Пропавшие

Муни Крис

— Надеюсь, вы пришли не за мазком, — сказала она. — Потому что ваши уже были здесь и взяли его.

— Нет, я просто заехала посмотреть, как она тут.

— А это случайно не вы помогли ей выбраться из чулана?

— Да.

— Я так и подумала. Было несложно вас узнать — в новостях только вас и показывают.

«Чудесно! Только этого мне не хватало», — подумала Дарби.

— Я слышала, она набросилась на медсестру.

— Да, пару часов назад, — подтвердила доктор. — Медсестра проверяла капельницу, когда пациентка вдруг попыталась заколоть ее ручкой. Медсестра

сейчас в хирургии. Надеюсь, глаз ей спасут.

— Где она взяла ручку?

— Скорее всего, с планшета на стойке около кровати. Насколько я знаю, перед этим она укусила полицейского.

Дарби кивнула.

— Он подошел к ней, чтобы помочь. А она подумала, что он собирается на нее напасть.

— Помешательство и нервное возбуждение являются обычными симптомами при сепсисе — заражении крови бактериями, вырабатывающими токсины. В данном случае это стафилококковые бактерии. Зараза попала через порезы на руке. Мы сейчас накачиваем ее антибиотиками через капельницу, но проблема в том, что за последние несколько лет стафилококк приобрел устойчивость к антибиотикам. Учитывая общее истощение и подорванный иммунитет, остается надеяться на чудо.

— Она говорила что-нибудь, когда приходила в сознание?

— Нет, она сорвала капельницу и попыталась сбежать. Пришлось снова дать ей успокоительное, что, учитывая аритмию, довольно-таки рискованно. Я не хочу пичкать ее успокоительным без меры, это опасно для жизни, но и другого такого припадка допустить не могу. Вы еще не установили ее личность?

— Нет, мы до сих пор это выясняем.

Доктор снова повернулась к кровати.

— Как видите, она истощена до предела. На этой стадии происходят сбои в работе жизненно важных органов — они функционируют в замедленном режиме. Так, например, замедляется и сбивается сердцебиение. Смотрите, у нее выпали волосы — это из-за нехватки протеина. Кожа сероватого оттенка — следствие острого авитаминоза. Видите тонкий пушок у нее на коже? Напоминает волосяной покров, не так ли? На самом деле это лануго, пушковые волосы. Они обычно появляются на последних стадиях анорексии. Так тело реагирует на атрофию подкожной жировой клетчатки и мышечной ткани, пытаясь удержать тепло.

Дарби смотрела на лежащее перед ней несчастное, измученное создание. Она вспомнила фотографию Терри Мастранжело и постаралась увидеть эту женщину глазами похитителя — как объект, как средство достижения одному ему известной цели. Как давно она пропала? Что ей пришлось пережить?

— Можно, я воспользуюсь вашим карманным фонариком?

— Да, конечно. — Врач полезла в карман.

Дарби приподняла покрывало и занялась осмотром предплечья.

Синими чернилами крошечными буковками на свободном от бинтов участке кожи было написано: 1 L S 2R L R 3R S 2R 3L.

А ниже шло еще три ряда таких же обозначений.

2RRS2LSRRL3RS

3L2RSS2RLR4R

Но последнюю, четвертую строчку разобрать не удалось.

Врач склонилась над постелью.

— Господи, а это еще что такое?

— Первое, что приходит на ум, направления: L — влево, R — вправо.

— Судя по последней цифре или букве,

или что она там пыталась написать, создается впечатление, что ей помешали закончить, — предположила доктор. — Возможно, ее спугнула медсестра.

Дарби придерживалась того же мнения.

— Извините, я отлучусь ненадолго.

В идентификационном отделе рабочий день уже закончился — к телефону никто не подходил. Дарби набрала экспериментаторский отдел и скрестила пальцы в надежде, что Мэри Бэт возьмет трубку. Она действительно оказалась на месте. Мэри Бэт со всем оборудованием приедет не раньше, чем через час. Тем временем Дарби сделала снимки на свою цифровую камеру, для собственных файлов. Учитывая то, что Джейн Доу была до отказа напичкана успокоительным, доктор разрешила ослабить ремни, которыми она была привязана к кровати, и сделать пару крупноплановых снимков. Дарби тщательно осмотрела все тело, но больше надписей не нашла.

— Скоро должны приехать из лаборатории, чтобы сделать более детальные снимки, — предупредила Дарби. — Ее, наверное, снова придется отвязать.

— Только если она все еще будет под действием успокоительного. Кстати, постоянно забываю спросить: почему она не напала на вас?

— Похоже, я ей кого-то напомнила.

Дарби достала визитку, написала на ней домашний телефон и протянула ее врачу.

— Здесь мой домашний номер. Позвоните мне, пожалуйста, когда она проснется. Звоните в любое время. Я оставлю еще свой мобильный.

— Когда вы найдете того, кто с ней это сделал, — сказала доктор на прощание, — надеюсь, вы вздернете этого ублюдка за яйца.

Глава 15

Дарби сделала за Мэри Бэт всю бумажную работу. Когда они наконец вышли из отделения интенсивной терапии, Дарби включила свой мобильный, чтобы прослушать голосовую почту. Пришло новое сообщение от Шейлы с просьбой перезвонить. Судя по голосу, мама очень сильно волновалась. Второе сообщение было от Банвиля.

Телефон практически разрядился. Дарби нашла таксофон прямо напротив автоматов. В противоположном конце вестибюля находилась комната ожидания — небольшое помещение с жесткими пластиковыми стульями и журналами, прошедшими через множество потных рук. На одном из стульев сидел мужчина, механически перебирающий четки и уставившийся невидящим взглядом в пол, в другом углу рыдала женщина. Над ней висел телевизор, по которому шел репортаж о войне в Ираке.

Когда Банвиль наконец взял трубку, Дарби рассказала ему о последних событиях, произошедших за день.

— То, что буквы обозначают направление, это ты хорошо придумала, — внимательно ее выслушав, сказал Банвиль. — Но я ума не приложу, при чем здесь цифры.

— Может быть, это какой-то неизвестный нам вид стенографии или шифр.

— А единственный человек, который может его расшифровать, сейчас в «отключке».

— Я попросила врача позвонить, как только женщина придет в себя. Я хочу быть там, когда ты будешь ее допрашивать.

— Это неплохая мысль. Возможно, твое присутствие ее немного успокоит. Остается только надеяться, что она скоро проснется.