Проклятие демона

Риа Юлия

Я хотела вернуться в библиотеку. К той книге об истории рода Рингвардаадов, что заинтересовала меня еще в прошлый раз. Именно в ней я надеялась отыскать ответ на вопрос: могут у Рейшара быть другие причины вредить мне? Не полукровке, выросшей в библиотеке, а наследнице Рингвардаадов.

Возможно, спешить не следует. Позволить себе отлежаться и набраться сил больше похоже на правильное решение. Но я опасалась, что времени почти не осталось. Отравленные цветы оказались в моей спальне, попав туда в обход защиты замка и пригляда

слуг. И это значит лишь одно: если мой недруг захочет добраться до меня вновь, он сможет это сделать. А потому медлить нельзя.

Поздний час сыграл мне на руку. В коридорах оказалось пусто. Приглушенный свет ламп тянулся тусклой дорожкой по серому камню пола. Очертания стен скрадывались.

За ближайшим поворотом я остановилась перевести дух. Устало прислонилась к широкому дверному косяку и выдохнула. Стопы давно замерзли от тянущего понизу холода, но возвращаться за домашними туфлями я не хотела. Да и, по правде сказать, опасалась, что, вернись я в покои, обратно уже не выйду. Тело ощутимо подрагивало, руки и ноги вновь налились свинцом. И только врожденное упрямство не позволяло мне отступить от задуманного.

— А я говорю, найди причину! — раздался недовольный голос Маорелия.

На секунду я испуганно замерла, пытаясь понять, откуда идет звук. Потом осторожно придвинулась к неплотно прикрытой двери и заглянула в щелку.

Комната походила на кабинет. Темные, но вместе с тем теплые оттенки кожи и дерева. Камин с потрескивающими от огня поленьями, виднеющийся край стола и угол дивана с каретной стяжкой. Звон соприкасающихся бокалов и звук льющейся жидкости.

— Она Артенсейр, — возразил низкий голос, в котором я узнала Хемильдеора.

— Плевать. — Снова звук приглушенных всплесков, потом шумных глотков и глухой удар, видимо, Маорелий опустил бокал на стол. — Я должен обеспечить безопасность своей дочери, и я это сделаю! И ради своего же блага ей лучше держаться подальше от Артенсейров!

— До сих пор они не вредили ей, — мягко возразил Хемильдеор.

— И за это я выслал им двенадцать картилий сапфиров!

Кто-то из сидящих в кабинете хмыкнул.

— Разве это не дерзость — слать камни своего рода вместо положенных Артенсейрам бриллиантов?

— Совсем меня разорить хочешь, Хеми? Ты не хуже меня знаешь, в каком мы сейчас положении. Даже десять картилий было для нас на грани возможного. Я же отправил двенадцать — но числу родов. Теперь Кеорсену не в чем нас упрекнуть. За доброе отношение к рабыне, — подчеркнул Маорелий, — я заплатил достаточно. А к моей наследнице я его не подпущу. По крайней мере, до заключения брака между Сати и Торрелом.

— А потом?

— А потом это будут проблемы Торрела, не мои, — шумно фыркнул он и, судя по звукам, наполнил бокал новой порцией алкоголя.

В том, что сидящие в кабинете высшие пьют не чай, я даже не сомневалась.

— Вы все же уверены, что стоит отдавать

вашу дочь за младшего отпрыска Вирсейра? Он слаб, малодушен и, говорят, охоч до женщин. Причем без особого разбору. — В голосе Хемильдеора отчетливо прозвучала брезгливость.

— Если Лерден бросит мне вызов, это подорвет положение нашего рода. Я не готов рисковать, Хеми. Брак Сати с Торрелом обезопасит нашу семью от угрозы нижестоящих родов. Защита и о собственном, и о нашем положении ляжет на плечи Лердена. А сам он при этом не посмеет бросить мне вызов. Но, кроме того, — Маорелий замолчал, по-видимому, делая глоток, — в интересах Лердена станет оберегать Сати.

— Он никогда не примет ее.

— И что? Главное, он не попытается ее убить. После того как Торрел войдет в наш род, у Лердена появится надежда на внука своих кровей, который мог бы возглавить Рингвардаадов.

— А если такой внук действительно появится?

— Не появится, — насмешливо хмыкнул Маорелий. — Организовать это несложно.

— То есть главная ветвь рода Рингвардаадов прервется?

— Нет. — Жесткий ответ раздался раньше, чем прозвучал последний вопрос. — Если все пойдет, как задумано, Сатрея скоро перестанет быть моим единственным ребенком.

— Нет гарантий, что ваша новая пассия сможет понести, махр, — деликатно заметил Хемильдеор. — Сколько раз вы уже мысленно готовились к рождению чистокровного наследника?

— Не напоминай, — рыкнул Рингвардаад. — В любом случае, если все же станет понятно, что Великий решил одарить меня лишь одним ребенком, я позволю Сатрее родить.

— От Торрела?

— Хм. — В щель приоткрытой двери я все же смогла углядеть Маорелия. Тот казался задумчивым. — Не уверен.

— В таком случае почему бы не разрешить ей забеременеть от Кеорсена?

— Брось, Хеми! Артенсейр никогда не откажется от своего ребенка.

— Даже от полукровки? — изумился демон.

— О, боюсь, наш знакомый Кеорсен слишком принципиален и дерзок, чтобы обращать внимание на такие мелочи, — презрительно выплюнул он. — Ему бы хватило смелости признать ребенка полукровки наследником первого рода, поставить его над всеми высшими.

— Немыслимо!

— А Кеорсен смог бы. Он слишком силен… Проклятье!

— Так почему бы не разрешить Сатрее и дальше бывать в его обществе?

— Потому что мне нужно обезопасить ее, — устало вздохнул Маорелий. — Даже если я стану поощрять этот интерес, сколько потребуется времени, чтобы их союз принес плоды? А если Великий отвернется от них? Что, если Сати убьют раньше? Нет. Только брак с Торрелом защитит и ее, и весь наш род на многие десятилетия. А потому… не сметь подпускать к ней Артенсейров.

— Но демоница упряма. Она уже трижды порывалась встретиться с Сатреей и…

— Я сказал, не подпускать к ней Артенсейров! — рявкнул Маорелий и тут же внезапно замолчал.