Пролог

Михайловский Александр Борисович

Полковник Антонова задумчиво посмотрела в сторону моря, будто что-то вспоминая, - А моя дорога лежала в другую сторону - сначала в Зугдиди, а потом в Поти.

Тут я вспомнил одно загадочное происшествие, кажется, случилось оно двенадцатого августа, - Американские "хаммеры" с секретной аппаратурой связи - это ваша работа?

– Знаете, Александр Васильевич, в тех краях пришлось увидеть много интересного, -полковник Антонова ловко ушла от ответа.

– Наверное, вы решили встретиться со мной не для приятных воспоминаний о былых славных делах и походах?
– осторожно поинтересовался я, - Товарищ полковник, я вас

внимательно слушаю.

– Нет, Александр Васильевич, кто старое помянет, тому...

– Вот, она еще и острить пытается!
– подумал я.

– Я бы хотела побеседовать с вами о цели нашей операции. А так же о ее объективном освещении в прессе. Поскольку вы НАШ человек, то я считаю целесообразным посвятить вас в некоторые ее детали, с целью более эффективного информационного сопровождения операции.

Я пожал плечами, - Речь идет о Сирии? К сожалению, я так и не смог побывать в этой стране. Был в Ливане, Турции, а вот в Сирии пока как-то не довелось.

– Ну, это не так уж и важно, - отмахнулась Антонова, - Вы журналист. Ваша профессия в чем-то сродни нашей. Как и разведчик, вы ищите информацию, анализируете ее. А потом, из увиденного вами и услышанного, пытаетесь создать нечто единое, цельное. Помимо всего прочего, журналисты иногда умудряются сунуть свой нос туда, куда не удастся это сделать разведчику. Но, я не о Сирии хочу поговорить с вами, а о Турции. Ведь во время ваших визитов, вы проводили все свободное время не на пляжах Антальи, а посещали совсем другие уголки этой страны.

– Да, "контора" работать не разучилась...
– подумал я, - Впрочем, если бы они этого не знали, я бы весьма расстроился непрофессионализму своих бывших коллег...
– и уже вслух, - Итак, с чего начнем?

– Не секрет, что Турция - это ключевой игрок на сирийской "шахматной доске". Без нее Башир Асад давно бы помножил на ноль всех мятежников.
– Но чего добивается Турция?
– Отделения от Сирии еще одного куска территории? Ведь территориальные дрязги между Сирией и Турцией начались не сегодня, и даже не вчера.

– Да, Сирия никогда не забудет то, что в конце тридцатых Франция передала Турции часть сирийской территории - Александреттский санджак (Искендерун). Сирия, естественно, с такой перекройкой ее территории не согласилась. Эта тема продолжала и продолжает быть камнем преткновения в отношениях между Турцией и Сирией. Искандерун, как удобный порт на Средиземном море, и место слияния трех рек, имеет для Сирии стратегическое значение.

– Вижу, что владеете информацией, - улыбнулась Нина Викторовна.
– Но до сего времени эти территориальные споры как-то обходились без применения силы.
– Что же, по-вашему, стало причиной обострения нынешней обстановки?

– Я полагаю, что нынешнее правительство Турции проводит политику "ползучей османизации". Дело в том, что где-то в конце 90-х Турция, после череды военных переворотов, окончательно похоронила идеи "отца турецкой революции" Кемаля Ататюрка. Он мечтал о Турции, свободной, независимой, светской, порвавшей с идеологией Османской империи. Но 1990 год оказался роковым для турецкой экономики. Стало очевидно, что потеряны десятилетия. Синонимом экономической реформы тех лет стала дикая приватизация и либерализация, безработица, остановка работы многих предприятий, уменьшение государственных дотаций в образование. И все в согласии с вводными, которые давал Турции

МВФ. Это-то привело к ухудшению ситуации в социальной сфере и массового недовольства среди населения. Власть оказалась неспособна бороться с обнищанием, и, тем самым, были созданы условия для создания исламистских партий. И они были созданы. В качестве идеологической платформы исламисты взяли идею "неоосманизма" или "неооттоманизма". Тогдашний министр иностранных дел Турции, Ахмет Давутоглу на съезде своей "Партии мира и развития" заявил, - я заглянул в свою записную книжку, - "Мы - неооттоманисты. Мы вынуждены заниматься соседями, и другими странами, включая и Африку".

"Неоосманисты" предлагают "великий проект" - Турция хочет преодолеть status quo и превратиться в мощную региональную державу, которая будет претендовать на особую роль в отношениях со странами "османского наследия". Неоосманисты считают, что турки несут историческую ответственность за это пространство и обязаны играть в нем особую роль. Например, обеспечить создание некого подобия Османского экономического пространства по образцу общего рынка. В это пространство, по мнению "неоосманистов" войдут страны, входившие в состав Османской империи". "Неоосманисты" уже заговорили о формировании общетурецкого дома "от Адриатики до Тихого океана".
– Не слабый размах у господ турок?

– Все правильно!
– сказала внимательно слушавшая меня полковник Антонова, - но вы не отметили еще один немаловажный момент - Турецкие "неоосманы", можно я так буду называть для краткости, уже начали делить народы на "первостепенные" и "второстепенные". Вам ничего это не напоминает?

– Напоминает. И очень даже получаются интересные параллели. Я записал еще одно интересное высказывание турецкого аналитика, похоже, вашего, Нина Викторовна, коллеги. Он заявил буквально следующее: "...неоосманизм исходит из того факта, что Турция - региональная суперсила. Ее стратегическое положение и культура распространены в географических пределах Османской и Византийской империи. Согласно этому, Турция, как ключевая держава, обязана играть весьма активную дипломатическую и политическую роль в большом регионе, центром которого она является".

Согласно доктрины, указаны следующие регионы ("второразрядные народы"), которые должны войти в зону турецкого влияния: Балканские страны: Албания, Болгария, Босния и Герцеговина, Сербия без Воеводины, Македония и Молдавия, затем Кавказ: Азербайджан, Абхазия и Грузия, Украина, особенно Крым, Ближний Восток, и некоторые центральноазиатские державы. Таким образом, турки не ограничатся только Сирией. Под их прицелом и наши Северокавказские республики, и даже, возможно, Поволжье.

Полковник Антонова окинула меня пристальным взглядом, - Наши аналитики дают примерно тот же расклад, только чуть подробнее. Теперь вы понимаете, Александр Васильевич, зачем мы отправились в это путешествие?

– Понимаю, Нина Викторовна, - я решил проявить толику профессиональной наглости, - Я даже понимаю, при чем тут ваши "смежники" и некий полковник "Славян". Думаю, что в скором времени в турецкой прессе будет опубликовано много некрологов о погибших в различных авто- и прочих катастрофах людях, планирующих и руководящих операциями турецких спецслужб против Сирии. Я, в общем, все прекрасно понимаю, согласен с таким решением, и буду готовить свои репортажи с учетом предоставленной вами информации.