Пронзенное сердце
Шрифт:
Она приподнялась на подушках, а лорд Колуолл сел на край кровати.
— Я хочу, чтобы ты выпила все до дна, — заявил он, протягивая ей чашку. — А потом я тебе кое-что расскажу.
Она пригубила бульон и вопросительно взглянула на мужа.
Ее светлые волосы свободно ниспадали на плечи. От лорда Колуолла не укрылось, что Наталию облачили в одну из прозрачных ночных сорочек, заказанных вместе со всем приданым.
Было совершенно очевидно, что за последние несколько часов, проведенных в замке, в течение которых
Когда няня накануне ввела его в комнату, чтобы дать возможность взглянуть на спящую жену, он снова спросил: "С ней все в порядке, няня?" — "Посмотрите сами, мастер Ранульф".
Старой женщине и без слов было ясно, что лорд Колуолл, последовавший за ней и остановившийся возле кровати, нервничает. Он долго не мог отвести глаз от девушки, чьи темные ресницы бросали тень на мраморно-белое лицо, а волосы образовали золотистый ореол вокруг головы.
Она выглядит чрезвычайно юной и трогательной, подумал лорд Колуолл.
"У меня такое впечатление, что ее светлость почти ничего не ела с тех пор, как ушла из дому, — прошептала старушка. — Она сказала, что у нее кусок не лез в горло — ведь рядом были голодные дети. — Она увидела, что у лорда Колуолла под кожей заиграли желваки, и продолжила: — Только Богу известно, где она побывала, мастер Ранульф. У нее на спине синяки — утверждает, что получила их, когда пыталась защитить ребенка от побоев".
Лорд Колуолл с такой силой сжал кулаки, что побелели суставы.
"Чует мое сердце, — негромко произнесла няня, — что ее светлость не успокоится, пока не будет знать, что кто-то занялся судьбой этих детей".
На лице лорда Колуолла появилось странное выражение, и он, не сказав ни слова, выбежал из комнаты. Няня услышала, как его сапоги торопливо застучали по лестнице.
Выпив бульон, Наталия протянула пустую чашку лорду Колуоллу.
— Раз ты такая послушная девочка, — произнес он, — я расскажу тебе одну вещь, которая обязательно обрадует тебя.
Она выжидательно посмотрела на него.
— Сегодня вечером я послал две кареты, чтобы забрать всех детишек из работного дома и привезти их в наш приют, — заявил лорд Колуолл. — Я дал слово миссис Моппам, что у нее будут помощники, и уже отправил туда почти все припасы, что были в замке.
Глаза Наталии загорелись, ее лицо осветилось каким-то внутренним светом.
— Вы… вы сделали это? — выдохнула она. — Спасибо… вам… большое спасибо.
Она с благодарностью протянула к нему руки. Он взял их, но девушка, впервые заметив, что пальцы покраснели и огрубели, попыталась спрятать руки. Однако лорд Колуолл не отпустил их и поднес к губам.
Это прикосновение вызвало у нее небывалый трепет.
— Ты должна отдохнуть, — раздался его низкий голос, — но сначала я еще кое о чем расскажу.
— И о чем же? — робко спросила
— Я пообещал, что буду платить батракам нашего поместья десять шиллингов в неделю плюс пособие в два шиллинга на каждого ребенка плюс некоторую сумму на пожилых, находящихся на их содержании. — Почувствовав, как напряглись пальцы Наталии, он продолжил: — Они согласились работать на молотилке и будут получать дополнительно по два шиллинга за молотьбу. На следующий год я собираюсь расширить посевную площадь на сто акров, а это значит, что работы хватит на всех.
— Спасибо… Благодарю вас!
По щекам Наталии текли слезы. Она посмотрела на лорда Колуолла, и их глаза встретились. Несколько мгновений их взгляды были прикованы друг к другу.
Наконец, сделав над собой усилие, лорд Колуолл проговорил:
— Тебе надо поспать. Я оставлю дверь между нашими комнатами открытой, чтобы мне было слышно, если ты позовешь. Но теперь нет причин бояться кошмаров.
Он собрался было встать, но Наталия удержала его за руку.
— Я не хочу… оставаться… одна, — еле слышно произнесла она.
— Тогда я останусь с тобой, — ответил лорд Колуолл. — Только, дорогая, выздоравливай поскорее! Мне так о многом хочется рассказать тебе, у нас с тобой масса дел. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты никогда не оставалась одна!
— Вы действительно… это сделаете?
— Ты же знаешь, что да, — заверил он Наталию. — Неужели ты до сих пор не поняла, что я люблю тебя? Трудно передать, какие муки я испытывал в течение этих десяти дней, когда думал, что никогда не смогу найти тебя.
— Я считала… что вам будет неприятно… если я останусь.
— Как такое могло прийти тебе в голову? — удивился лорд Колуолл. — Теперь ты знаешь, что нужна мне. Ты всегда была нужна мне, просто я не осознавал этого, пока надо мной не нависла угроза лишиться тебя из-за этого мерзавца, который спрятал тебя, — ведь сначала я не представлял, где тебя искать. Но когда я поднял тебя на руки и повез домой, то понял, что ты значишь для меня все.
— Но за день до этого… — неуверенно начала Наталия, — в библиотеке… вы говорили так, словно… ненавидели меня.
— Я просто помешался! — объявил лорд Колуолл. — Я пришел в ярость из-за твоего отказа стать моей женой. И в то же время мне было страшно признаться самому себе, что я люблю тебя. — Он почувствовал, как Наталия затрепетала, и добавил: — Я полюбил тебя с того мгновения, когда увидел, но я поклялся себе, что никогда не буду страдать так, как страдал в прошлом. Поэтому изо все сил боролся против чар, которыми ты околдовала меня! — Он негромко рассмеялся. — За долгие годы острота моих страданий притупилась, я уже забыл, что чувствовал тогда. Зато за эти десять дней, когда я не знал, где ты, когда с ужасом представлял, что может с тобой произойти, мне пришлось пройти через все муки ада.