Проклятый
Шрифт:
— Что ты намереваешься делать? — нахмурился страж.
— Импровизировать, — право, мне не хватало только дурацкой ухмылки Моргота, чтобы передать всю глупость этой затеи.
Острие кинжала соприкоснулось с одним из браслетов. Литое кольцо стало обжигающе ледяным и покрылось трещинами. Я не успел даже моргнуть, как оно рассыпалось в блестящую пыль и растворилось в воздухе. Я перехватил взгляд Мари, но почти сразу отвернулся. Вены на свободной руке вздулись и стали чернеть. Я ощутил, как заныли кости.
— Заводи, — прорычал я и,
Эдгар выхватил атаме из моей ослабевшей руки и, кивнув напоследок, вдавил педаль газа в пол. Машина сорвалась с места, а на меня обрушился целый шквал звуков и запахов. Оглушительный визг шин и работающий двигатель, проезжающие по трассе авто и множество голосов из соседних домов. Зверь рвался на свободу: раздирая кожу, ломая кости, перекручивая мышцы. У меня не осталось сил сопротивляться.
Я проваливался в беспамятство, затем вновь видел меняющуюся реальность, видел его глазами. Наши мысли были едины. Он хотел убивать, а я заранее наметил цели и постарался не думать о Мари. Сработало. Он оттеснил меня. Жестокий, омерзительно злой и угрожающе гневный. На его фоне я был никем. Слабый человек.
Вернуться удалось не сразу — за это время Зверь преодолел немалое расстояние и нагнал магов.
Их было трое. Первым почуял неладное берсерк. Взвыл и рванул навстречу собственной смерти. Монстр ударил наотмашь. Волкодав отлетел в сторону, дернулся и затих. Медленно, с извращенным наслаждением, существо вдыхало терпкий, насыщенный запах густой крови. Зверь упивался им. Сбросив оковы, монстр был готов убивать всех и каждого. Желание насладиться смертью затмевало и мой рассудок.
Пролилась кровь одного из магов. Я ощущал ее металлический привкус и слышал вопли умирающего, когда когти монстра вспороли ему живот, а клыки вонзились в шею, отделяя голову от туловища. Земля содрогнулась, послышался рев сигнализаций стоящих поблизости машин. Яркая вспышка света ослепила. Зверь зарычал. Его протащило по земле, а затем на него обрушилась магическая сеть.
Перед тем как отключиться, я думал о Кэт. О том, что не защитил, подвел, и должен сделать все, чтобы вытащить ее. Пусть для этого мне придется убивать голыми руками.
Мари! Я проклинал себя за то, что оставил ее. Только Тьме известно, когда я вновь увижу ее. И увижу ли вообще.
Глава XVII
Слуга Мойры
Март, 1987 год
Базель-Штадт. Беттинген. Поместье главы клана Моргот
Мортимер Моргот был видным мужчиной с ястребиными чертами лица и широкими плечами. Воспитанный, обходительный, не лишенный доли театральности. Уважаемый в обществе сильный лидер ковена, талантливый заклинатель, любящий отец и муж.
Таким его знали все.
Но мало кто знал, что он предпочитал снимать эту дружелюбную маску
— Уже очень скоро, сынок, — шептал заклинатель маленькому Мариусу. — Уже совсем скоро.
В такие дни Мортимер усаживал его к себе на колени и рассказывал удивительные легенды. О богах и чудовищах, о великих битвах с проклятыми и о многом другом. Но больше всех Мариусу нравилась история о могущественной заклинательнице Кхалессе, той самой красавице с полотна, которой было подвластно все на свете.
Мариус всегда слушал с интересом. Он любил вечера, когда отец был улыбчив и добр, а не кричал на мать и на него. Эллин не одобряла подобные сказки, но не перечила мужу, стараясь не злить его. Эти истории — меньшее, что мог рассказать один из лидеров Братства своему наследнику. Она всей душой не желала видеть сына таким же, как Мортимер.
— А расскажи о ее страже, папа! Расскажи о Фенрире!
Истории о могучем проклятом, первом из бессмертных, приводили Мариуса в восторг.
— Фенрир был великим воином, не знавшим поражений. Перед ним трепетали даже самые сильные из заклинателей.
— Но они все равно одолели его?
— Одолели, но им пришлось объединить всю свою магию. В пламени этой силы был закален меч, которым они убили Фенрира.
— А что стало с мечом? Кому он достался?
В свои пять он уже прекрасно знал, что артефакты очень ценны.
— Об этом я расскажу тебе в другой раз...
В тот субботний вечер Мариус ждал возвращения отца. Целый день он провел с двоюродным дедом и учился азам магического искусства.
— Твой сын очень талантлив, Эллин, — обратился Эрих к своей племяннице.
Леди Эллин была невысокой молодой женщиной, скорее миловидной, чем красивой. Длинные черные волосы она собирала в высокую прическу, открывая лебединую шею и покатые плечи. Элегантная и утонченная, предпочитающая строгие платья и дорогие украшения, Эллин являлась одной из уважаемых леди в магическом обществе.
Женщина улыбнулась, но тень печали легла на ее лицо. Любой матери было бы приятно слышать подобное о своем чаде, но Эллин думала о том будущем, которое Мортимер уготовил для сына. Братство не упустит талантливого мага.
— Я обязательно научу тебя кое-чему, когда ты подрастешь, мой мальчик, — Эрих был полон энтузиазма.
Он принялся копаться в огромном сундуке. Наконец, выудив оттуда трость, протянул ее Эллин. Мариус не проявил интереса к артефакту и вполуха слушал разговор взрослых, надеясь, что перед приходом отца успеет поиграть с Алисой, дочерью прислуги.