Проклятый цирк
Шрифт:
– Заверните меня в шаль, – предложил пес, – и несите на руках, как ребенка. Если нам повезет, никто не полезет заглядывать мне в морду.
Не придумав ничего лучшего, Пегги поспешила последовать его совету. И как раз вовремя: впереди на дороге показалась повозка, которой правил какой-то бородатый толстяк.
Необычные сестры-близнецы
Задерживаться в деревне девочки не стали: когда они попытались расплатиться за покупки золотой монетой, на них посмотрели с неприязненной подозрительностью. Что же это за одетые в лохмотья старухи, которые бредут по дороге пешком с карманами, набитыми золотом? Если они такие богатые, почему не путешествуют в карете? Без всяких сомнений, тут дело неладно!
–
– Да знаю, знаю, – буркнула в ответ Мария-Женевьева, – но что мне дает волшебный кошель, тем я и расплачиваюсь. Серебряные монеты появятся только тогда, когда мы истратим золото полностью.
Они ускорили шаг, то и дело оборачиваясь, чтобы убедиться, что никто не пустился по их следу.
Настроение у Марии-Женевьевы было отвратительное. С тех пор как Колина поглотили воды черного озера, у нее пропала всякая тяга к жизни. Глупое бегство в чужую страну казалось ей бессмысленным. Эх, если бы дело касалось только ее, она бы просто села на обочине дороги, дождалась фей и покончила со всей этой историей раз и навсегда. Она постоянно стискивала в кармане перстень с печатью Бреганогов, который Колин вручил ей перед тем, как броситься в воды озера.
«Если Пегги окажется в опасности, – прошептал он, – брось этот перстень в проклятое озеро, и я восстану из мертвых, чтобы спасти ее».
Выходило, что Мария-Женевьева держала в руках верное средство вернуть юношу из небытия, но беда в том, что ей вовсе не хотелось увидеть, как ее возрожденный возлюбленный смиренно поднесет свое истомленное сердце к ногам ее сестрички! От подобного зрелища она с ума сойдет от ревности. Девушка так сильно любила Колина, что чувствовала, как в ее душе зреет просто убийственная ненависть к Пегги. Поэтому юноше лучше было оставаться там, где он есть, то есть в цепенящих глубинах проклятого озера. А уж она постарается противостоять искушению присоединиться к нему так долго, как только сможет.
«Не все еще потеряно, – твердила она себе. – Может статься, что рано или поздно я повстречаю волшебника, который сможет сделать меня такой же хорошенькой, как моя сестра. Если повезет, он даже сумеет сделать мне лицо, похожее на лицо Пегги. Полную копию. Тогда я вызову Колина из озера и выдам себя за нее».
Только эта мысль и придавала ей силы и не позволяла впасть в отчаяние. Мария-Женевьева полностью сознавала, насколько отвратителен подобный обман, но это было безразлично. Любовь иногда толкает на подлости, ничего с этим не поделаешь. Ее горечь усугублялась тем, что когда-то она тоже была очень красивой. Увы, чары учителей в школе фей неисправимо ее обезобразили. Каждое плохо выполненное задание каралось каким-нибудь уродством. Не обладающая особыми магическими талантами, Мария-Женевьева так и не добилась хороших отметок, которые могли бы вернуть ей утраченную миловидность. К тому времени, когда ее выгнали из школы, она стала такой безобразной, что даже дикие звери разбегались при ее появлении. Тогда-то она и завела привычку прятать лицо под деревянной маской. Но она еще добьется своего! Ей было известно, что в Ниководе обитают могущественные волшебники; вот почему она согласилась последовать за Пегги, вместо того чтобы сидеть на берегу черного озера и проливать горючие слезы. Ее черед торжествовать еще настанет – иначе и быть не может! Когда-нибудь она непременно встретит мага, способного ее преобразить. «Хочу, чтобы вы сделали мне такое же лицо, как у моей сестры», – скажет она ему, и дело будет сделано!
В отличие от Пегги ее совершенно не пугал чудовищный облик Колина. Когда любишь по-настоящему, подобные детали не имеют значения… По крайней мере она твердо придерживалась такого мнения.
«Раз Пегги испугалась Колина, когда он стал оборотнем, – твердила она про себя, – значит, она на самом деле не любит его. Тем лучше! Колин принадлежит мне, и я ни с кем не собираюсь
Услышав над головой короткий свист, Пегги решила, что это защебетала птица, и не обратила на него внимания. Однако через пару минут за первым свистом последовал второй, а потом и третий. На этот раз девочка подняла голову… То, что она увидела, заставило ее задрожать всем телом.
Волшебные стрелы пронзали небо, носясь туда-сюда в поисках мишени!
Она была хорошо знакома с этим колдовством, так как едва не погибла от него, когда бежала из школы фей после похищения сонной палочки [4] . Пущенные из волшебного лука стрелы могли путешествовать по небу на многие километры, преследуя своих жертв. Они даже могли разворачиваться в обратную сторону, кружить, выписывать петли, ускорять и замедлять полет. Когда Пегги столкнулась с ними в первый раз, она спаслась от смерти, завернувшись в толстую кабанью шкуру, которая укрыла ее не хуже стальных лат. Увы, на этот раз при ней не было столь надежных доспехов!
4
Читай книгу «Волк и Фея».
Понизив голос, она поспешила предупредить своих спутников.
– Не поднимайте глаз! – скомандовала она. – Над нами заколдованные стрелы. Если они нас опознают, то ринутся с неба вниз и пригвоздят нас к земле. Не ускоряйте шаг, это может показаться подозрительным.
К счастью, маски из овощной мякоти, хоть и наполовину увядшие, все еще поддерживали иллюзию.
«Без них мы бы уже погибли», – подумала Пегги, в то время как лоб ее покрывался испариной от страха.
Она приложила все старания, чтобы выглядеть невозмутимой, когда две стрелы спустились к земле, чтобы рассмотреть беглецов поближе. Их наконечники, смоченные ядом, влажно поблескивали. Приблизившись к девочкам, они принялись с ужасающим свистом кружить вокруг них, явно в нерешительности.
«Их что-то насторожило, – подумала Пегги. – К счастью, вряд ли они достаточно умные, чтобы догадаться о нашей маскировке».
Наконец колдовские стрелы умчались назад в небо, чтобы продолжить свои поиски. Пегги вздохнула с облегчением.
– Нам очень повезло, но не надолго, – проворчала Мария-Женевьева. – В следующий раз наши маски уже я настолько испортятся, что обман станет очевиден. Нужно срочно придумать что-то другое.
– Согласна, но что именно? – простонала Пегги.
Пегги очень злилась на свою беспомощность, которая была ей совсем несвойственна; но, увы, она совсем ничего не знала о Ниководе и доступных в нем возможностях спасения…
– Придется нам еще раз прибегнуть к помощи какой-нибудь колдуньи или чародея, – пробормотала ее сестра. – Конечно, их услуги обойдутся дорого, но другого пути к спасению я не вижу. Давай свернем в лес. Гномы укажут нам дорогу, а деревья затруднят полет стрел.
– Точно, – одобрил синий пес, – в лесу мы не будем так уязвимы, как посреди этой пустынной равнины.
Друзья свернули с дороги и направились в сторону леса. Пегги не отваживалась поднять глаза к небу, где в вышине посвистывали стрелы. Те явно отнесли двух старух к разряду подозрительных. Девушка с усилием удержалась, чтобы не проверить, хорошо ли сидит маска, так как этот жест мог бы ее выдать.
Феи поклялись ей отомстить и ни за что не откажутся от преследования, особенно после того разгромного поражения, которое Колин нанес им во время битвы у Башни Страданий. Своенравные и мстительные, феи ненавидели людей и только и мечтали, как бы избавиться от них, чтобы вечно обитать в мире, населенном только эльфами и животными. А их познания в области магии делали их опасными противницами…
Укрывшись под кронами деревьев, друзья почувствовали себя в безопасности. Деревья обеспечивали хорошую защиту от заколдованных стрел: вздумав атаковать, стрелам придется лавировать между стволов, и это ослабит их ударную силу.