Проклятье Эвери
Шрифт:
Наконец, Мартин отпустил ее и снова тревожно посмотрел девушке в глаза.
— Тебе нужно торопиться… Однако старая башня не годится. Ты не сможешь в неё попасть…
Но Эвери вдруг упрямо мотнула головой.
— Смогу! — решительно завила она и красноречиво покосилась на своей медный браслет…
Глава 16. Старая башня…
Старая башня пряталась за шпилями двух других, сиротливо прикрываясь полуразрушенной конусообразной крышей. Бойницы-окна давно лишились рам, а из обвалившейся кладки местами торчали пучки старого засохшего мха.
Каменная
Эта башня была частью первоначального, гораздо более скромного строения, возведенного почти тысячу лет назад основателем рода де Рошхэен — князем Эдмундом. Мужчиной он был видным, суровым, и его портрет, висящий в фамильной галерее, уже сильно утратил яркость красок и требовал серьезной реконструкции.
Эвери часто в прошлом думала о том, не осталось ли в старой башне каких-нибудь сокровищ. Конечно, это были просто мечты подростка, рвущегося к приключениям, но, так как проникновение в это строение было под негласным запретом, Эвери никогда так и не решилась преступить его.
Но сейчас вот преступила и очень даже дерзко.
А всё потому, что у нее не было выбора.
Мартин был прав: взбираться придется по отвесной стене, и всё, что ей останется, это цепляться за выбоины в этой стене, пытаясь не сорваться вниз. А еще нужно преодолеть это препятствие в рекордные сроки, пока никто ничего не заметил снизу.
В общем… сумасшедшая идея! Но тем больше возбуждения в душе и кипения в крови!
Мартин смотрел на башню с ужасом, пытаясь Эвери остановить, но она уже всё твердо решила.
— Всё будет в порядке, — шепнула девушка с улыбкой и… сняла с руки браслет, сунув его в карман.
По телу мгновенно пробежала дрожь, в конечностях почувствовался жар, а голову слегка повело, словно от кружки вина. В груди разлилось что-то яркое, приятное, мощное, и девушка, разогнавшись, с разбега запрыгнула на стену, хватаясь за выемки в стене. Подтянулась выше, нащупала ногой торчащий кусок кирпича, а потом… руки налились силой, глаза стали видеть резче, а разум уже даже не думал, куда двигаться дальше. На одних инстинктах, которые сейчас приобрели просто колоссальную мощь, она стала взбираться наверх, перескакивая от одной выемки к другой.
Ветер трепал ее одежду, Мартин приглушенно восклицал внизу, рискуя выдать их сумасшедшую авантюру, но смотреть на сестру, прыгающую по стене, словно ящерица-прилипала, беззвучно он не мог.
Наконец, Эвери схватилась за порожек около двери, подтянулась на одной руке и ударом кулака отворила старую деревянную створку, которая с надрывным скрипом утонула в глубине башни. Мгновенно ввалившись вовнутрь и подняв своим телом целое облако пыли, Эвери чихнула, размазывая по лицу грязь, а потом выглянула вниз и радостно помахала брату рукой. Отсюда он виделся крошечным: настолько пугающей была высота, но жар, бурливший
Благоразумно достав браслет из кармана, девушка натянула его обратно и тотчас же почувствовала, как внутреннее свечение начало затихать.
Ей вдруг стало тоскливо. Словно она связала саму себя или перекрыла себе доступ воздуха.
Как жаль, что этот браслет всё ещё нужно носить…
***
Кристофер целовался с Оливией, когда вспышка чужеродной магии обрушилась на него ураганом.
Он вздрогнул и стремительно высвободился из жадных рук княжны, на что та недовольно замычала и собралась притворно дуть губы.
Она бегала за ним сутками, выряжаясь во все более откровенные наряды. И хотя лукавая прелестница была напрочь испорчена и где-то даже отвратительна, ее почти вываливающаяся наружу грудь и влажные губы бантиком задевали в принце слабые струны, и он уже во второй раз впал в искушение, зажав ее в беседке в саду.
Целовалась Оливия отменно, что наводило на неприятные мысли: откуда у нее столько опыта? Невинна ли она? А если не так, то, на что она вообще рассчитывает, пытаясь охмурить императорского сына?
Впрочем, Кристофер знал, что княжна — не его избранница, потому что его кольцо упорно молчало и не подавало никаких признаков жизни. Но устоять перед навязчиво-соблазнительным предложением поцеловаться в романтической обстановке сада он не смог…
Однако неожиданный всплеск магии, прокатившийся по замку, отбил всякую охоту продолжать эти романтические игры, и принц подскочил на ноги, грубо отстранив от себя княжну.
Он глубоко втянул в себя воздух, словно гончая на охоте, и прислушался к себе.
— Что случилось, Ваше Высочество? — испуганно прошептала Оливия, и ее тонкий голосок изобразил беззащитную невинность очень умело.
Крис не ответил, а просто сорвался с места и метнулся в том направлении, куда его повел внутренний зов.
Ему пришлось бежать через двор, натыкаясь на слуг и домашних животных. Глаза окружающих были полны ужаса от одного вида мчащегося принца, и ему надоело спотыкаться и притормаживать, поэтому он взглянул на стену, по которой так «любил» бегать Эвери, и решил повторить его головокружительный маневр.
Взобраться на стену с разбега так просто, как мальчишке, ему не удалось, но со второй попытки ноги его уже твердо наступили на камень. Бежать по неширокой кромке высокой стены было опасно, но бодрило, как настоящее сражение.
Чужая магия все еще парила в воздухе, когда он обогнул множество хозяйственных построек и попал в самую дальнюю и самую неухоженную часть замковых владений.
Первым делом Крис увидел здоровяка Мартина — второго княжича де Рошхэн, который стоял в тени навеса, но периодически выглядывал из него, косясь куда-то наверх. Кристоферу стало любопытно, и он прошелся ещё дальше по стене, пытаясь предугадать, куда именно смотрит парень с таким озабоченным видом.