Пророчица
Шрифт:
ГЛАВА 19
Пенелопа приказала входной двери своего дома открыться, впустила Малыша и провела через вестибюль в большую комнату, из которой открывался вид на пруд.
Малыш осмотрелся и заметил тряпичную куклу, лежащую на кушетке.
— Чья она? — спросил он, указывая на куклу.
— Моя, — ответила Пенелопа, нисколько не смутившись, взяла ее и прижала к груди.
— Вам не кажется, что вы уже немного выросли из возраста, когда играют в куклы?
— Когда-то у меня был котенок, — Пенелопа
— Может быть, это был очень боязливый котенок, — предположил Малыш.
Она покачала головой.
— Три месяца назад я купила щенка. Он выбегал, виляя хвостом, навстречу каждому, кто бы ни входил в дом, но никогда не оставался в одной комнате со мной.
— Тряпичная кукла — довольно слабая замена, — заметил Малыш.
— Возможно, — согласилась она. — Но она никогда не убежит от меня, и она никогда не предаст меня, а этого я не могу сказать ни об одном человеке из всех, с которыми мне приходилось встречаться.
— Ни об одном человеке?
Она помолчала, выражение лица у нее при этом было задумчивым.
— Был один, очень давно. Это была женщина, которая кормила и защищала меня и которую я очень сильно любила, но в конце концов даже она оказалась против меня. — Пенелопа повернулась к Малышу. — Быть Пророчицей гораздо сложней, чем тебе кажется. Каково осознавать, что каждый представитель вида, к которому ты принадлежишь по рождению, боится тебя?
— И надо сказать, не без причины, — заметил Малыш. — Прошлым вечером вы им задали работы.
— Только потому, что Помазанный решил, что я должна умереть. — Она горько улыбнулась. — Помазанный, с которым я ни разу не встречалась, никогда ни о чем не спорила, никогда не выступала против него. Он уже был готов совершить свое нападение на Республику, но потом что-то услышал о моих способностях и решил объявить войну вместо Космофлота мне. Айсберг, который знает, что никак не сможет мне помешать, тем не менее нанимает тебя, чтобы следить за мной. Черная Смерть, которому отлично известно, что происходит с теми, кто проявляет по отношению ко мне вероломство, предпочитает скорее умереть, чем остаться и работать на меня. — Она помолчала и, вздохнув, добавила: — Я всегда знала, что он так поступит.
— Если вы знали, что он собирается проявить вероломство, то почему не избавились от него раньше?
— Как я тебе уже говорила, у него было предназначение, которое он должен был выполнить.
— Умереть в Менуэте?
— Дать тебе возможность продемонстрировать мне свою верность. Было крайне необходимо, чтобы ты попал в ситуацию, в которой мог бы, несомненно, умереть, если бы не поверил в мое могущество и не подчинился моей власти.
— Зачем? — спросил Малыш. — Ведь у вас уже был Мбойя.
Она покачала головой.
— Ему было предопределено покинуть меня.
— Откуда вам знать, что
— Даже не могу решить, что мне больше всего понравилось в вашей оценке моих качеств.
— Дело не в том, нравится ли она тебе, — ответила Пенелопа, — а в том, является ли она справедливой. — Она немного помолчала и добавила: — У тебя было всего лишь два друга на Внутренней Границе: Феликс Ломакс и Карлос Мендоса. И вот теперь ты работаешь на меня и готов предать их обоих.
— Что вам известно о Танцующем на Могиле?! — удивленно воскликнул Малыш.
— Ты думал, что у меня нет своих шпионов и информаторов или что тебе удастся сохранить какие-то секреты в тайне от меня? — спросила она с улыбкой. — Фидо, не уходи от ответа: ты бросил их или нет?
— Меня зовут Кремниевый Малыш.
— У тебя то имя, которое выбрала я, — ответила. — Так же, как и твоя судьба.
— Кстати, о судьбе: есть куча людей, готовых выложить чертову уйму денег только за то, чтобы узнать вашу судьбу.
Она посмотрела на пруд.
— Я знаю, какой она должна быть, но все же в уравнении существует слишком много неизвестных. — Она повернулась и посмотрела на него. — Именно поэтому ты здесь.
— Какое задание вы приготовили для меня? — поинтересовался Малыш.
— У меня для тебя много заданий, — ответила Пенелопа. — И если ты справишься с ними, то получишь щедрое вознаграждение. Если же нет, то наверняка погибнешь.
Малыш казался невозмутимым.
— Это глупо, — сказал он. — Почему бы вам просто не посмотреть в будущее и не сказать мне, что я должен сделать, чтобы успешно с ними справиться?
Она покачала головой и вновь перевела взгляд на пруд.
— Это было бы возможно, если бы существовал всего один вариант будущего, — ответила она. — А как я уже объясняла тебе раньше, различных вариантов будущего больше, чем песчинок на пляже, и я не в состоянии видеть их все одинаково четко.
Малыш уселся на диван, широко раскинув на нем руки.
— Ладно, скажите, что я должен делать дальше.
Она повернула к нему лицо, но у него опять возникло впечатление, что взгляд ее устремлен мимо, куда-то в глубины будущего.
— Ты должен будешь убить Моисея Мухаммеда Христоса, который называет себя Помазанным.
— И только-то? — улыбнулся Малыш. — Да его наверняка охраняют получше, чем министров Республики, и он, конечно же, хорошо прячется.
— Я знаю, где он.
— А сколько у него телохранителей?
Она пожала плечами.
— Не имеет значения. Его телохранители, за исключением одного, не окажутся для тебя проблемой.
— И кто же этот счастливчик?
— Феликс Ломакс.
— Танцующий на Могиле? И какие же трудности с ним связаны? Черт возьми, он до сих пор уверен, что я работаю на него и на Айсберга.