Проклятый город
Шрифт:
На причале суетились портовые рабочие, зеваки, врачи и полицейские, отчаянно выла и взлаивала черно-рыжая сявка, почувствовав, видимо, что никогда больше не увидит своего сгинувшего вместе с «Голубым бризом» хозяина, а мистер Пархест продолжал стоять, устремив взор в дальние дали. Красивое лицо его было озарено таинственным внутренним светом, а на устах блуждала странная, отрешенная улыбка. Он думал о вечности и Лиге Бессмертных, которая в скором времени будет создана и в которой он, несомненно, займет подобающее ему место.
— Задолго до нас умные люди
— Трофеев вы можете набрать в моем логове сколько угодно, — проворчал Сан Ваныч, явно не одобрявший намерение мистера Вайдегрена. — Все равно придется отдать рембазу на поток и разграбление.
— Хвастаться чужой добычей — не спортивно. Кроме того, я хочу, чтобы нашу подводную прогулку кто-нибудь заснял. Подводная камера у меня есть.
— Хозяин — барин, — непонятно ответил Сан Ваныч, и Стивен Вайдегрен велел дочери: — Собирайся, пора отправляться.
Молодой женщине не хотелось смотреть на здешних чудищ, и она охотно уступила бы сомнительные честь и удовольствие участвовать в подводной охоте кому-нибудь из бывших курсантов, но те тоже не рвались сопровождать ее отца и Сан Ваныча. Да отец бы скорее всего и не позволил ей отказаться от участия в охоте, руководствуясь правилом, согласно которому сброшенный лошадью наездник должен тотчас же снова сесть в седло, дабы страх от падения не укоренился в его душе. И в чем-то он был, вероятно, прав, потому что, натягивая «гидру» и «жабры», Эвридика и впрямь чувствовала себя ягненком, которого влекут на заклание.
У нее, однако, хватило сил сделать вид, что все идет как надо, и, странное дело, чем дальше уходили их скутера от рембазы, тем легче становилось у нее на душе. Она не позволяла себе вспоминать о том, как едва не утонула у Нарышкина бастиона, заставляя себя сосредоточиться на настоящем и думать об отце и Сан Ваныче — удивительных мужчинах, сошедшихся, как два парных сапога, как ладони в рукопожатии.
Стивен Вайдегрен был не только идеальным отцом — тактичным, щедрым и начисто лишенным предрассудков. Он был в ее глазах образцом мужчины. Умным, ироничным, удачливым, предприимчивым и рисковым. Причем, если рискованных ситуаций ему не хватало в повседневной жизни, он создавал их сам, постоянно участвуя в Adventure Races — так называемых приключенческих гонках. Дважды ему удавалось уговорить ее присоединиться к нему, и она хорошо представляла себе, что значит преодолеть от пятисот до тысячи километров бегом, ползком, вплавь и шагом. По пескам, водам, горам, и все это — в режиме нон-стоп.
Adventure Races называют еще гонками на выживание, и занимают они от нескольких часов до дюжины суток, включая в себя непрерывное чередование экстремальных видов спорта: треккинг, рафтинг, горный бег. ориентирование, горный велосипед, каякинг, каньонинг, езду на лошадях, скутерах и полеты на дельтапланах. Гонки эти проводятся в наиболее труднодоступных и экзотических районах планеты. Стивен Вайдегрен с командой успешно участвовал в самых престижных из них: в Eco Challenge и Raid Gauloises, который впервые
Со здешней моделью скутера он управлялся мастерски и, судя по всему, чувствовал себя превосходно среди поросших водорослями, погруженных в серо-зеленый сумрак зданий, так что, глядя на него, Эвридика ощутила, как сдавливавший ее сердце страх уходит, истаивает, как туман под жаркими солнечными лучами. Как в детстве, она нежилась в исходящих от отца эманациях силы и надежности. Неожиданно ей пришло в голову, что именно эти эманации силы, доброты и надежности заставили ее обратить внимание на Радова. Удивительно, но в объятиях мужа она никогда не чувствовала себя так уютно и хорошо, как в кольце рук Радова, с которым познакомилась всего пару дней назад.
«Но зато при каких обстоятельствах! — подумала молодая женщина, чувствуя, как теплая волна устремляется от низа живота к груди, к голове, рукам. — Все мы мечтаем о настоящем мужчине, о сказочном принце, который приходит на помощь в самую последнюю минуту. Но многим ли удается его встретить, пусть даже в образе сорокалетнего шаркмена?»
— …я называю эту тварь псевдолилией, — донесся до неё голос Сан Ваныча, остановившего скутер у подножия четырехэтажного дома с густо поросшими лишайником колоннами и сохранившимися кое-где в окнах осколками стекол. — Смотрите, вот она выглядывает из цокольного оконца.
— Ничего не вижу, — отозвался Стивен.
Эвридика подогнала скутер почти вплотную к дому, но тоже смогла разглядеть только странные, словно нарезанные из толстой резины ленты, покрывавшие дно около неприметного окна в полуподвальном этаже старинного здания.
— Она не чует добычу, — пояснил Сан Ваныч, расстегивая «брюхо» и извлекая из него кусок особым образом обработанного мяса. — Сейчас проснется. Эвридика, это стоит заснять, приготовься.
— Ух ты! — вырвалось у молодой женщины, когда она увидела, что «резиновые ленты» начинают оживать, подтягиваться к оконцу, утолщаться, как налившиеся кровью пиявки.
А потом произошло и вовсе удивительное — все эти ленты разом пришли в движение и, распрямившись, образовали подобие распустившейся лилии. Диаметр ее был около тридцати футов. На стенках мясистых лепестков засветились, запульсировали малиновые и нежно-голубые пятна, а в чаше «цветка» заколыхалось нечто вроде пестика с пятью столбиками и рыльцами в окружении коротких извивающихся тычинок.
Убедившись, что Эвридика снимает, Сан Ваныч насадил кусок мяса на самый конец длинного тонкого гарпуна и протянул псевдолилии. «Лепестки» ее дрогнули и сомкнулись на гарпуне.
— Похоже на росянку, есть у нас такое хищное растение, жрущее комаров и мух, — пояснил смотритель рембазы, вытаскивая гарпун из сомкнувшихся лепестков диковиной твари. — Почуяв подходящую добычу, она «распускается» и каким-то образом приманивает ее — то ли запахом, то ли цветом. Забавная зверушка и, по сравнению с прочими искусственно созданными существами, вполне безобидная. Продолжим, однако, нашу прогулку, времени у нас не густо.
— У вас, как я погляжу, для клиентов целая культурная программа подготовлена! — усмехнулся Стивен, и старик подтвердил, что так оно и есть, присматривая за подводными коммуникациями, он сталкивается с разными тварями и не упускает случая показать их любителям подводных диковинок.