Прокурор рисует круг
Шрифт:
— Благодарю вас, — сказал Селби. — Я доволен своим теперешним положением.
Карр встал и снова протянул руку.
— Вы собираетесь каждый день ездить в город? — спросил Селби.
— Нет, я буду жить здесь. И не хочу проводить много времени в конторе. У меня есть компаньон, который вполне справляется с делами. Я пытаюсь начать более легкую жизнь. — В дверях он обернулся. — Вы хорошо сыграли свою роль. Если бы я не видел, как эта миссис Артрим вышла из вашего кабинета, я бы и не знал, что она была здесь. До свидания,
— До свидания, — ответил немного обескураженный окружной прокурор.
Не успели шаги Карра затихнуть в коридоре, как зазвонил телефон. Селби снял трубку и услышал голос шерифа Брэндона:
— Ты занят, Дуг?
— Нет.
— О’кей. Я зайду к тебе. — Он повесил трубку. Рекс Брэндон, загорелый мужчина с обветренным лицом и мускулистой фигурой, был старше Селби на двадцать пять лет. Двигался он легко, с достоинством.
— Привет, Дуг.
— Привет. Как дела?
Брэндон опустился в кресло, достал из кармана кисет с табаком и пачку папиросной бумаги, ловко свернул сигарету одной рукой и закурил.
— У тебя уже были сегодня посетители? — спросил он.
— Да. У тебя тоже?
— Ага.
— До или после нее?
— Перед, — ответил шериф. — Она сказала, что собирается к тебе. Я предупредил ее, что вряд ли ты станешь что-либо делать.
— Я и не стал. Брэндон усмехнулся.
— А сразу же после ее ухода я принял А.Б. Карра, — сообщил Селби.
— Как он выглядит?
— Лет пятидесяти, эффектный, привлекательный. Можно представить, как он смотрится в суде. Настоящий актер!
— Что ему нужно?
Селби усмехнулся.
— Он сообщил, что не собирается заниматься адвокатской практикой в графстве Мэдисон, а я оказался не таким, как он ожидал. Положительно отозвался о моих способностях, сказал, что, если мне захочется оставить должность прокурора и переехать в город, он позаботится обо мне.
— Вот черт! — с удивлением пробормотал Брэндон.
— Точно, — кивнул Селби. — Он очень умен.
Брэндон некоторое время молча курил, потом сказал:
— Его приход не предвещает ничего хорошего.
— Знаю, — согласился Селби. — Но что поделаешь? Он, кроме всего прочего, хороший адвокат, Рекс. И богат. Я действительно не могу понять, что ему нужно в нашем графстве.
— Чего же он хочет?
— Возможно, то, о чем он сказал: жить в провинции, вести спокойную жизнь, отдыхать и развлекаться.
— Не думаю, что здесь он все это получит, — засомневался Брэндон. — В Мэдисоне нет ничего особенного. Надо же, сразу направился в резиденцию прокурора! Конечно, ему выгодно такое соседство.
— Не думаю, что его волнует чье-то соседство, — заметил Селби.
— Я тоже так не думаю, но Рита прожужжала мне все уши.
— Рекс, ты хорошо ее знаешь?
— Разумеется, — ответил Брэндон. — И знал ее еще ребенком.
— Она говорила мне, что собиралась купить
— Конечно, не захотят, — проворчал Брэндон. — Когда она убежала из дому и вышла замуж за этого игрока, они были страшно огорчены. Когда ее муж погиб и Рита получила страховку, она думала, что сможет вернуться в семью, но ничего не вышло: Абнер Хендрикс отказался жить на деньги игрока.
— Так она живет одна в этом доме?
— Нет. Со свекром, Фрэнком Артримом. Он повредил позвоночник в автомобильной катастрофе, в той, в которой погиб и его сын. Фрэнк на всю жизнь остался калекой. Послушай, Дуг, если А.Б. Карр начнет использовать свой дом как притон, как место для азартных игр, мы сможем что-нибудь сделать?
— Сначала, Рекс, надо посмотреть, что он вообще собирается делать.
— Ну, что ж, подождем, — согласился Брэндон.
Глава 2
Через неделю после встречи Селби с Карром Сильвия Мартин, журналистка из газеты «Кларион», спокойная и хладнокровная, вошла в кабинет окружного прокурора. Аморетт Стэндиш только что положила на стол Селби почту.
— Привет, Дуг, — улыбнулась Сильвия. Что, пришла за новостями? — спросил он.
— Да. Нам нужен свежий материал.
— Но у меня нет ничего интересного.
— А как насчет дела с подлогом?
— Он признал свою вину и теперь уповает на милость Божию.
— Что с ним решили, Дуг?
— Рекс Брэндон разговаривал с ним. После этого он обратился к адвокату.
— Дуг, а что ты знаешь об этом А.Б. Карре? — спросила она.
— Ничего, — ответил Селби, взяв конверт, который Аморетт Стэндиш положила перед ним.
— Не может быть, Дуг.
— Я знаю только то, что прочел в прессе.
— Ты встречался с ним?
— Да, а что?
— Он приходил, чтобы возбудить дело о диффамации? [1]
— С чего ты взяла?
— Он думает, что статья, опубликованная в нашей газете пару дней назад, направлена против него.
1
Опубликование в печати сведений, позорящих честь какого-либо лица, учреждения и т.п.
— А что было в той статье? — поинтересовался Селби.
— Не знаю, — ответила она сдержанно. — Не я писала ее.
— А что говорит редактор?
— Не могу тебе сказать, Дуг. Слова, которые он употреблял, мне просто стыдно повторить.
— Я хочу, чтобы они оставили его в покое, — сказал Селби.
— Почему?
— Да потому что незачем лезть в чужую жизнь. Боже мой, человек где-то жил, занимал солидное положение. Сомневаюсь, чтобы были какие-то причины следить за ним. И он так известен…