Пронзая ветер
Шрифт:
Забыв разногласия, все, затаив дыхание, следили за Шутом, объявившим себя экспертом в области приготовления дичи.
— Все, — наконец, торжественно произнес Линнок, вызвав оживление в их небольшой компании.
Девчонка первая ринулась к тушкам, за что тот час же получила по рукам.
— Ты что? — возмущенно зашипела она рассерженной кошкой на Шута.
— Раньше взрослых не суйся, малявка.
— Ладно, взрослый, разделывай сам, — фыркнула она, плюхаясь на свое место. — Надеюсь, у тебя хватит ума не забыть житейскую истину — все лучшее детям?
— Конечно!
— Хватит тебе, Линь, — покачала головой Ланетта, передавая девочке кусок мяса. — Если бы не ее арбалет, мы еще долго бы ловили «непуганых» созданий местной фауны.
Но девочка не проявила ни капли благодарности к своей заступнице. Проигнорировав предложенную Ланеттой ножку, она презрительно сморщила нос:
— Тебе дали, ты и ешь. Мне подачки не нужны… Эй, ты снова в меня объедки будешь швырять или все-таки накормишь раненного ребенка?
Окорочек утихомирил бузотерку. Девочка с наслаждением впилась в мясо, с интересом прислушиваясь к беседе.
— Надо двигаться на юго-запад, — сказал Данэл. — Правда, мне очень не нравиться зарево, что пылало вчера на той стороне. Но там наш дом, поэтому тем более важно узнать, что там произошло. Что ты скажешь на это, Линь?
— Согласен, — кивнул Шут.
— А как вы вообще оказались у Торрэла в плену, Данэл? — слегка смущаясь, поинтересовалась Ланетта.
Она чувствовала, что обращение по имени несколько коробило правителя, но никак не могла заставить себя назвать его господином. «Не останусь в Митриле, — твердо решила она для себя. — Буду жить там, где нет никаких «господ». Ну, хотя бы, в Валгаве. Или на Южные Острова подамся, если Линь не передумает меня с собой брать. Ведь я больше не Источник».
Данэл задумчиво почесал переносицу:
— Торрэл прибыл в мой Дом, прося оказать помощь в розыске опасного преступника. Мы смогли его быстро вычислить. Наглец, скрываясь за маской правителя, пытался договориться с контрабандистами о переправе через Порог. Мы его окружили, но взять в плен его не удалось. Преступник раскидал моих парней, словно кегли, и, завладев одной из наших лошадей, сумел пересечь границу. Мы надели маски даже на простых солдат, чтобы не нарушать магического фона в заповедных землях, и бросились за ним вдогонку. А в результате нарвались на кросский отряд.
Данэл покачал головой, заново переживая горечь поражения и предательства.
— Это была неравная битва. Теперь я понимаю, что меня провели, как несмышленого ребенка. Торрэл и его люди подставили нас, бросив на растерзание кроссцам. Я был ранен, и Коросс легко мог бы взять меня в плен, но вместо этого извинился за нарушение договоренностей. Он сказал, что кроссцы выехали встречать его, как будущего Верховного Правителя. Никто не собирался использовать Силу или охотится за Источниками. Они намеревались тихо покинуть Валгаву, как только Коросс заберет вас с собой. Собственно, он и направлялся с десятком солдат за вами, когда увидел начало сражения. И не мог не вмешаться. Он обещал, что обязательно вернет тех моих солдат, которым удастся выжить, а за каждого убитого выплатит достойную компенсацию.
— Мы видели сражение с вершины скалы, — тихо произнес Шут. — Я до последнего верил, что Торрэл вернется. Надеялся, что это просто такая военная хитрость.
— Хитрость его заключалась в том, что он подкараулил меня и взял в плен, когда я чуть живой от усталости подходил к митрильской границе. Он хотел доставить меня к Горе. По дороге я слышал разговоры о жертвоприношениях у Разлома, но я не понял смысл этих речей. Я был слишком измучен и опустошен. Зато сейчас я начинаю понимать, что очень много чего не знаю. Поэтому, друзья мои, надо как можно быстрее вернуться в Митриль и разобраться со всем этим. Что-то неладное твориться в нашем королевстве.
— Значит, карабкаться назад будем, — с подозрительным оптимизмом заметил Шут. — Другой дороги все равно нет. Лани, ты как? Опять верхом на мне или как-нибудь сама?
Террасовая долина напоминала рай. Мягкий климат, буйная растительность, живописные озера и величественные водопады. Она была прекрасна, но вот горы, окружавшие ее, выглядели неприступно. Глядя на расстояние, которое преодолели Данэл и Шут, пока она была без сознания, девушка почувствовала вину, и в тоже время восхитилась упрямством Линнока, все это время тащившим ее на своей спине. Высота, откуда они спустились, ошеломляла.
— Если бы ты не спугнул тогда единорогов, — укоризненно посмотрела на Линнока девушка, — может быть, удалось бы их приручить. И не было бы никаких проблем. Я ведь даже погладила одного. Он такой шелковистый! А вы видели, как они легко передвигаются по горам? Где мы ползем и карабкаемся, они перелетают.
Ее проколотый рогом палец при вспоминании о прекрасных созданиях заныл. Ланетта потерла его и увидела выступившую капельку крови. Машинально слизнув ее, она вдруг словно воочию увидела белоснежного жеребца с оранжевыми глазами.
— Ветер, — прошептала она.
Ей показалось, что она услышала, как он заржал в ответ на ее призыв.
— Эй, ты что, разговариваешь сама с собой? — внимательно посмотрел на нее Шут.
Все утро Ланетта чувствовала его повышенное внимание к себе. Это несколько нервировала.
— Единороги — это выход, — деловым тоном произнесла девочка, кидая обглоданную кость в костер. — Если они один раз дали к себе приблизится, позволят и второй. А там — дело техники.
— Ты что? Умеешь приручать единорогов? — воззрился на нее Шут.
— Разве это умение, — прибедняясь, опустила свои черные глазища девочка.
— А призывать?
— А чего их призывать? Вон они!
Все быстро обернулись в ту сторону, куда показывала девочка.
Единороги, гигантскими прыжками перелетая с одной террасы на другую, быстро спускались к ним. Не прошло и десяти минут, как небольшой табун застыл в нескольких метрах перед ними. Путники выжидательно уставились на Ланетту, и та, дрожа неизвестно от чего, сделала несколько шагов вперед навстречу белоснежному красавцу.