Пропагандист
Шрифт:
Мерзликин усмехнулся:
— Да не слушайте его, Семен. Я, вообще, удивляюсь, как его к нам взяли. Все уши нам прожужжал в эти дни про несчастный совок.
— В отличие от вас, пропагандистов, только я хоть что-то соображаю в компьютерах.
Ракитин тут же откликнулся:
— Вот и хорошо. Возглавите наш научно-исследовательский отдел микроэлектроники. Есть возражения?
Моисеев был явно растерян. Все эти дни он метался между возможностью устроить свое будущее и недоверию к местной
— Илья, не мямли.
— Ну, если такое дело, то куда деваться.
— Вот именно. С подводной лодки выход лишь на дно, — все-таки поддел его Мерзликин.
Но Ракитин уже обращался к нему самому.
— А вы?
— Анатолий Иванович Мерзликин.
— Опа, вот это встреча! Это ведь вы сочинили текст к фильму о нашем сладком будущем? И мой монтаж поправили.
— Было такое дело, — Анатолию было приятно, что он полновесно смог участвовать в жизни нового общества старого типа.
— Только у меня вы значитесь в списке, как менеджер.
— Так менеджер и есть официально, по масс-медиа проектам. Это следователи, наверное, так с моего удостоверения списали. В «Газпроме» я работал, в отделе по связям со СМИ. А так я много лет отдал журналистике.
Семен оживился и присел на край стола:
— Значит, мы в некотором роде коллеги?
— Вот как?
— В девяностые я какое-то время писал в криминальных хрониках Питера.
— Ого! Это серьезно! Рад знакомству. Нам тогда будет легче понять друг друга.
Мерзликин оценил опыт работы Ракитина. Слышал он о тех крутых перцах. Буквально по лезвию бритвы ходили. Убить человека в те годы могли и за меньшее. А бандиты в Питере были совсем отмороженные.
— Вот-вот сработаемся! Анатолий, берите в свои руки отдел пропаганды и культурного планирования. Сразу скажу, работа будет адски тяжелая. Но вы сами видели уровень местного агитпрома. Детский сад со старческим маразмом придачу.
— Да я уже почитал и проникся. Тут даже не мамонты, а динозавры стиля. Менять надо все абсолютно.
— Согласен.
Ракитин повернулся к Серебрякову:
— Дмитрий, у вас огромный опыт работы с различного рода техникой будущего. Вы редкий универсал. Так что вам я отдаю наш общий технический отдел. Будете помогать нашим лабораторным крысам в разборке накопившегося материала из будущего. И прикидывать, что можно использовать в народном хозяйстве немедленно. А что стоит оставить на будущее.
— Почему?
— Сразу видно, что Анатолий у нас не «физик», а лирик. Технологий еще нет необходимых для производства.
— Тогда можно еще вопрос от дилетанта? Получится их как-то поторопить?
Внезапно ля всех Мерзликину ответил Моисеев:
—
— Но все равно имея на руках образцы — это сделать будет легче.
Бывший израильтянин согласился:
— Плюс в том, что мы в курсе магистрального пути развития и не будем отвлекаться на тупиковые.
Мерзликин решил немного повредничать:
— А минусы?
И тут их удивила единственная среди них дама. До этого утра никто из присутствующих ее не видел. Брючный костюм подчеркивал стройность фигуры, но не показывал лишнее. Прическа короткая, то ли с такой сюда попала, но скорее по привычке подстриглась уже здесь. Если несколько десятилетий не носить длинные волосы, то забываешь, как с ними возиться и холить. Внешность симпатичная, как обычно, в молодости, но не более. А вот голос оказался приятным. Грудной, обволакивающий.
— Минус в том, что в боковых исследованиях можно найти нечто совершенно иное. Масса невероятных открытий в науке была сделана именно так. Так сказать, случайно.
— Любопытный расклад, — Мерзликин с мужским интересом уставился на молодую женщину. Но в ответ получил более чем холодный взгляд.
— Если не ошибаюсь, Попова Вера Петровна? — тут же спросил Ракитин.
— Верно.
— Вы…
— Я микробиолог из Новосибирска.
Анатолий крякнул:
— Вы еще скажите, что из «Вектора»?
— Из него самого.
Вера едко улыбнулась одними глазами. Попаданцы недоуменно переглядывались. Пришлось Семену пояснить.
— Это, насколько я помню, связано с биологическим оружием?
— Скорее со всеми смертоносными вирусами мира.
Моисеев недовольно буркнул:
— Нам мало ядерного оружия? Мир и так хрупок.
Попова парировала. Было заметно, что для нее нет авторитетов, да и держалась она независимо:
— Я бы не стала сбрасывать со счетов биологическое оружие. Оно помогло нам выжить в девяностых. Но сейчас нам важнее технологии работы с генетическим материалом и фармацевтика.
Мерзликин еле захлопнул рот от удивления?
— Так это вовсе не слухи? Про закладки?
Илья и Семен непонимающе воззрились на Веру. Ракитин немедленно потребовал:
— Не поясните, пожалуйста, для непосвященных.
Женщина вздохнула и с видом преподавателя, до чертиков уставшего от невнимательных студентов, начала рассказ:
— Не все наверху власти были дураками. Я точно не знаю, чья это была идея. Но в конце правления Иудушки Горбачева кем-то было принято решение создать в Соединенных Штатах систему закладок с капсулами. Что там находилось точно, я не знаю. Но мы в те годы были впереди планеты всей в области микробиологии. Так уже исторически сложилось.