Пророчица
Шрифт:
И тут на ее пути возникла преграда.
Она определила, что уже проползла по тоннелю метров пятнадцать, удаляясь от того места, где находился Хангерфорд и его рабочие. Она осмотрела то, что мешало ей двигаться дальше, и, к своему изумлению, обнаружила, что на ее пути оказалась всего лишь корзина, полузасыпанная известняком. Она протянула руку и попыталась сдвинуть ее; корзина поддалась, осыпав Кэтрин песком. Опустив веки, она стала вращать глазами, задержала дыхание и, когда пыль осела, посветила наверх.
Тоннель продолжался.
Зажав корзину руками, она продолжила свой путь.
Наконец она добралась до конца тоннеля, который неожиданно переходил в круглую шахту,
Неужели она обнаружила Колодец Мариамь?
Кэтрин направила свет вниз и взглянула через край, молясь о том, чтобы тот не обвалился. На дне она разглядела булыжники, причем некоторые из них откололись совсем недавно, как будто часть стены обрушилась в результате утреннего взрыва. И тут фонарь осветил какой-то предмет белого цвета. Кэтрин легла и вытянулась вперед, чтобы разглядеть его. Дрожащий луч света скользнул по камню и сланцу и наконец осветил… человеческий череп.
Волхв сорвал багровую мантию с плеч девушки, и лунный свет озарил ее нагую фигуру.
У его людей захватило дыхание. При виде такой красоты никто не смог вымолвить ни слова. В головах у людей пульсировала лишь одна мысль: она сильно напоминает одну из тех статуй, которые можно увидеть на рыночной площади. Белая. Холодная. Совершенная. Но пышные черные волосы, струящиеся по спине, и дрожащее тело доказывали, что перед ними стоит живая женщина.
Ее руки и ноги были связаны, но в позе было столько достоинства, что некоторые мужчины нервно затоптались на месте и опустили глаза. На их вождя, того, что сжимал в кулаке мантию девушки, гордый вид пленницы не произвел никакого впечатления. Там, в городе, как он только не пытался заставить ее заговорить! Он угрожал, запирал, пытал ее голодом – перепробовал все, кроме того, что могло бы разрушить ее физическую красоту. Последнего он бы не совершил, иначе Император рассвирепел бы.
Но теперь-то они были не в городе. Он привел ее в это богом забытое место на краю земли, чтобы наконец выведать у нее тайну в присутствии одних змей и скорпионов, а затем позволить пескам поглотить следы пыток.
Дорога сюда была не из легких – шестеро мужчин верхом на лошадях мчались через залитую лунным светом пустыню. Они выглядели так, будто их преследовал сам дьявол. Легионеры Императора находились далеко позади. Всадники остановились на берегу, где на фоне ночного неба, по которому, словно капельки воды, были разбрызганы звезды, выделялись причудливые формы утесов. Это бесплодную, заброшенную местность могли населять лишь призраки да духи.
Эти люди прочли о колодце в Священном Писании – о глубоком колодце, который, как гласит легенда, однажды помог утолить жажду евреям, когда те в течение сорока лет бродили по пустыне.
Когда они подъехали к колодцу, то привязали веревку к специально подготовленной корзине и стали аккуратно опускать корзину в колодец. В это время другие шептали молитву. Когда же корзина достала до дна, один из мужчин подвел женщину к краю колодца, и она оказалась прямо перед вождем.
– Скажи мне, – низким голосом промолвил волхв, доставая из ножен меч, – где седьмой свиток?
Он все так же молчала. Но, когда их глаза встретились, он заметил в ее взгляде огонь вызова.
Как и женщина, мужчина дрожал, но не от холода, а от сдерживаемого гнева. Последний из волхвов, он знал, что дни его власти сочтены. Но, если бы он овладел седьмым свитком, он смог бы творить чудеса, предотвратить конец света,
Мертвая тишина стояла до тех пор, пока волхв наконец не сказал:
– Да будет так, – и сделал жест своим людям.
Они повернулись к ней. Прикасаясь к ее безупречной белой коже грубыми, шероховатыми руками, они завязали веревку под мышками и под грудью. Они собирались спустить ее в колодец.
– Я не хочу, чтобы ты поранилась и от этого умерла быстрее, – проговорил ей волхв. – Я хочу, чтобы ты как можно дольше находилась в этой темнице. Ты запомнишь каждый камень, каждую щепку, каждую тень. Когда солнце поднимется и начнет палить, ты будешь гореть, а ночью от ледяного ветра твои кости начнут ломаться. Ты познаешь жажду, до сих пор неведомую людям, ты столкнешься с одиночеством, которое принесет тебе больше пустоты и ужаса, чем сама смерть. Ты будешь звать на помощь, но никто не услышит, разве что стервятники, ожидающие твоей плоти. – Он приблизился к ней вплотную, держа в руках обрядный посох, тот самый, который однажды заставил сотни тысяч людей испытать благоговейный трепет, но который теперь мог воздействовать разве что лишь на эту жалкую кучку окружающих да на нескольких людей в городе.
– Последний раз спрашиваю, – сказал он тихо. – Где свиток? Если ты мне скажешь, я освобожу тебя.
Она молчала.
– Тогда скажи мне хотя бы, на самом ли деле в седьмом свитке содержится волшебная формула вечной жизни?
И впервые с тех пор, как ее схватили, она заговорила. Ее «да…» прозвучало как вздох.
Волхв верил в бессмертие. Он закричал и поднял к небу кулак.
– Если я не могу овладеть тайной, то она не достанется никому!
Мужчины подняли ее на руки и стали спускать в колодец, дюйм за дюймом. Острые камни царапали ее нежную кожу. И, когда темнота поглотила ее свежесть и красоту, волхв ударил по каменному краю колодца своим посохом и воскликнул:
– Властью этого посоха, который достался мне от отца, а моему отцу от его отца еще тогда, когда по земле ходили Бессмертные, я налагаю проклятие на эту женщину и шесть книг, похороненных с нею, и пусть тайна навеки останется скрытой. И ни один человек не найдет их, не прочтет их и не узнает секретов. И пусть прокляты будут те, кто отважится на это.
На берегу показался одинокий наездник на черной лошади. Он остановился вдалеке от лагеря, чтобы его никто не услышал, спрыгнул с лошади и побежал быстро и тихо. Он стал обходить спящих одного за другим, вонзая в горло нож, чтобы никто из них больше не смог издать ни звука. Затем он вошел в шатер волхва и принялся искать свою невесту. Но ее там не было. Он сел на постель волхва и приставил нож к его горлу. Открыв глаза и увидев пришельца, волхв все понял и смирился со своей участью. Он промолвил:
– Ты никогда не найдешь и не спасешь ее. Потому что если я не могу овладеть тайной, то и никто не сможет.
Испытывая невыносимую душевную боль, молодой человек вонзил нож в горло волхва и увидел, как темно-красный поток залил атласную подушку.
Очнувшись, он отправился на поиски свой возлюбленной. Он искал ее на берегу, искал в глубоком, сухом русле реки, искал среди звезд.
И вдруг он услышал какой-то звук.
Пробираясь сквозь тьму, он дошел до колодца. Остановился, прислушался. Он позвал ее и услышал тихий плач. Что было мочи он пустился бежать к лагерю за веревкой. Вернувшись к колодцу, обвязал вокруг камня веревку и спустился в колодец.