Пронзая тьму
Шрифт:
– Срочно проверьте дорогу, а потом поищите в окрестностях Фэйрвуда.
Трое мужчин бросились выполнять приказ. Мистер Стил оглянулся на здание кафе.
– Нужно будет подробно расспросить миссис Деннинг. Горинг вернется из Саммита в понедельник утром, а Сантинелли обещал прибыть в понедельник вечером. Мы побеседуем с миссис Деннинг, как только появится Горинг. Думаю, вам тоже стоит присутствовать при разговоре.
Четвертый кивнул. Это был высокий, смуглый, одетый во все черное человек с острым длинным носом, глубоко посаженными карими глазами и
– Похоже, ваша сила встретила серьезное противодействие, – сказал он.
– Похоже, – неохотно согласился мистер Стил. – Возможно, за Роу стоит какая-то новая сила… Возможно. – Потом в голосе его зазвучали странные зловещие нотки. – Но теперь она имеет дело с нами, и дни ее сочтены. Настоящая сила принадлежит нам" и так будет всегда!
– Нет, – сказал Тед Уолрот, начиная повышать голос. – Мы с Джун говорили об этом, молились об этом, и мы просто больше не можем участвовать в этом деле. Послушайте, Марк, мы отступаем от воли Божьей, посещая эту школу. Я всегда так думал, а теперь мы поняли это окончательно. На школе просто нет благословения Господа!
Они находились в маленьком офисе школы. Марк уже подготовил все документы двух детей Уолротов, Мэри и Джонатана, и собирался отдать их Теду, но он еще не оставлял надежды уговорить его оставить детей в школе.
– Но, Тед… если вы будете честным перед самим собой, перед Джун, перед Мэри и Джонатаном, вы должны признать, что школа сделала для ваших детей много хорошего. Их успеваемость повысилась, они приблизились к Господу, они исполнены чувства собственного достоинства и счастливы…
– Да неужели? – с вызовом спросил Тед. – И надолго ли? Сколько должно пройти времени, пока с ними тоже не случится что-нибудь?
Такого рода речи Марк слышал уже неоднократно и начинал уставать от них.
– Тед, я не знаю, с кем и чем вы разговаривали, но по городу распространяется много откровенной лжи, и я надеюсь…
– Мне плевать на слухи, я прекрасно знаю, чего стоит весь этот вздор. Но я считаю, что за всеми этими разговорами и страхами кроется определенная опасность…
– Да нет никакой опасности!
Теперь Тед не скрывал своего гнева. Он наставил палец на Марка и устремил холодный взгляд голубых глаз на кончик этого пальца.
– В этом-то и заключается суть проблемы! Вы утратили всякую объективность в этом деле, Марк, – утратили целиком и полностью! Если проблема и существует, даже серьезная проблема, едва ли вы признаете это! Вы стали на сторону Тома, а я считаю такой поступок неприемлемым для пастора! Вы не знаете, что из себя представляет Том в действительности, когда вас нет рядом! И никто из нас не знает! И если вы собираетесь выступать его адвокатом в этом деле, значит вы тоже не заслуживаете нашего доверия и едва ли можете оставаться нашим пастором!
Марк помолчал несколько мгновений, стараясь взять себя в руки, и попытался пресечь это ожесточенное нападение.
Он мягко сказал:
– Тед… Сатана трудится не покладая рук, стараясь расколоть нас, стараясь
– А я что говорю! – согласился Тед. – Вы не видите Божьей воли, Марк, – даже при ясном свете дня, даже при самом внимательном рассмотрении! Создание этой школы – ужасная ошибка, неверный шаг, который нам не стоило совершать и за который мы теперь расплачиваемся, а вы просто отказываетесь понимать это.
Марк попытался объяснить свои слова.
– Я имел в виду…
– Я знаю, что вы имели в виду! И я говорю, что вы заблуждаетесь, глубоко заблуждаетесь. Вы упрямы, вы слепы, вы стали на защиту человека, которому просто нельзя верить, а теперь все мы оказались под судом и чувствуем, что настало время делать ноги. Мы с Джун не хотим участвовать в этом деле и, конечно же, не хотим, чтобы в него втягивали наших детей. – Он рывком открыл дверь. – Мне пора. Марк протянул Теду документы.
– Благодарю.
Тед с раздраженным видом стремительно направился к выходу.
– Мы увидимся в воскресенье? – спросил Марк.
– Нет, – ответил Тед, не оборачиваясь. – И не надейтесь. Едва ли ваша церковь угодна Господу сейчас. И с этими словами он вышел.
Тол, Натан и Армут стояли снаружи, провожая Теда взглядами.
– Дальше – больше, – сказал Натан. – Сначала в школе, потом в церкви. Они готовы перегрызть друг другу глотки. Тол прислонился спиной к стене школы.
– Разрушитель! Праведники упорствуют в своем нежелании защищать школу.
– И у нас не будет молитвенной защиты, чтобы добиться успеха в… даже в самом малом!
– Но как же демоны, виновные в этом? – спросил Армут. – Ведь мы же можем истребить их!
– Нет, – сказал Тол, исполненный гнева и разочарования. – Они имеют право находиться здесь. Они получили приглашение. Праведники сдались в этой борьбе, и пока сердца их не разобьются, пока раскаяние не охватит их, эта раковая опухоль будет неуклонно расползаться!
– И что же теперь? – спросил Натан.
– Мота и Сигна ищут брешь в рядах противника, какое-нибудь слабое место в плане Разрушителя, на которое мы смогли бы указать праведникам. Тем временем нам остается лишь поддерживать готовность к молитве и борьбе в нашей основной группе праведников. Господь будет действовать в согласии со своим замыслом. Он…
В воины разом выхватили мечи.
Нет, это было не вражеское войско, даже не устрашающего вида демон – всего лишь маленький безобразный курьер, которому хватило наглости пролететь прямо над головами ангелов. Он размахивал пустыми руками, показывая, что не собирается нападать.
– Э-гей! – прокричал он. – Ты – капитан Тол?
– Да, – ответил Тол.
– Разрушитель велел передать тебе послание! – Бесенок парил высоко над небесными воинами и пронзительным скрипучим голосом передавал слова хозяина. – Он сказал: «Я разбил твое войско, великий капитан! „Омега“ принадлежит мне и будет принадлежать вечно. Твои храбрецы обращены в беспорядочное бегство! Пришли сюда еще воинов! Мои солдаты голодны!»