Пропавшие
Шрифт:
— Откуда ты все это знаешь? Владеешь акциями этой компании?
— Еще подростком я «болела» туристическими походами. И на Рождество родители подарили мне «райзеровские» ботинки. То, что они производят большими партиями сейчас, — это ширпотреб. А у меня были настоящие, понимаешь? Если за ними правильно ухаживать, они прослужат всю жизнь. Мои у меня до сих пор. И готова поклясться, удобнее обуви у меня никогда не было. Именно поэтому я узнала их логотип, старый логотип. Таких ботинок уже не выпускают.
— Я подумаю, что можно сделать, чтобы их вычислить. Спасибо, Мэри
— Кстати, насчет Купа ты не права. Ему нравятся умные женщины. Такие как ты, например.
— Мы всего лишь напарники.
— Как скажешь, — сказала Мэри Бэт. — И еще: тебе не мешало бы принять душ. Да и несколько мятных леденцов тоже не повредят.
Глава 12
В лабораторной картотеке было три скоросшивателя с образцами отпечатков подошв. Дарби все оставшееся утро провела, копаясь в отпечатках мужских ботинок, проходивших по бостонским делам. Но ни один из них не соответствовал тому, который дала Мэри Бэт. В обеденный перерыв Дарби зашла на два сетевых судебных форума, посвященных исключительно таким отпечаткам. Поиски оказались не совсем бесплодными — она нашла имя агента ФБР в отставке, который специализировался на отпечатках обуви. Его приглашали на несколько громких судебных процессов в качестве эксперта.
В голове гудело от голода — она пропустила завтрак. Дарби быстренько сбегала в буфет и вернулась оттуда с салатом из тунца и банкой колы. По пути она заглянула в кабинет к Лиланду, чтобы отчитаться о проделанной работе. Но его не было на месте.
Телефон в ее кабинете показывал, что принято одно сообщение. Оказалось, от матери. Шейла видела утренний выпуск новостей и хотела узнать, все ли в порядке.
Тут в ее кабинет заглянул Стерджис Папаготис по прозвищу Пэппи.
— Найдется минутка времени?
— Конечно, заходи.
Пэппи отодвинул стул Купа. Он был обречен пожизненно оставаться мужчиной-мальчиком. Все дело было в его пяти футах роста и мальчишеских чертах лица, глядя на которые вышибалы в клубах особенно внимательно изучали его удостоверение.
— Я обработал белые хлопья, что ты дала, с помощью FTIR, [11] — сказал он. — Перед нами алюминий и алкидный меламин.
— Короче говоря, автомобильная краска, — подытожила Дарби. — А как насчет стирола?
11
Fourier Transform Infrared Spectroscopy — инфракрасная спектроскопия на основе преобразования Фурье.
— Нет, это заводское производство. Не самопал из автомастерской. Ты вообще знакома с автомобильными красками?
— Меламин — это смола, которая добавляется в краску для стойкости.
— Верно. Акриловый меламин и полиэстерный меламин — это основные полимеры, входящие в состав эмали. Алкид-меламин — одна из лучших алкидных эмалей, которые начали производить еще в шестидесятых. Многие автопроизводители сегодня предпочитают использовать полиуретановое прозрачное покрытие. Оно дольше сохраняет глянцевый блеск, но одна из основных
— А что с цветом?
— Вот как раз это и завело меня в тупик, — сказал Пэппи. — Я проверял при помощи FTIR, совпадений — ноль.
— Но ведь это ни о чем еще не говорит.
— Не надо, я и так знаю, что ты сейчас скажешь — что визуальный спектрофотометр ничем не отличается от нашей компьютерной картотеки. И то, что мы не смогли идентифицировать образец, говорит лишь о том, что ни по одному из дел такая краска не проходила. Я также пробовал работать с PDQ, [12] которой пользуются наши канадские друзья. Без вариантов. Я перешлю образец федералам — пусть они голову ломают. У них в базе данных по автомобильным краскам попадаются довольно редкие экземпляры.
12
Physician Data Query — запрос о физических данных.
— А тебе раньше приходилось сотрудничать с федералами?
— Не возникало такой необходимости, обычно PDQ со всем справлялась. Но если и там не пройдет, то придется просить немцев, их база данных считается самой полной в мире.
— У тебя есть связи в федеральной лаборатории?
— Я прошел курс по краскам у Боба Грэя, заведующего Лабораторией базисного анализа. Я мог бы позвонить ему.
— Скажи, что у нас похищение и что дело не терпит отлагательства. Пусть сделают все вне очереди.
— Я-то попрошу, но сама понимаешь… — Пэппи развел руками.
— Понимаю. Поэтому ждать у телефона, затаив дыхание, не буду, — ответила Дарби.
Лиланд так и не появился в своем кабинете, поэтому Дарби спустилась на первый этаж.
Стенд с пропавшими без вести был прибит в самом конце длинного коридора. За стойкой стояла худая женщина в темно-сером строгом костюме. Судя по надписи на бейдже, ее звали Мэйбл Вантук. Она не улыбалась ни на фотографии, ни в жизни.
— Доброе утро, — начала Дарби. — Не могли бы вы мне помочь?
У Мэйбл на лице явственно читалось: «Не могла бы».
— У меня на руках улики, которые могут иметь отношение к делу о пропавших без вести, — продолжала Дарби.
— Вы же знаете, я не имею права показывать…
— Сам файл с делом мне не нужен, тем более что его может смотреть только детектив. Все, что меня интересует, — это числится человек в списках пропавших без вести или нет.
Мэйбл Вантук села за заваленный бумагами стол, на котором помимо всего прочего стояли фотографии в рамочках с изображениями двух лабрадоров шоколадного цвета. Она выдвинула клавиатуру.
— Какое имя вам нужно?
— Я не знаю точно, как пишется, поэтому придется проверить несколько вариантов. Какие там параметры поиска?
— Сначала фамилия.
— Фамилия Мастранжело, — сказала Дарби. — Сейчас попытаюсь продиктовать по буквам.