Пророчество
Шрифт:
— Не сходится. Сесилия купила у него старую одежду, чтобы переодеваться мальчиком, — так и было. А дворцовые стражи поспешили арестовать сэра Эдуарда, чтобы показать королеве, как ловко они распутали дело. Но я не за этим вас позвала. Есть еще кое-что. — Она поманила меня поближе и вытащила из-под плаща бархатный мешочек, завязанный поверху лентой. — Леди Ситон перебрала вещи Сесилии, чтобы вернуть их отцу, — заговорила она так тихо, что ей пришлось почти прижаться ко мне лицом, иначе я не разбирал слова. Моей щеки коснулось теплое девичье дыхание. — Думаю, она рассчитывала найти что-то, что указывало бы на тайную связь Сесилии, да
— Какую подушку?
— Это была ее самая любимая вещь — Сесилия сама вышила эту подушку еще в детстве. Цитата из Библии, цветочная рамка… Ну, вы знаете, как обычно. Она клала ее в свою постель, и поначалу я думала, что это просто сувенир на память, чтобы не так скучать по дому, но однажды Сесилия показала мне, как она распускает шов и прячет тайные подарки внутрь. — Девушка передала мне бархатный мешочек.
Я взвесил его на руке: легкий, а внутри что-то побрякивает.
— Дары ее поклонника, все, что она зашила в подушку. Не знаю, будет ли вам от этого прок. Я сама никакого намека в них не вижу, но, может быть, вы что-то поймете. Только поскорее, а то все спешат обвинить сэра Эдуарда, и будет ужасно, если его казнят. — Эбигейл детским, умоляющим жестом потянула меня за рукав. — На кольце есть рисунок, герб, и это не герб Беллами, правда, я не знаю, чей он. Но вы могли бы отдать его лорду Бёрли, он, наверное, разберется.
— Может быть. Вы кому-нибудь еще говорили об этих подарках?
Девушка смущенно отвернулась, но затем снова обратила взгляд ко мне и решительно покачала головой. Мне показалось, что-то она утаивает.
— Чуть было не проговорилась, когда арестовали сэра Эдуарда, но я не могла напрямую обратиться к лорду Бёрли. И я помню, что вы мне говорили: если убийца — кто-то из придворных, ему известно, что мы с Сесилией дружили, ведь так? И он может опасаться, что она доверила мне свои тайны, и захочет мне тоже заткнуть рот. — Девушка приоткрыла обращенное ко мне лицо, и даже в тусклом свете под аркой я увидел, как она бледна, как дрожат ее губы, хотя она мужественно пыталась справиться со страхом.
— Вы очень отважно поступили, доставив мне вещи Сесилии. Большое вам спасибо. Уверен, это поможет найти убийцу. — Пытаясь подбодрить девушку, я сжал ее хрупкие плечи. — Что же до грозящей вам опасности, думается, злодей, если то не был сэр Эдуард, рад-радехонек, что подозрение пало на другого человека, и предпочтет оставаться в тени. Зачем ему привлекать к себе внимание еще одним преступлением, коли появился шанс остаться безнаказанным?
— Думаю, все зависит от того, почему он убил Сесилию, — проницательно возразила Эбигейл. — Бывает так, что мужчина убивает женщину, потому что сделал ей дитя и не хочет жениться, — о подобных историях все мы знаем. И поначалу во дворце все думали, что в этом причина. Но то, как он выложил ее тело… — Девушка содрогнулась. — Это наводит на другую мысль. Может быть, он убил ее, потому что она узнала лишнее? И теперь он позаботится о том, чтобы и ее подруги не проговорились, ведь она могла поделиться и со мной, да, сэр?
Глядя в ее серьезное личико, я подумал, что до сих пор недооценивал Эбигейл Морли. Она в точности повторила мои собственные мысли. Я гадал даже, вела ли себя леди Ситон в тот вечер столь сдержанно и настороженно из страха перед сплетнями или же у нее был иной мотив. Я вновь ласково сжал плечики девушки:
— Почему вы так думаете? Сесилия намекала, будто
— Одно только… — Эбигейл со страхом оглянулась по сторонам. — С тех пор как она стала встречаться с этим человеком, она все время говорила о пророчествах.
— О каких пророчествах?
— Да вы знаете, которые по пенсу за пару: мол, дни королевы сочтены, Англия погибнет. На любой улице можно этого наслушаться.
— Только что я слышал нечто подобное от старой ведьмы: «Веревка пеньковая сплетется — и Англия в прах разобьется».
Девушка энергично закивала:
— Любимое пророчество бедняков. Вы догадались, при чем тут пенька? — Она еще более приглушила голос. — Этой веревочкой повязана династия Тюдоров — Генрих, Эдуард, Мария и Филипп и Елизавета [8] . Старухи поминают «пеньку», пророча гибель Англии со смертью последней из Тюдоров. Сесилия назубок знала все эти предсказания.
8
Английское слово hempe (пенька) представлялось черни составленным из первых букв имен монархов династии Тюдоров: Henry (Генрих VII), Edward (Эдуард VI), Магу (Мария I), Philip (Филипп II Габсбург, муж Марии), Elisabeth (Елизавета I).
— Давно? Или такой интерес появился у нее лишь недавно?
— В последний месяц. Эти мысли ей тот мужчина вбивал в голову, не иначе. Я предупреждала: эти пророчества отдают изменой, а она только смеялась, будто ей и дела нет, и отвечала, мол, все об этом твердят.
— Она заговаривала о религии? Или о том, кто унаследует престол?
— Нет, ничего такого. Сесилия была обижена на королеву, но по личным причинам. — Спохватившись, Эбигейл зажала себе рот рукой и добавила тревожно: — Этого, наверное, не следовало говорить.
— Эбигейл! — Я заглянул ей в глаза и постарался говорить как можно убедительнее. — Расскажите мне все, что может помочь. За что она сердилась на королеву?
— Когда Сесилию отправили ко двору, — зашептала девушка, почти прижавшись ко мне, поскольку рядом с нами группа мальчишек в одежде подмастерьев локтями пробивала себе путь, — у нее дома оставался милый, сын джентльмена, они дружили с детства. Ее друг приехал в Лондон и пытался повидать Сесилию, но леди Ситон прослышала об этом, донесла королеве, и юноше велели убираться из столицы. Сесилии даже переписываться с ним запретили. Понимаете, он недостаточно знатен. Сесилия быстро утешилась, но затаила обиду на королеву, а теперь она боялась, что королева снова вмешается и с этим поклонником ее тоже разлучит. — Эбигейл беспокойно покосилась по сторонам. — Потому что слишком знатен.
Я невольно рассмеялся:
— Вот уж не знал, что в делах любви все так строго расписано. И вам приходится так же тщательно подбирать себе мужей — по статусу?
Девушка захихикала, забыв на миг свои тревоги:
— Супруга мне вряд ли удастся выбрать по любви, но уж к возлюбленному я присмотрюсь как следует. Что? Только не говорите, что я вас смутила этим, — засмеялась она, увидев выражение моего лица. — Пусть вы и были когда-то монахом, но вы не ханжа!
— Вы тут весь день будете стоять, дорогу перегораживать? — рявкнул плотно сбитый мужчина в грубой рабочей одежде и, проходя мимо, толкнул Эбигейл с такой силой, что она рухнула в мои объятия, я едва успел подхватить ее.