Пропавшие
Шрифт:
Двое сотрудников из его персонала были мертвы, тем самым привлекая внимание в то время, когда он больше всего хотел оставаться невидимым.
Маска хладнокровия, которую он с легкостью надевал, разбилась на осколки. Сев обратно в свое кресло, Данн попытался собраться мыслями, обхватив голову дрожащими руками и мечтая снова оказаться в Лансароте.
Глава 14
Бойд изо всех сил старался ехать ровно, а Лотти была готова к тому, что они в любой момент могли оказаться в кювете. Бойд был отличным
— Двадцать два, — сказала Лотти, потирая холодными пальцами лоб и растирая кожу.
— Что? — спросил Бойд?
— Деревья по левой стороне дороги.
— И что же это значит? — поинтересовался он, останавливая машину.
— Просто наблюдения. Вот и все, — ответила Лотти. Почему она испытывала такое напряжение? А ведь день только начинался. Лотти вышла из машины.
На лужайке перед домом Джеймса Брауна были припаркованы полицейский автомобиль с техническим оснащением, патрульная машина и еще две другие машины. При свете дня Лотти осмотрела каменный коттедж, покрытый заснеженным плющом. Из замерзшей, мощеной булыжником земли прорастало безлистное дерево, корни у основания которого были обложены камнями. «Каким же одиноким оно выглядит», — подумала Лотти. Справа от нее дуб, на ветке которого прошлой ночью висел труп, отбрасывал зловещие тени. Штатный патологоанатом приехал и уехал.
Надев поверх одежды защитные костюмы и бахилы на ботинки, Лотти и Бойд вошли в дом. Из коридора, отделанного плиткой шестиугольной формы черно-белого цвета, они прошли в гостиную. Потолок пересекали деревянные балки, стены были побелены. В центре комнаты располагался белый стол с четырьмя стульями, напротив мартеновской печи стоял тканевый диван кремового цвета. Дымоход, отделанный красным кирпичом, тянулся к окну. Вся комната сияла чистотой, ни намека на беспорядок. На полу перед камином были разбросаны толстые белые свечи, в разной степени расплавленные. Лотти чувствовала лишь их чистый запах воска — никакого аромата ванили или жасмина. Она предположила, что свечи служили для другой цели, нежели создание расслабляющей атмосферы.
Гостиная казалась переполненной, когда к ним присоединились криминалисты и пара полицейских. Создавалось впечатление, что все лежит на своих местах.
— Мы тут закончили, — сказал Джим МакГлинн Бойду, игнорируя Лотти.
— Козел, — проворчала она, принимая его снобизм за неуважение.
— Я все слышал, — прошептал Бойд.
— Нашли что-нибудь, о чем нам следовало бы знать? — спросила Лотти МакГлинна.
— Мы сняли отпечатки пальцев и образцы для сравнения — на случай, если вы найдете, с чем их сравнивать. Никаких предсмертных записок.
Кивнув, Лотти вошла на кухню. Маленькая и вместительная. Она открыла холодильник. Лотти отметила банки с органической кашей, поднимала и ощупывала продукты. Закрыв холодильник, Лотти принялась осматривать кухонный стол. Пустая раковина, тарелка из-под завтрака, кружка и ложка на сушилке. Микроволновой печи не было. Кухня была чистой и опрятной. Очевидно, что у Джеймса Брауна по дому не сновали дети-подростки.
Бойд
— Какого черта?!
— Вот и я о том же.
— Вчера Браун показался мне Мистером Консервативность.
Лотти обошла взглядом маленькую комнатушку. Атмосфера казалась угнетающей; отдельно стоящий деревянный гардероб, комод и кровать с балдахином, устеленная черным шелковым одеялом. Каждый сантиметр стены был завешан полноразмерными фотографиями обнаженных мужчин на различных стадиях возбуждения.
— МакГлинн мог бы и предупредить нас, — сказала Лотти.
Она подняла взгляд наверх, краем глаза заметив, что Бойд сделал то же самое. С потолка над кроватью, прикрепленное к балкам цепями, свисало квадратное зеркало.
— Хью Хефнер отдыхает в сторонке по сравнению с этим парнем, — отметил Бойд.
На кровати, полуоткрытым и прикрытым черным шелковым одеялом, лежал ноутбук. У полиции был рабочий компьютер Джеймса, а этот, должно быть, его личный. Достав из блокнота ручку, Лотти нажала ею на кнопку возврата. Экран ожил, и появился порнографический сайт. Очевидно, Браун не рассчитывал, что кто-либо, кроме него, это увидит. Содержание было графическим, но включало только взрослых, детей не было. По ходу службы Лотти видала и похуже.
— Ты только взгляни на яйца этого парня. — Бойд уставился на фотографии.
Чувствуя себя некомфортно от того, что рылась в секретах покойного человека, Лотти прикрыла ноутбук и сложила у себя под мышкой. Техники изучат файлы на нем и его историю. Бойд начал обыскивать ящики комода, а Лотти прошла в тесную ванную комнату.
Бутылка одеколона на полке над раковиной, тюбик зубной пасты и одна зубная щетка в стакане на подоконнике. Лотти начала испытывать симпатию к Брауну. Она вернулась к Бойду.
— Нашел что-нибудь? — спросила она.
— Вполне, — ответил он. — Но ничего такого, что могло бы указать нам на мотив убийства, разве что кому-то не нравились его сексуальные предпочтения. Я все равно считаю, что он покончил с собой.
— Слишком все аккуратно тут. — Лотти покачала головой. — Получается, пока что единственное, что объединяет жертв, это их работа. Должно же быть что-то еще, связывающее Сьюзен Салливан и Джеймса Брауна.
Бойд пожал плечами. Они вышли на улицу, где сняли бахилы и защитную одежду.
— Хочешь за руль? — спросил Бойд, подавляя зевок.
— А ты как думаешь? – ответила Лотти, усаживаясь на пассажирское сиденье. — Включи обогрев, я замерзла.
— А я, по-твоему, нет?
Бойд завел двигатель и, разворачивая автомобиль, зацепил радиаторную решетку патрульной машины.
— Да что с тобой такое? — спросила Лотти. — Там, наверху, тебя что-то возбудило?
Бойд не ответил.
Закрыв глаза, Лотти прильнула головой к окну. Может, стоило написать Хлое сообщение, чтобы она включила отопление дома. А может, и нет. Если бы им было холодно, они бы и сами включили. Вот заставить их выключить тепло — это может стать проблемой.