Прорыв из Хуфры

Хиггинс Джек

Дойдя до конца галереи, мы остановились перед дверью, с надписью по-испански: «Главный офис». Талеб дважды ударил в нее ногой, и гитара немедленно смолкла. Слева от меня узкое окно выходило на бухту, над которой плыл легкий туман. Луна уже зашла. Мои руки немного дрожали, готовые к действию; я глубоко вздохнул и попытался унять дрожь. Я чувствовал себя так, словно готовился к опасному вылету. Не имело значения, насколько ты опытен и сколько раз тебе приходилось делать это раньше. Просто открытая ситуация, в которой все может случиться и часто случается.

Растворилась дверь, и я увидел одного

из Ужасных Близнецов, стоявшего с гитарой в руке. Узнав меня, он разинул рот. За его спиной виднелись пара столов, один или два стула и конторский шкаф у стены, покрытые толстым слоем пыли, но на двери за маленькой деревянной перегородкой все еще можно было прочитать надпись по-испански: «Менеджер».

Талеб отстранил его, вошел в комнату и спросил:

— А где твой брат?

В ответ внезапно раздался сдавленный крик из соседней комнаты. Он в три прыжка пересек офис.

— Тайлер! — закричал он и стукнул ногой в дверь.

Наступило молчание, потом в замке двери загремел ключ, и Тайлер, как назвал его Талеб, выглянул в щелку. Это оказался тот самый тип, которого я в прошлую ночь ударил дверцей джипа по лицу. Когда он увидел меня, в его глазах появились огоньки, словно зажглись медленно тлеющие фитили взрывателя.

— Что он здесь делает? — взвизгнул он хриплым голосом, какой бывает у людей, многие годы злоупотреблявших спиртным и часто болеющих. Вонь от него стояла невыносимая.

Талеб ногой распахнул дверь с такой силой, что Тайлер попятился.

— А что ты здесь делаешь? — закричал Талеб.

Старая армейская койка, покрытая парой серых грязных одеял, да простой деревянный стул — вот и вся мебель в комнате. Сестра Клер, бледная, стояла у стены. Монашенка не казалась испуганной — я думаю, что она вообще не знала чувства страха, — но у нее на лице было написано отчаяние, и она тяжело дышала.

Талеб произнес угрожающе:

— Разве я не говорил тебе, чтобы ты оставил ее одну.

— А иди ты! Я только хотел приласкать ее немного.

И в этот самый момент сестра Клер спросила:

— Мистер Нельсон. Что случилось?

Она сделала шаг по направлению ко мне, но Талеб вытащил револьвер и встал между нами.

— Сядьте, пожалуйста. — Она вопросительно посмотрела на меня, а он взял ее рукой за плечо и заставил сесть на стул. — Я уже задавал вам вопрос сегодня вечером. А сейчас я еще раз повторю его.

— Мой ответ будет таким же, — кротко вымолвила она.

— Что будет очень печально для мистера Нельсона.

Она медленно повернулась ко мне, и я сказал:

— Я думаю, он именно это имеет в виду, мой ангел.

— Но я не могу! — воскликнула она с отчаянием. — Вы же знаете это. Вы должны знать!

— Я понимаю. — Талеб пожал плечами. — Если это ваше последнее слово, то мистеру Нельсону придется немного пострадать из-за вашего упрямства. — Он кивнул Тайлеру. — Ну-ка, отрежь ему правое ухо. — И, взглянув на сестру Клер: — Это развяжет вам язык?

— О Небеса милосердные, не надо! — закричала она, но Тайлер уже вытащил выкидной нож, точь-в-точь такой, каким играл Харви там, на катере, и бросился на меня так быстро, что я не успел приготовиться к этому.

Мне удалось только схватить его за руку и отвести в сторону нож, а потом я налетел на кровать,

рухнул на нее, и он навалился на меня всей своей смердящей тушей. Мне показалось, что его брат завыл от восторга у двери, но мне было не до него, а Тайлер лежал на мне, распустив слюни, как животное. Тогда я протянул руку к браунингу Тэрка, который прибинтовал к внутренней стороне ноги над лодыжкой, выхватил его и сунул ствол Тайлеру в грудь, как раз под ребра. Я дважды спустил курок, и выстрелы отбросили его назад, к Талебу. Я вскочил на ноги, а Талеб швырнул Тайлера на меня и бросился к открытой двери, выталкивая из комнаты его брата. В два прыжка я пересек комнату, рывком захлопнул дверь и запер ее. Оглянувшись назад, увидел, что сестра Клер стоит на коленях возле Тайлера. Был ли он еще в этом мире, мы не знали, но во всяком случае она читала молитву над умирающим.

— Иди, христианская душа, во имя Бога Всемогущего, который создал тебя…

Снаружи раздались два выстрела, пули пробили дверь и срикошетили от дальней стены. Я схватил стул и бросил его в окно, стекла и обломки деревянных рам разлетелись вокруг. Прозвучали еще три выстрела один за другим, брат Тайлера дико завопил и ногой ударил в дверь. Я поднял сестру Клер на ноги.

— Нет времени на это. Нам надо бежать. Мы, можно сказать, в цейтноте.

Я залез на низкий подоконник и вытащил ее через окно. Мы оказались на длинной металлической площадке на фасаде здания, расположенной достаточно высоко над устройствами для перегрузки зерна. Я перегнулся через перила и выстрелил в воздух. На этот сигнал из старой китайской книги, по утверждению Тэрка, мне немедленно ответили снизу из темноты зеленой вспышкой фонарика.

Где-то слева от нас с грохотом распахнулась дверь. Я схватил ее за руку, и мы побежали по железной площадке. Раздался хриплый крик и два выстрела, один за другим. Мы подбежали к выходу на узкий железный мостик над морем. Когда начали спускаться вниз по лестнице, всю гавань озарил яркий белый свет. В его сиянии я увидел «Мери Грант», стоявшую в пятидесяти футах от пирса. Откуда-то сверху донесся звериный рев, как от боли, — это брат Тайлера, перегнувшись через перила, смотрел на нас, освещенный ярким белым светом. Талеб стоял рядом с ним. Он выстрелил еще раз, но, судя по всему, у него кончились патроны, и он отступил назад, чтобы перезарядить револьвер.

Что касается брата Тайлера, то он в приступе гнева перелез через перила и вывалился наружу. Он не попал на узкий железный мостик, а грохнулся на закругленную крышу одного из хранилищ для зерна. У него подкосились ноги, и у меня запечатлелось в памяти его громадное уродливое лицо, открытый в диком крике рот и руки, которыми он тщетно старался зацепиться за гладкую поверхность. Наконец он рухнул вниз.

Свет начал меркнуть, я снова схватил Клер за руку и потащил к концу мостика. Дверь в конце была закрыта на цепь, я вытащил запорный шкворень и пинком распахнул ее. До темной воды оставалось примерно сорок футов, а спасительная «Мери Грант» уже начала двигаться к нам. И несмотря на такой крутой оборот событий, сестра Клер ни разу не поколебалась. Когда еще одна пуля срикошетила совсем рядом с нами от железных перил, она взяла меня за руку, и мы прыгнули вниз.