Прокол (сборник)
Шрифт:
Опасаясь за прочность основания, ты переносишь меня на кожаный диван. Мирное соглашение нас настигает уже там. Правда, односторонне твое, как ты и грозил. Мое умиротворение в этот раз минует: вообще денек выдался напряженный, да еще дверь дергают, будто не знают, что у меня обеденный перерыв!
— Псих, ты разорвал мой чулок! — я шепчу, приводя в порядок свой растрепанный гардероб.
— Прости, у каждого свои недостатки, — к тебе прилипла эта культовая кинофраза.
— Теперь иной
— А как иначе! — ты потешаешься. — Те, кто на работе дымят и кофе сосут, чулок не рвут!
— Те, кто лишь дым и кофе сосут, чулок вообще не носют! — огрызаюсь я.
— А мой секспандер — может себе позволить! Сосать и рвать. При попутной зарядке, где угодно — в комнате отдыха, на рабочем месте…
И мы оба давимся от смеха.
Его правильность давит на скрытого во мне чертенка. Кэнди, мушки, пить хоккей… Не человек ли все-таки скрывается за одержимым тружеником? И эти акты… Будь я мужчиной, призвал ли б он именно эту сферу искусства?
— Как вы поступаете, когда руководство дает задание, которое, на ваш личный взгляд, противоречит корпоративным интересам? Скажем, вы могли бы предложить лучшее решение, но нет времени что-то доказывать…
— Я не теряюсь. Способен принять самостоятельное и правильное решение и не помню случая, чтобы такое оценили отрицательно, если результат положителен. Победителей не судят.
— Никогда не теряетесь?
— Нет! У меня хорошая реакция, — он смотрит на меня с чуть ли не вызывающей улыбкой.
— Вы сказали, держите эспандер для разрядки… А как насчет секса в обеденный перерыв?
Мое лицо невозмутимо. Смотрю ему прямо в глаза.
Кажется, он все-таки слегка краснеет. Если сейчас же не заговорит, мне придется рассмеяться, дабы не покраснеть самой.
— Простите… — это уже не прежний корректно-самоуверенный тон.
— Пожалуйста, не теряйтесь! — я пользуюсь случаем, чтобы улыбнуться.
— Знаете, я как-то не задумывался… Видите ли, — он ощупывает самый безымянный палец правой руки, — я женат, освященными брачными узами связан, даже кольцо никогда не снимаю, разве что в тренажерке. Но, конечно…
Но, конечно, я осталась заряженной. Не беда! Вечером противотрудогольный курс, освященный брачными узами, завершу уже на семейном ложе. Как и подобает моему социальному и гражданскому статусу.
— А почему у вас нет кольца на пальце? — я придираюсь наконец. — Разве вы не были женаты?
— Э-э…
— В тренажерке… Ах так их нынче зовут?
— Нет уж! Ни с какими «ими» в чужих залах я не вожусь: у моей… тренажерши… свой именной… дворец спорта!
Ты никак не прекратишь паясничать. Мол, с первого визита в эксклюзивный кабинет начальницы ясно, что его основное назначение — отрицательная калорийность обеденных перерывов в личных и корпоративных интересах.
— …но, конечно, я…
— Спасибо! — я прерываю. — Вы отлично не теряетесь!
Поднимаясь из-за стола, я невольно оглаживаю юбку. Он тоже вскакивает и измеряет взором меня — во весь рост, насколько тот над столом: от макушки по шлицу. Но мой туалет, как всегда, столь же безупречен, как и его костюм…
…новая пара чулок, и ничто уже не свидетельствует о зарядке в обеденный перерыв. Задерживаюсь у зеркала, чтобы подкрасить губы, а ты подкрадываешься сзади, чтобы сорвать еще один поцелуй перед запудриванием следов шалости.
— На этот раз за мной остается должок. Но учти: это только мой пендинг, не вздумай раздавать цессии направо-налево!
И направо нельзя?! Но я проглатываю прикол по поводу правого запрета, ибо нет времени тут нагнетать состязание в остроумии.
— Пора! Твой должок я взыщу — еще как! Целиком. С процентами.
— Спасибо, босс, за верность!
— Взаимно! — и я за верность.
— Спасибо, и вы отлично за словом в карман не лезете, — он не смущается ответного укола.
С широкой улыбкой я подаю узкую руку, он слегка теряется, но уже через мгновенье чувствую по-мужски решительное бережное пожатие.
— Скоро вы получите ответ! До свидания!
— До… скорого! Надеюсь…
— До свидания, пациент! — я завершаю наш полуденный этюд.
— До скорого, надеюсь… — ты неисчерпаем.
— Постой! Учел? Я сегодня задержусь. Заберешь мальков из садика? Не забудешь? Как кольцо…
— Да сделаю я все, собеседуй их тут хоть до полуночи! — ты куражишься. — А как с тем смазливым простачком? Ну, с этим, трудоманом. Чью половую жизнь прервал брак. Берешь?
— Весьма даже не простак, — я кокетничаю. — Но пусть подождет. Еще ж целую толпу тязать.
— Хорошо, мне на работу, ш'oфер уже примчал, — ты подбираешь свои аппараты. — Мне ведь обед в кабинет не приносют-с. Как некоторым…
Я отпираю заднюю дверь, чтобы выпустить тебя, но — за компьютером раздается виброзвон, и я спешу к столу: