Именно так.
– Я выскальзываю из кабинки и встаю.
О чем, черт возьми, я думала? Мне следовало попросить отца уточнить, что на самом деле подразумевает это задание. Неужели я должна стать его тенью? Просто следовать за ним день и ночь?
Как только я захожу в уборную, я включаю кран и смачиваю руки. Я брызгаю холодной водой на шею и локти. Я где-то читала, что вода расслабляет. Думаю, это чушь, потому что сейчас мне это совершенно не помогает. Я сижу в своем любимом месте, собираюсь съесть вкусную еду. Я должна быть максимально расслаблена. Но нет, я как на иголках, потому что превратилась в чертову шлюху и все, о чем я могу думать, это как бы запрыгнуть на колени — или стояк — парня, сидящего напротив меня.