Проклятие рубина
Шрифт:
Поняв, что у дворфа на уме действительно что-то серьезное, Аластриэль провела его в комнату и прикрыла дверь.
– Мне нужна одна из твоих колесниц, – выпалил Бренор. – Понимаешь, очень надо поскорее оказаться на юге.
– Ты хочешь присоединиться к своим друзьям, ушедшим на поиски хафлинга, – рассудила Аластриэль.
– Ну да. Я должен быть рядом с ними.
– Но я не могу лететь с тобой, – сказала Аластриэль. – Мне надо править своим городом. И, кроме того, я не могу появляться в чужих краях без приглашения.
– А
– Но кто тогда будет управлять конями? Ведь ты же понятия не имеешь, что такое волшебство.
Бренор на мгновение задумался:
– Гаркл! Вот кто меня отвезет!
Аластриэль подумала о возможных последствиях и едва смогла сдержать смех. Гаркл, как и большинство Гарпеллов, в лучшем случае ухитрялся не пострадать в ходе ворожбы. Волшебница знала, что не сможет отказать дворфу, однако надо было дать ему понять, что такой план не годится.
– Калимпорт далеко, – сказала она. – На колеснице ты доберешься туда быстро, а вот обратный путь займет много времени. Неужели король Мифрил Халла не возглавит армию, собирающуюся под его знамена, чтобы вернуть дворфам родину предков?
– Возглавит, – ответил Бренор. – Если успеет. Но сейчас я должен быть рядом с друзьями. И это – самое меньшее, что я могу для них сделать!
– Ты многим рискуешь.
– Не больше, чем они, многократно рискуя ради меня.
Аластриэль распахнула дверь.
– Хорошо, – сказала она. – Я восхищаюсь твоим решением. Знай, что ты будешь достойным Королем Мифрил Халла!
Наступил один из тех редких в жизни дворфа моментов, когда он вдруг покраснел до самых корней волос.
– А теперь иди отдыхать, – улыбнулась волшебница. – Я же к утру постараюсь что-нибудь придумать. Встретимся на заре, на южном склоне Холма Гарпеллов.
Бренор кивнул и отправился в свою комнату. И впервые с момента возвращения в Широкую Скамью заснул спокойным сном.
Наступил рассвет, и Бренор с Гарклом двинулись к месту встречи. Гаркл с радостью согласился отправиться в путешествие. Ему давно хотелось попробовать прокатиться на одной из тех колесниц, которые умела создавать волшебница. Впрочем, рядом с готовым хоть сейчас броситься в бой дворфом он выглядел по меньшей мере странно – мантия чародея была заправлена в высокие кожаные сапоги, а на голове Гаркла возвышался огромный, украшенный высокими белыми перьями шлем с забралом. Поднятое вверх забрало то и дело срывалось и падало ему на глаза.
Аластриэль, как и обещала, всю ночь не смыкала глаз. Воспользовавшись хрустальным шаром, который дали ей Гарпеллы, она принялась осматривать просторы далеких королевств, пытаясь выяснить, где могут находиться друзья Бренора. За эту ночь Аластриэль многое узнала, ей даже удалось связаться с мертвым чародеем из мира духов, и он помог ей кое-что понять.
Но то, что ей
Сейчас она стояла на южном склоне холма и внимательно смотрела на восток. Как только из-за горизонта показались первые солнечные лучи, она собрала их в пучок и произнесла заклинание. Через несколько минут на склоне холма, в нескольких дюймах над землей, возникла пылающая колесница, в которую были запряжены два горячих коня. Жар их пламени опалил покрытую росой траву, и в небо потянулись тонкие струйки дыма.
– Итак, вперед, в Калимпорт! – провозгласил Гаркл и ринулся к волшебной колеснице.
– Нет, – остановила его Аластриэль, и Бренор удивленно взглянул на волшебницу. – Твои друзья еще не достигли Империи Песков, – объяснила она. – Они в открытом море, и сегодня им предстоит столкнуться со смертельной опасностью. Держите направление на юго-восток, в сторону открытого моря. – Она бросила Бренору медальон в форме сердца.
Дворф открыл его и увидел изображение Дзирта До'Урдена.
– Когда вы приблизитесь к кораблю, на котором находятся ваши друзья, этот медальон нагреется, – сказала Аластриэль. – Я создала его много недель назад, чтобы знать, когда вы, возвращаясь из Мифрил Халла, подойдете к стенам Серебристой Луны.
Поняв, что в голове дворфа вихрем проносятся мириады ненужных сейчас вопросов, волшебница смущенно отвела взгляд и прошептала:
– Я хотела бы после вашего возвращения получить его назад.
У Бренора хватило ума промолчать. Он уже давно догадался, что между Повелительницей Аластриэль и Дзиртом установилась некая загадочная связь. Теперь дворф с каждым днем все лучше понимал, что к чему.
– Ты получишь его назад! – заверил он и, подбросив медальон, опустил его в карман, после чего подошел к Гарклу.
– Медлить нельзя, – сказала им Аластриэль, когда дворф, взобравшись на колесницу, уселся рядом с чародеем. – Вы понадобитесь им уже сегодня!
– Постойте! – донеслось до них с вершины холма. Обернувшись, они увидели бегущую к ним Кэтти-бри. За спиной у нее висел Тулмарил, волшебный лук Анариель.
– Неужели ты собираешься оставить меня здесь? – спросила она, обращаясь к Бренору.
Суровый дворф отвел взгляд. Он и в самом деле собирался удрать, даже не попрощавшись с дочерью.
– Пф! – фыркнул он. – Все это время ты только и делала, что отговаривала меня от этого путешествия!
– Больше не буду! воскликнула Кэтти-бри. – Теперь я считаю, что ты принял мудрое решение. Но будет еще мудрее, если вы подвинетесь и дадите мне место. Бренор покачал головой.
– У меня столько же оснований отправиться следом за ними, как и у тебя! – настаивала Кэтти-бри.
– Пф! Ты забываешь о том, что Дзирт и Пузан – мои лучшие друзья!
– И мои тоже!
– А Вульфгар мне совсем как родной сын! – рявкнул Бренор, считая, что девушка не найдет что возразить на это.