Пророчица
Шрифт:
– Велес, не думаешь, что этот уже лишний? – спросила мягким голосом подкравшаяся Мира.
– Следишь?
– Нет, просто ты делаешь глупость… и фонишь, – добавила она жестко.
– Сильно? – обреченно спросил Велес.
– Нет. Радуйся, на твое счастье, мы единственные эмпаты на этом мероприятии, которое ты пытаешься перевести в меропринятие.
– Не смертельно, значит, – выдохнул он.
– Знаешь, я вот пытаюсь понять, мне кажется, или ты действительно смотришь на свою подопечную, словно первый раз видишь?
– Возможно, – уклончиво ответил он, начиная злится на себя.
– То-то ты так фонтанируешь эмоциями, –
– Мир, и без тебя тошно.
– Чувствую. Кстати, ты так хлещешь злостью сейчас, не хочешь послушать, что она чувствует?
– Как? – пораженно спросил он.
– Не боишься? – усмехнулась она.
– Нет. Я открываюсь.
– Хорошо, – Мира настроилась на восприятие Юноны, став таким образом связующим звеном между вампиром и девушкой.
Он едва не захлебнулся в этом океане чистейших ощущений. Велеславу показалось на миг, что он заглянул в душу набедакурившего ребенка, такие чувства испытывала его подопечная. Неуверенность, чувство вины, страх, сожаление – все они смешались в такой пьянящий и горьковатый коктейль. «Разве Хелен была такой когда-нибудь, – задал он себе вопрос и сам же ответил. – Нет!»
– Убедился? – спросила Мира, обрывая контакт.
– Да. Я не думал…
– Ты вообще мало думаешь, когда дело касается подопечных, – жестко припечатала женщина.
– Ты сегодня строга, Мира.
– Мне просто жаль девочку. Хотя она держится молодом.
– Вижу, вот только не знаю рад этому или нет.
– Радуйся. Тебе пришлось бы гораздо хуже, если бы они ее раздавили. Хотя, – она усмехнулась, спрятав ехидную улыбку в уголках губ, – девушка нуждающаяся в утешении – лучшая кандидатура для новой пассии.
– Мира!
– Все, умолкаю. Тем более у меня еще есть дела. Присматривай за ней, Велес.
– Постараюсь.
Вскоре он все же забрал свою подопечную из этого террариума, и они отправились в его кабинет немного отдохнуть, перед последним представлением в высшем свете на этот вечер. Велес налил им по кружке кофе.
– Ты как?
– Нормально.
– Врешь!
– Да.
– Значит, жить будешь. Ничего, прорвемся. Кстати, где твои пальто и сапожки? – подопечная удивленно посмотрела на него. – Думаю, стоит закругляться на сегодня, – пояснил он свой неожиданный вопрос.
– Нет. Ой! – ее растерянность позабавила вампира. – Я совсем не подумала о том, как возвращаться?! – виновато закончила Юна.
– Ничего, – он усмехнулся, предчувствуя реакцию общественности на свою небольшую провокацию.
Когда девушка допила кофе и сказала, что готова к дальнейшим «боевым», они вышли из кабинета. Велеслав сказал «прощальную речь», после чего они осторожно и быстро постарались покинуть зал. Ну, им даже это почти удалось. Жаждущие зрелищ люди догнали их у гардероба, и Велес решил не разочаровывать гостей. К тому же ему не хотелось, чтобы подопечная ненароком простудилась. Он снял свой плащ с вешалки и под удивленными взглядами
– И зачем было это представление? – поинтересовалась у него подопечная, когда Велес усадил ее на пассажирское сиденье.
– Захотелось, – по-мальчишески подмигнул он ей.
– Велеслав, нам нужно поговорить.
– Слушаю, – отозвался он, заводя мотор.
– Завтра мы, я подчеркиваю, мы едем к моим родителям, – она говорила ровно и немного зло.
– Зачем? – Велес еще и сам не знал, как воспринимает все это. Слишком разными и противоречивыми были его чувства.
– Им очень интересно, почему я не смогла с ними встретиться в собственный день рождения, – поставила его в известность подопечная.
– И? Я там зачем?
– Сам подумай, – зло бросила девушка. Велес почувствовал ее злость и обиду. Они подстегнули на время притихшее чувство вины вампира, и он поспешил исправить ситуацию.
– Хорошо, поедем завтра к ним.
– Благодарю, – холодно проронила она и больше ничего не сказала до самого дома.
Яромир шикарно выспался, да и вообще после возвращение Кары его наконец-то отпустило чувство неправильности происходящего. И он решил, что больше никогда не отпускать ее в одиночестве в подобные командировки. Удовлетворившись этим решением, вампир поднялся и отправился на кухню ставить чайник. Его ждал завтрак и осведомители, которым он дал дополнительные задания, вернувшись из Перми. Собственно, результат их труда и интересовали теперь вампира в первую очередь.
Первая встреча была назначена на пять, так что у него было вдоволь времени на то, чтобы привести себя в порядок и пообщаться с главой клана Памяти, чтобы обсудить последние события. Чем Яромир и занялся.
Он вышел из дома в четыре часа по полудню, намереваясь пройтись пешком: его опять звал город, и вампир решил довериться его зову. Он на первый взгляд бесцельно шел по улицам, хотя на самом деле его вели мысли города. Потому что выделить из этого потока сознания мысль кого-то конкретного, Яр вряд ли бы смог. Странно, но чужие мысли привели его практически к тому самому месту, где он должен был встретиться со своим осведомителем. Вот только подошел он не со стороны улицы, а из переулка. И, надо сказать, это очень сыграло ему на руку.
Яр просто неожиданно для себя провалился в мысли сидящего на лавочке и не замечающего его оборотня. А мысли были просто золотыми. Потому что вассал клана Волка размышлял над тем, как он использует благодарность Совета, если на встречу с его приятелем придет сам Яромир Вознесенский… Совет уже несколько недель разыскивает этого вампира, хотя … Кай никак не мог понять, почему поиски свои Совет ведет тайно. Зато у него появился шанс выслужиться, и он не собирался его упускать.
Вампир очень недобро улыбнулся, но Кай этого не увидел, чем и решилась его судьба. Яромир всегда был лучшим в магии разума, которой славился его клан. А уж на неподготовленное сознание, да со злости… Яр волной цунами ворвался в сознание оборотня, и заставил того незаметно следовать за собой: тут было слишком людно. Наследник клана Памяти собирался вытрясти из этого животного все. Лишние свидетели этого ему были совершенно не нужны. К тому же, Яромир планировал сделать этого двойного агента тройным, так чтобы он сам ничего не заметил. А это требовало кропотливой работы и, к сожалению, немало времени.