Проклятый дом
Шрифт:
– Анатолий.
– Как я понимаю, если бы Кириллов умер, не оставив завещания, то его имущество перешло бы его жене и детям – всем детям, в том числе и Анатолию. Им бы достались все эти два миллиарда, разделенные на равные доли. Так?
– Да, но это в том случае, если бы не было завещания.
– А по завещанию Кириллов что-то оставил своему первому сыну?
– Да, для него создан особый счет, на котором лежит миллион рублей.
– Понятно… А пока все имущество перейдет Светлане Павловне, поскольку до совершеннолетия детей она будет управлять их долями. А вдруг что-то случится со Светланой Павловной?
– Какое ужасное предположение! – воскликнул адвокат. – Я даже думать об этом не хочу! Но если вы настаиваете… В случае такого печального исхода все деньги перейдут Наталье и Вячеславу. Естественно, будет назначен опекун, который станет управлять этим имуществом…
– А брат Светланы, Борис, может стать таким опекуном?
– Да, он – самый вероятный кандидат. Насколько мне известно, ни у Кириллова, ни у его жены нет более близких родственников. Постойте, вы что хотите сказать? Что Борис Новиков…
– Успокойтесь, Александр Григорьевич, я ничего такого не хотел сказать, – произнес Гуров. – Я всего лишь хочу выяснить положение вещей. Когда имеешь дело с имуществом умершего – тем более с таким огромным имуществом, – нужно точно выяснить все юридические аспекты сложившихся отношений. Благодарю вас, вы мне очень помогли. А вот, кстати, я слышу шум мотора. Возможно, это возвращаются Светлана Павловна с братом.
Глава 6
Гуров и адвокат направились к воротам. И подошли туда как раз в тот момент, когда из-за поворота показалась целая кавалькада машин. Впереди ехал уже знакомый «Мерседес» Кирилловых. За ним катил микроавтобус, выкрашенный в черный цвет. Разумеется, это был катафалк. Следом шла еще одна иномарка, а за ней – полицейская «Гранта». Вся эта вереница автомобилей въехала в ворота и остановилась во дворе. Светлана Кириллова вышла из автомобиля, опираясь на руку брата, при этом выглядела она совершенно потерянной.
Впрочем, в эту минуту внимание Гурова занимала не вдова. Его заинтересовала полицейская машина. Она остановилась в стороне от других, и из нее вышел подтянутый майор лет сорока, в парадной форме.
– Добрый день, майор, – подойдя к нему, поздоровался Лев. – Я – полковник Гуров из Москвы. Приехал вчера по приглашению Кириллова. А вы, как я понимаю, ведете расследование смерти хозяина дома?
– Добрый день, товарищ полковник, – отозвался полицейский. – Майор Геннадий Иванович Кузнецов. А вопрос насчет расследования я не очень понимаю. Что тут, собственно, расследовать? Заключение врачей о причинах смерти совершенно ясное…
– Интересно послушать это заключение. Не ознакомите?
– Почему же не ознакомлю? Конечно, ознакомлю. Оно у меня здесь, с собой, – похлопал себя по внутреннему карману кителя Кузнецов. – Но я его и наизусть помню. Игорь Сергеевич Кириллов скончался в результате остановки сердца, причиной которой стал разрыв левого желудочка. То есть инфаркт. Поскольку покойный, как нам известно, перед смертью упал с крутой лестницы, я попросил экспертов обратить особое внимание на следы полученных травм. Врачи зафиксировали несколько травм на затылке и на лице, перелом запястья левой руки. Вопрос о возможной связи этих травм с остановкой сердца остается открытым.
– В каком смысле «остается открытым»? –
– То есть эксперты не могут ответить на этот вопрос. Однозначной связи между травмами и инфарктом нет. Но, возможно, болевой шок от падения спровоцировал инфаркт. Во всяком случае, у нас нет никаких причин подозревать насильственный характер смерти. Да, смерть, скорее всего, наступила из-за того, что Кириллов упал с лестницы. Но не было никого, кто мог бы его столкнуть.
– Эксперты установили время смерти?
– Установили. Смерть наступила между тремя и четырьмя часами ночи.
– А вы когда узнали о гибели Кириллова?
– Я вчера утром приехал сюда, когда Светлана Павловна позвонила в полицию и сообщила о гибели мужа. Приехал я, а затем и целая бригада криминалистов. Мы тут все внимательным образом осмотрели и пришли к заключению, что насильственной смерти не было. Стало быть, нет причины проводить расследование.
– Зачем же вы в таком случае сейчас приехали?
– Просто из уважения к покойному и его вдове, – ответил Кузнецов. – Игорь Сергеевич был в нашем городе не последним человеком. Я думаю, на кладбище и губернатор приедет, и кто-то еще из руководства.
– Понятно, понятно… – кивнул Гуров. – Отдать последний долг, проститься – и забыть… А вот я считаю, что причины для расследования есть. И главная причина – странное поведение хозяина дома в ночь его гибели. А также его просьба о помощи, обращенная ко мне.
– А, вы об этих загадочных явлениях! – усмехнулся майор. – Всякие шорохи, тени, призраки… Не знаю, как у вас в Москве, а у нас в провинции полиция не занимается охотой за привидениями. Мы занимаемся реальными явлениями и реальными преступниками.
– Хорошо сказано, – в свою очередь усмехнулся Лев. – Только в какую графу вы занесете гибель домашних животных – в графу «шорохов и призраков» или в реальные явления?
– Это вы о каких домашних животных? – удивился Кузнецов.
– Я вижу, вы не поинтересовались, что происходило в этом доме в последние месяцы. А я поинтересовался. И узнал, что за последние несколько месяцев в доме погибли все жившие здесь животные – собака, кошка, канарейка, волнистые попугаи… Причем причина смерти собаки и кошки была не какая-то загадочная, а вполне себе реальная: собаку кто-то разорвал на части, а кошке свернули шею. Кто это сделал – призраки? Вот мой друг Игорь, кажется, так и думал. И начал всего в своем доме бояться. Стал плохо спать по ночам, выходил на лестницу… В итоге упал с нее, и сердце у него не выдержало. А вы говорите – шорохи… Нет, майор, тут не шорохи, тут действует чей-то преступный умысел. И я хочу узнать, чей именно.
– Да, если так, то… – неуверенно произнес Кузнецов. Теперь он уже не выглядел таким уверенным в себе, как в начале разговора.
– А больше всего меня беспокоит, что эта неизвестная нам преступная сила не успокоится со смертью Кириллова, – продолжал Гуров. – Я беспокоюсь за жизнь Светланы Кирилловой и ее детей. Вот как обстоят дела, майор. Вот почему я намерен здесь задержаться на несколько дней. И предлагаю тебе присоединиться к моему расследованию. Помощь полиции мне не помешает.
– Если речь идет об опасности для жизни людей, то полиция города Глухова всегда готова прийти на помощь, – ответил Кузнецов. – О какой конкретно помощи вы говорите?