Проклятые
Шрифт:
А картина вырисовывалась следующая: ужасно затекшие руки, прикованные к стене, держали мое обмякшее тело, не давая пятой точке опуститься на пол. Мышцы выворачивало. Липкий пот, стекавший по лицу, мешал нормально рассмотреть темное помещение, в котором я оказалась. К тому же, левый висок пек так, словно к нему прикладывали раскаленное железо.
Тем не менее, я продолжала осмотр своей камеры. К противоположной стене таким же образом был прикован Миану. Только, судя по его ожесточенной борьбе с цепями, очнулся он раньше меня. Громко звеня и ругаясь, он пытался придать своему телу относительно удобную позицию, но руки, практически вывернутые за спину и разведенные чуть выше уровня его плеч, никак не способствовали
— Миану!
— Кариэлла, как ты? — тут же обеспокоено отозвался дроу, бросив свою безрезультатную попытку, и посмотрел на меня.
— Все просто отлично! Еще бы чашечку кофе с корицей и вообще стала бы самой счастливой!
— Кариэлла, прости, — виноватые глаза страдальчески и грустно посмотрели на меня. Сразу пропало желание язвить.
— И ты прости. Можешь объяснить, что случилось и почему мы сейчас не в таверне?
— Ну… я тебя нес… Помню боль, словно на голову тролль свалился, а потом очнулся уже здесь. Ты пришла в себя спустя полчаса. Вот, в общем-то, и все. Никто не входил. В камере кроме нас никого нет.
— Ну почему же нет? — Дроу внимательно осмотрел комнату и вопросительно уставился на меня.
— Кроме нас с тобой здесь еще и крысы!
— Это не крысы, это маленькие мышки, вечные друзья осужденных. — дроу попытался пошутить. А я, несчастная думала, что это только у меня проблемы с юмором. Ан, нет.
— Миану, что-то мне подсказывает, что мы легко сможем обойтись и без таких друзей, — сухо ответила я. — К тому же, судить нас вроде пока не за что, так что…
— Ага, щаз! — прошипел наследник. — Ты браслетики-то видела? Вместе с такими цацками мы просидим здесь еще очень долго, так что предлагаю начать налаживать отношения с нашими маленькими сокамерниками. — Решив пока ничего не говорить, я попыталась пошевелиться, за что сразу же расплатилась острой болью во всем теле. «Ох, ну почему нельзя было просто запереть здесь? Нет же, им еще подвесить вздумалось! Изверги! Ну, ничего, память у меня хорошая…»
Немного покрутившись, я заняла менее болезненное положение и начала думать. «Итак, что мы имеем? Камеру, изрядно избитого, судя по виду, наследника, антимагические браслеты и ошейники. Кто ж так расстарался? Мы, вроде, ничего противозаконного не совершали… Или совершали»?
— Миану, а ты часом никому дорогу не перебегал в последнее время?
— Кариэлла, вся нация дроу на протяжении своей истории постоянно кому-то перебегает дорогу, вставляет палки в колеса, окружает себя зловещими легендами и так далее. Что конкретно тебя интересует?
— Что ж вы за пакостники такие? — задумчиво протянула я, на что дроу обиженно засопев, ответил:
— Ничем не хуже остальных.
— Не обращай внимания, это был риторический вопрос.
— Тогда может просветишь, о чем так напряженно думаешь?
— Обязательно, только позже.
Не обращая больше внимания на разобиженного Темного, я снова предалась размышлениям. «Ясно только то, что все темно… Кто же этот славный малый, отважившийся похитить не просто дроу, а самого наследника Тикуэля? Или этот некто не так уж хорошо осведомлен? Не похоже, что это обычные похитители, требующие выкуп с родни. Не так много найдется людей в Хортборге не знающих, как семья «несчастного» пленника «облагодетельствует» его персону… Тогда что?… Ладно, этот вопрос пока опустим, вернемся к более насущному. Браслеты и ошейник…» — Я хорошо знала возможности этих приспособлений. Убивая магию в зародыше, эти демоновы украшения еще и выкачивали силу из самого носителя и изрядно, к тому же, портили ауру. Кинув быстрый взгляд на дроу, я просканировала его ауру. «Ага… разрывы, небольшое
— Кариэлла, тебе больно? — взволнованно спросил эльф.
— Ровно, так же как и минуту назад, а что?
— Просто у тебя только что такое лицо стало… Будто… И глаза чуть ли не на пол-лица растянулись.
Услышав мой смех, наследник совсем опечалился. Жалостливо так посмотрел на меня, словно понял, что крыша моя благополучно съехала, махая ручкой на прощание.
Объяснить и успокоить ушастика не вышло. Так как возле двери раздались шаги, и спустя несколько минут она открылась, являя нашему взору четырех здоровых троллей вместе… «О, хозяин таверны! Как чувствовала, что инцидент нам обязательно аукнется»!
— Ну что, родственнички, как проводите время? Всего хватает? Может, пожелания какие имеются? — ехидно осведомился он. Миану скривился так, словно только что проглотил целиком лимон. Оно-то и понятно: ЕГО, наследника Тикуэля, Темного и Ужасного дроу, схватил какой-то человечишка! Позор!
Но чем больше я имела удовольствие наблюдать за трактирщиком, тем больше мне казалось, что на самом деле не он заказывает музыку. Как бы он не хорохорился и не пытался держаться уверенно, а глазки все равно бегали! «Что ж, это действительно становиться интересно. Пожалуй, можно и подыграть, главное потом успеть вовремя замести следы».
«Миану, — ментально обратилась я к дроу, — подыграй! Мне нужен настоящий заказчик»! — Наследник, удивленно посмотрев на меня, слегка пожал плечами. В его мыслях я отчетливо услышала: «Эта сумасшедшая еще и телепат! Эх, жалко такой талантище пропадет»!
«Не пропадет»! — послала я ему в ответ. Дроу выдал что-то длинное, заковыристое и явно непечатное. Я же, лучезарно улыбнувшись трактирщику, ехидно ответила:
— Не много жестковато, да и домашнего уюта у Вас явно не хватает. Кормят отвратительно, а точнее ту гадость, чей запах я ощущаю с кухни, так и не донесли. Почтенный, я крайне недовольна! — от такой наглости трактирщик на минуту растерялся. Затрудняясь что-то ответить, он перевел взгляд на одного из тролля, для чего ему пришлось сильно задрать голову. Думаю, ему было не очень удобно. Но тролль, он и есть тролль, ему все до лампочки. Главное — выполнить задание и получить плату, а там сами разбирайтесь. «Видимо еще не получили деньги, раз до сих пор здесь», — быстро подумала я и уже в слух сказала:
— Уважаемый, у Вас со слухом все в порядке? Повторяю, я крайне недовольна приемом!
— Ты! — закричал покрасневший мужик. Вежливо наклонив голову, я подтвердила:
— Я!
— Ах ты, гадина! Упыриное отродье!
— Послушайте, — я повысила голос, — вижу у Вас не только со слухом проблемы, но и со зрением, могу приготовить отменный отвар. Уже через неделю почувствуете себя снова молодым и здоровым. — Дроу фыркнул, сдерживая смех. Такого беспредела и издевательства над собой любимым мужик не стерпел и, подскочив ко мне, занес руку для удара. Я же с удовольствием наблюдала за его перекошенным от злости лицом и одним из наших охранников, который, молниеносно прыгнув к трактирщику, перехватил его руку. Мужик пыжился, напрягался, но сдаваться не спешил. По всей видимости, троллю это надоело, и, откинув мужика, словно мешок с… навозом, к стене, он прорычал:
— Хозяин велел не трогать!
Сразу же после его слов произошло одновременно несколько событий.
В свое голове я услышала знакомый женский голос: «Все играешься? А мне с тобой можно»?
В доме, где нас держали, открылся портал, через который спустя несколько ударов сердца вошел маг, принадлежащий Ковену. После Посвящения принадлежность к нему я чувствовала превосходно.
Я вспомнила и, наконец, поняла, чью магию почувствовала, прежде чем нас с Миану оглушили.
Шаги мага приближались к нашей камере.