Прокурор срывает печать

Гарднер Эрл Стенли

Селби от изумления ничего не смог ответить и лишь в недоумении смотрел то на шерифа, то на девушку.

Брэндон метко швырнул недокуренную сигарету в большую латунную пепельницу и заявил мрачно: Что ж, посмотрим, что она на это скажет.

— Но, послушай, Рекс, Инес ничего не станет скрывать, когда дело идет об убийстве. Если этот человек говорил с ней…

— Я бы не был так уверен на твоем месте, — возразил Брэндон. — Инес — адвокат, и, поверь мне, она превращается в первоклассного специалиста. Сейчас она ведет дело о спорном наследстве

в миллион долларов, и, если состоялся телефонный разговор, разглашение содержания которого может нанести ущерб ее клиентам, у нее хватит ума и решимости держать рот на замке.

Сильвия многозначительно взглянула на шерифа. Брэндон выключил настольную лампу и спросил Селби:

— Ты пойдешь со мной, Дуг?

Селби отрицательно покачал головой.

— Я сообщу тебе о результатах, Сильвия, — сказал шериф.

— Это было бы здорово. Сведения исходят от меня, и я имею право на первоочередную информацию для статьи. Лос-анджелесская газета ждет моего звонка.

— Я дам тебе знать.

— А сама ты разве не пойдешь? — спросил Селби. Девушка ответила спокойно:

— Мне лишь надо узнать, что она скажет. Мое присутствие подействует на нее, как красная тряпка на быка. Мы никогда ничего не узнаем, если она почувствует, что именно я могу написать статью для газеты.

— Ну, я не думаю, что она испытывает к тебе такие чувства, — сказал Брэндон.

— А я думаю, — ответила Сильвия.

В комнате воцарилось молчание. Селби взглянул на часы и объявил:

— Ты, Сильвия, отправляешься со мной ужинать. После недолгого колебания Сильвия сказала Брэндону:

— Ты найдешь нас в новом гриль-баре на Оак-стрит, Рекс. Но дай знать мне сразу, как только что-нибудь узнаешь.

— Хорошо.

— Не могу поверить, — пробормотал Селби. — Я разговаривал с Инес полчаса назад.

Сильвия Мартин в ответ лишь многозначительно промолчала.

Глава 12

За ужином, состоящим из рубленого бифштекса (единственное мясное блюдо в меню), запеченного картофеля и салата, Селби внимательно изучал выражение лица Сильвии Мартин.

— Чем вызван этот экзамен? — спросила девушка.

Селби ответил с ноткой сожаления в голосе:

— Мне грустно, что я выпал из обоймы, Сильвия. Ты похожа на ищейку, идущую по горячему следу, а я… я стою где-то на обочине. Мне бы так хотелось быть в одной команде с тобой. Только сейчас я осознал, как много воды утекло со времени нашей последней встречи.

— Но ты еще вернешься, Дуг?

— Только, видимо, не в качестве окружного прокурора.

— Скорее всего, нет, — согласилась она. — Ты приедешь, весь увешанный наградами, с глубоким пониманием людей и жизни, на тебя будет огромный спрос как на адвоката по самым крупным делам. Ты будешь становиться все значительнее и значительнее, прибавишь в весе и в достоинстве, станешь юристом в крупной корпорации и будешь снисходительно улыбаться, когда я буду брать у тебя интервью о слиянии двух электроэнергетических

компаний.

— Я непременно посвящу тебя во все тонкости, — заверил ее Селби.

— Наверное, — поддержала его девушка, — ты позволишь мне миновать секретаря твоего секретаря, затем самого секретаря и вступить в святилище. Ты будешь толстым, самоуверенным и процветающим, и ты сообщишь мне, что только что заключенное соглашение является важнейшим событием для нашего графства за десятилетия, оно принесет дешевую энергию в этот регион и тем самым позволит крупным предприятиям воспользоваться открывающимися возможностями… Да неужели жизнь должна следовать таким законам?

— Каким, Сильвия?

— Законам, по которым успех ведет к благосостоянию, жирку и самоуверенности?

— Не знаю. Никогда не думал об этом.

— Так подумай сейчас, Дуг. Ведь ты возвратишься к нам героем, преуспеешь во всех своих начинаниях. Может быть, есть дела получше, чем организация слияния электроэнергетических компаний? Возможно, ты сможешь заняться чем-то действительно большим, тем, что улучшит жизнь людей.

— Именно слияние компаний сделает это. Появится много новых рабочих мест, работы…

— Работы! — прервала она его. — В этом вся проблема. Только потому, что мы прошли через тридцатые годы, мы не думаем ни о чем, кроме материальных ценностей.

— Послушай, я не намерен без борьбы уходить с прибыльного поста юриста крупной корпорации, увольнять секретаря моего секретаря и самого секретаря, а также позволить, чтобы соглашение о слиянии не было заключено.

Сильвия улыбнулась в ответ:

— Мне кажется, ты без борьбы не уступишь ни в чем. Ладно, вернемся к нашим убийствам, а слияние энергетических компаний пусть подождет естественного хода истории Мэдисон-Сити и дальнейшего развития корпоративного права.

Оба рассмеялись.

— Мне хотелось бы напасть на след той пары, что сошла с поезда. Эта маленькая пожилая женщина не выходит у меня из головы.

— Та, с белой гарденией?

— Да, она — личность, настолько цельный тип, что я не представляю ее каким-то образом замешанной в убийстве.

— У тебя нет никаких оснований подозревать ее.

— Бесспорно, она не замешана, — продолжал Селби, — но так же бесспорно, что с нашим делом здесь есть какая-то связь. Я многое бы дал, чтобы узнать, что стоит за белыми гардениями и поездкой Карра на вокзал.

— Ну уж этого тебе от Старого АБК никогда не узнать.

— Давай предположим, — задумчиво произнес бывший прокурор, — что Рофф собирался встретить двух пассажиров поезда. Допустим, Рофф заказал белые гардении, чтобы быть готовым к встрече свидетелей.

— Свидетелей?

— Они должны быть таковыми, — сказал Селби. — Я не представляю их в иной роли.

— Но свидетели чего?

— Хотел бы я знать.

— Ну хорошо, допустим, они свидетели. Что происходит потом?

— Потом на сцене тихонько появляется Карр и набрасывает на них свою сеть.