Проклятые
Шрифт:
— Алекс, ты в этом уверен? Может, произошла какая-то ошибка…
— Подожди пару часов, и ты сможешь лично побеседовать с ней.
— Но если она здесь, почему я ее не чувствую? — я только хотел усмехнуться и объяснить этому глупому, избалованному дитяти, что мое обоняние несколько отличается от ее, как… Вздрогнув, я посмотрел наверх — туда, куда вела лестница, затем вскочил и понесся на второй этаж. Через несколько ударов сердца я оказался у ее комнаты. Не стуча, просто вломился внутрь, чтобы увидеть пустую кровать, ни единой вещички в просторной комнате — ничего, что могло бы говорить: «Хозяин лишь
Все еще сомневаясь, я заглянул в смежное банное отделение. Никого.
— Алекс! — послышался взволнованный голос эльфийки.
— Ее здесь нет! — ответил я, одновременно пытаясь мысленно достучаться до дроу. Вскоре мне это удалось. Услышав в ответ лишь разъяренный рык, я посоветовал прочесать окрестности, пока я буду заниматься корчмой и самим городком. С этим дроу спорить не стал. Эльфийка, пыталась меня остановить, но сейчас было не до этого, а посему довольно грубо ее прервав, я пообещал поговорить с ней несколько позже.
Каждый дом, сарай или таверна были обысканы мной самым тщательным образом. Ни в одном саду или помещении не осталось непроверенного угла, однако, поиски ничего не дали. Вечером вернулся взбешенный дроу. С тем же. Кидая злые взгляды в мою сторону, он четко давал понять, кто во всем виноват.
Аэвон, сидела тихо и лишь изредка пыталась мне что-то сказать, но все ее страхи, вызванные, скорее всего, девичьими фантазиями, не представляли какой-либо ценности, поэтому снова и снова я просил ее помолчать и не мешать искать ее драгоценную подругу. На это эльфийка становилась печальней, но, вопреки моим предположениям, не стала спорить и терпеливо ждала.
Я активировал все расставленные мной магические ловушки. Если Каролина будет находиться в нескольких милях от них, я обязательно должен был получить сигнал о ее приблизительном местонахождении. Но пока ничего не прояснялось. Как хорошо выпившая девчонка, которая на ногах еле стояла, смогла проскочить через город, по которому ночью мы с Миануэлем наматывали круги? Как? А главное, куда?
— Алекс, что ты ей сделал? — не выдержал Миану. В данный момент он, грозно нависнув надо мной, ждал ответа. Спокойно подняв голову (кто бы знал, чего мне стоило это спокойствие), я встретился с ним взглядом и попросил сесть на место. Аэвон, сидевшая за тем же столом, испуганно отодвинулась к стенке, опуская взгляд.
— Я сел. Теперь ты можешь ответить на мой вопрос? — Прикрыв глаза, я задумался: «Что мне ему сказать? Что я знал: Каролина слышит наш с ним разговор, и сознательно провоцировал дроу на ответы, которые могли бы ее задеть?.. Рассказать, как поступил с ней после, понимая, пусть и не до конца, что ее поведение — не более, чем представление?.. Что мне ответить»?
— Александр, демоны тебя побери! Ты меня слышишь?
— Ответь мне, Миану, только честно. Зачем тебе Каролина? Почему ты увязался за ней, словно мальчишка?
— Мы уже обсуждали этот вопрос. Тебе хорошо известно, что после встречи с ней, я не однократно обсуждал с отцом сложившуюся ситуацию. Благодаря ее силе, которую она старается скрыть, не понятно зачем, мое государство в дальнейшем могло бы избежать многих… хм… проблем. Она превосходный маг, телепат…
— Миану, я же просил — честно, — дроу дернулся
— Ой, дурак! — с чувством протянула Аэвон, нарушая тем самым наше тягостное молчание. Мы одновременно повернулись в ее сторону.
— Ой, простите, — прошептала эльфийка и опустила взгляд. Я не успел удивиться чудесной смене характера этого взбалмошного ребенка, как Аэвон уже вновь смотрела на нас, хмуря брови и зло шипя себе под нос ругательства на эльфийском.
— Светлейшая м…
— Аэвон, — недовольно подсказала она.
— Аэвон, — согласился дроу. — Вы не могли бы объяснить столь противоречивые высказывания, — на что эльфийка хмыкнув, презрительно ответила:
— Я сказала «дурак» и затем извинилась. Почему? Да потому что вы оба достойны столь лестных высказываний! А посему, прошу меня извинить, что поначалу обделила одного из вас.
— Послушай, Аэвон, — я начинал потихоньку звереть, — сейчас не лучшее время для наших с тобой «душевных» разговоров. Если у тебя есть что-то, что может помочь — говори. Если нет — извини, но мы пообщаемся с тобой как-нибудь в другой раз. Договорились?
— Вполне. — Аэвон достала из небольшой перекинутой через плечо сумочки белый конверт и положила его передо мной. Затем она поднялась и, не отрывая грозного взгляда от меня, продолжила уже стоя:
— Если с ней что-нибудь случится, тебе лучше будет самому закопаться в землю и, желательно, поглубже. Но даже в этом случае я не смогу гарантировать, что после твоего упокоения ты действительно обретешь покой. — После чего эльфийка, гордо подняв голову, развернулась и пошла к выходу. Миануэль крикнул ей в след:
— Аэвон… — я видел в его взгляде невысказанный вопрос. Ей не пришлось оборачиваться, чтобы понять. Приостановившись, она тихо, так, чтобы услышали только мы, ответила:
— Каролина просила передать тебе его через год. Но мне почему-то кажется, что именно сейчас самое время… — И, не сказав больше, и слова, ушла.
Не сговариваясь, мы с Миануэлем одновременно поднялись и прошли наверх, в снятую комнату. Ее письмо жгло мне руку. Непонятная тревога овладела мной, дрожь пронзала тело. Казалось бы — вот она разгадка, так близко… Но почему же тогда так тяжело вскрыть этот злосчастный конверт?
— Александр, ты откроешь? — нетерпеливо спросил дроу. По нему было видно, что он тоже нервничает, притом изрядно, хоть и пытается всячески скрыть это.
Конверт, как бы желая продлить нашу муку, никак не хотел вскрываться. Будто бы специально не поддаваясь, бумага не рвалась. Не выдержав, я с силой рванул край, опасаясь задеть само письмо. К счастью, оно не пострадало… К счастью или, может быть, к сожалению?.. Первая же строчка пронзила меня такой болью, что захотелось закричать от отчаяния: